«” Вертикальный лес” в китайском жилищном комплексе превратился в кишащие комарами джунгли!», - такими заголовками пестрели в сентябре этого года страницы мировых информационных ресурсов. Помпезный проект, призванный (по замыслу создателей) явить человечеству образ города будущего, оказался с серьезным изъяном.

Жилищный комплекс Qiyi City Forest Garden в китайском Чэнду замышлялся как «экологический рай» для его жителей. Уже один только внешний вид производил сильное впечатление: восемь внушительных бетонных башен-высоток, сплошь покрытых экзотической растительностью, напоминали яркую сюрреалистическую картину. Казалось бы, вот она – наглядная модель для создания «зеленых» городов. Два года назад, когда идея воплощалась в жизнь, многие верили в успех этого оглушительного начинания. Чэнду – один из самых загрязненных городов Китая. Идея окутать фасады зелеными насаждениями воспринималась как вполне разумное инновационное решение. Проект был, что называется, в тренде. Для озеленения балконов было специально выбрано порядка 20 видов растений, способных, по мысли разработчиков, очищать воздух и создавать хороший микроклимат в квартирах.

К апрелю этого года практически все 826 квартир были проданы. Однако райская жизнь оказалась недолгой. Проектировщики, работая над этим архитектурным шедевром, почему-то не приняли во внимание, что параллельно создают рай и для… комаров. Соседство с кровососущими насекомыми стало для жителей комплекса сущим кошмаром. Поэтому в настоящий момент там проживает не более десяти семей. А это значит, что за «вертикальным лесом» сейчас практически некому ухаживать. Предоставленный самому себе, он начинает превращаться в настоящие джунгли.

Как пишет по этому поводу Daily Sabah, заброшенные башни стали напоминать декорации к фильму про постапокалипсис. На снимках отчетливо видно, как балконы буквально поглощены неухоженными разросшимися растениями, ветви которых, словно в настоящих джунглях, свободно свисают с балконных перил. Возможно, любителям экзотики столь волнующая картина придется по вкусу. Но вряд ли такие заросли совместимы с привычной жизнью типичных горожан. Зато комарам и прочим насекомым, как мы понимаем, теперь здесь самое раздолье.

Откуда взялись комары, догадаться не сложно. В Чэнду влажный климат, а растения высажены на балконах в контейнерах, находясь под открытым небом. По замыслу проектировщиков, балкон должен был стать неким аналогом заднего дворика в индивидуальном доме. Своего рода – связующее звено с природой, только высоко над землей. Но во время многомесячного сезона дождей здесь сразу же возникает избыток влаги, привлекающей кровососов. Судя по всему, проектировщики не озаботились системой дренажа (либо не проработали ее надлежащим образом), из-за чего на балконах появляются лужи. Что касается растений, то в условиях избытка влаги они демонстрируют стремительный рост. Собственно, их выбирали как раз с той целью, чтобы они могли составить густую завесу от городского шума и пыли. В итоге возникшие непроницаемые заросли создали прекрасные условия для размножения комаров.

Инициаторы проекта, конечно же, хотели «как лучше». Жилищный комплекс Qiyi City Forest Garden должен был стать отправной точкой в деле улучшения городской экологии и создания «райских» условий жизни для горожан. Поэтому случившийся провал может оказать далеко идущие последствия для всей мировой урбанистики, поскольку ставит под сомнение новомодные «зеленые» тенденции в дизайне городских застроек.

Разумеется, эксперты с мировым именем не преминули высказаться на этот счет. По мнению известного американского ландшафтного архитектора Дэрила Бейерса, имеющего опыт проектирования «зеленых» крыш в Нью-Йорке, китайские разработчики не придали серьезного значения обслуживанию «зеленых» балконов. Это явилось большим «проколом» с их стороны, ибо сада без садовника не бывает. Иными словами, если вы предоставляете растения самим себе, то логически получаете именно то, что и происходит в дикой природе: когда они растут как в джунглях, значит это и будут джунгли (с комарами и прочими тварями). Здесь все логично.

Бейерс, со своей стороны, предложил использовать карликовые растения, поскольку они не разрастаются так быстро. Еще лучше было бы предоставить самим жителям выбирать те виды растений, которые они предпочитают. Но, в любом случае, насаждения требуют регулярного ухода. Разработчики, пытаясь исправить ситуацию, предложили раз в квартал отправлять в Qiyi City Forest Garden профессиональных садовников. Однако, считает Бейерс, этого недостаточно. Ухаживать за растениями необходимо минимум раз в неделю. При разработке таких проектов, считает архитектор, проектировщики должны с самого начала работать в тесном контакте с профессиональными садоводами. Похоже, в Чэнду этого не произошло.

Чем этот пример так важен для нас, россиян? Как мы знаем, умные люди учатся на чужих ошибках. Тема «зеленых» городов становится популярной и в нашей стране, в том числе и в Новосибирске. Я нисколько не удивлюсь, если в скором времени ее начнут провозглашать с разных трибун первые лица из городских администраций. И здесь очень важно сделать так, чтобы с «зелеными» городами не случилось банальной бюрократической показухи, как это сейчас происходит с пресловутой «цифровизацией».

История с Qiyi City Forest Garden поучительна тем, что здесь мы видим пример, когда сложную проблему пытались взять с «наскока», вбухав средства в пафосный проект на удивление человечеству – вместо того, чтобы заниматься проблемой СИСТЕМНО. То есть не просто «втыкая» в городскую среду помпезные архитектурные объекты, а качественно меняя сам жизненный уклад. Мы уже писали о том, что город станет «экологическим раем» отнюдь не вследствие того, что мы облепим фасады и крыши растительностью, а благодаря преодолению фундаментальных противоречий между ним и окружающим ландшафтом. Говоря по-простому, города должны следовать такому укладу, чтобы не порождать экологических проблем в принципе. То есть нужно кардинально решить вопросы со всеми выбросами, с утилизацией отходов, с энергетикой, с экономией основных ресурсов (включая воду) и т.д. Не решая этих задач, вы, по сути, не меняете НИЧЕГО, даже если глава мегаполиса будет ежегодно презентовать объекты типа злополучного «вертикального леса» из Чэнду.

 Сосредоточенность на отдельных пафосных объектах – вместо реализации комплексной программы стратегического значения – отражает, в общем-то, вчерашний день. Лично у меня есть опасения, что наши чиновники в вопросах создания «зеленого» города предпочтут «китайский путь» - со всеми вытекающими отсюда последствиями. Насколько я могу судить, даже в среде профессиональных проектировщиков живо интересуются темой «зеленых» крыш и фасадов. Мало того, впечатляющие картинки на этот счет постоянно мелькают в разных презентациях на технологических форумах. Я ничего не имею против таких тем. Но все же стоит обратить внимание на то, что к подлинному РАЗВИТИЮ городской среды - в свете набирающих силу «зеленых» трендов - это не имеет прямого отношения. И будет очень печально, если под влиянием упомянутых картинок реальные экологические проблемы города отодвинутся на задний план ради броского пиара, способного создать иллюзию великого почина (а именно так будут презентовать помпезные «зеленые» объекты). Думаю, смастерить «зеленую» крышу на какой-нибудь высотке нам вполне по силам (как говорится, были бы деньги). Гораздо труднее решить, например, проблему с утилизацией городских коммунальных отходов. Но именно решение таких проблем является настоящим экзаменом для муниципалитетов в плане их готовности шагнуть в прекрасное будущее.

Николай Нестеров

С 11 по 13 ноября 2020 года в Новосибирске проходит 5-я международная конференция «Генофонд и селекция растений». Организатор мероприятия – СибНИИ растениеводства и селекции (филиал ФИЦ ИЦиГ СО РАН). Подробности о мероприятии – на сайте конференции (https://conf.icgbio.ru/gpb2020/ ).

Участники конференции обсуждают не только вопросы, связанные с традиционными сельскохозяйственными культурами (зерновые, картофель, томаты и проч.), но и перспективы включения в севооборот новых для нашего региона видов растений. Один из таких «новичков» - мискантус сахароцветный, сорт Сорановский.

На эту многолетнюю техническую культуру уже обратили внимание во многих странах с более мягким климатом. Да и в южных регионах России уже выращивают мискантус гигантеус (природный гибрид, не имеющий семян). Площади его возделывания с каждым годом увеличиваются. Но в наших сибирских экстремальных условиях, этот вид мискантуса не показал себя как перспективная культура.

А в конце прошлого века новосибирские генетики привезли из экспедиции на Дальний Восток образцы этого растения, которые стали основой для создания нового сорта – мискантуса Сорановского, пригодного для выращивания и в наших климатических условиях. В 2011 году сорт был включен в реестр. Но для того, чтобы новая культура нашла применение в сельскохозяйственном производстве потребовалось решить еще ряд задач.

– Одним из первых встал вопрос, а не повторится ли ситуация как с борщевиком, который тоже рассматривался как перспективная кормовая культура, но в итоге превратился в сорняк, заполонивший поля страны, - рассказала старший научный сотрудник ФИЦ ИЦиГ СО РАН, к.б.н. Светлана Капустянчик.

По итогам проведенных испытаний, ученым СИбНИИРС удалось развеять эти опасения: короткого сибирского лета не хватает для вызревания семян мискантуса и растение может размножаться только с помощью корневой системы. Этот процесс легко контролировать с помощью ограничительных борозд по периметру посадки. Правда, все вышесказанное относится к Новосибирской области и регионам со схожими климатическими условиями, вопрос - как мискантус поведет себя в более теплом климате – требует дополнительных исследований.

Селекционерам удалось развеять и другое опасение, что такая быстрорастущая культура как мискантус будет быстро истощать почву, «выкачивая» из нее необходимые ресурсы для роста.

– Мы показали, что в ходе годичного цикла мискантус сначала забирает полезные вещества из почвы, но потом отдает их обратно практически в том же объеме, что вкупе с его неприхотливостью делает растение подходящим вариантом для рекультивации почвы, - отметила Светлана Капустянчик.

Впрочем, рекультивацией заброшенных полей область возможного применения мискантуса не ограничивается. В ряде стран его используют в качестве кормовой культуры. Однако исследования наших селекционеров показали, что как раз мискантус Сорановский не самый лучший вариант, есть более питательные и полезные для скота культуры, пригодные для выращивания в сибирских условиях.

Гораздо перспективнее смотрятся другие направления использования мискантуса. Первое направление – это получение биоэтанола для моторного топлива. Не только у нас, но и за рубежом ведется активный поиск технологий, связанных с получением этанола из непищевого растительного сырья (даже из соломы). И мискантус с его большим приростом биомассы в этом отношении выглядит очень привлекательно. Второе направление – получение целлюлозы для производства волокон. И третье – выработка молочной кислоты для производства биоразлагаемых пластиков.

Подводя итоги, участники конференции отметили, что на сегодня отработка приемов посадки, выращивания и уборки мискантуса практически завершена. Есть и определенный интерес к культуре со стороны новосибирских аграриев. Остался последний этап – технологии переработки биомассы в сырье, имеющее рыночную стоимость. Работу в этом направлении в настоящее время ведут ученые ИЦиГ и ряда химических институтов новосибирского Академгородка. Выполнив ее, можно будет говорить о завершении большого междисциплинарного научного проекта по внедрению новой перспективной культуры (впервые за много десятилетий) в агропромышленный комплекс Сибири.

Пресс-служба ФИЦ ИЦиГ СО РАН

+7 983 314 2337

Сайт конференции https://conf.icgbio.ru/gpb2020/

С сентября этого года Россия оказалась перед лицом второй, более мощной волны коронавирусной пандемии, которая наложилась на резкое ухудшение демографической ситуации - в 2020 году ожидается сокращение численности населения на более чем 400 тысяч человек - и возросший вдвое отток капитала из России, который превысит в этом году 50 миллиардов долларов.

В результате триединый кризис (от пандемии, снижения нефтегазовых цен и негативных трендов предшествующей семилетней стагнации) растянется на 2021 год, из которого - учитывая, что социально-экономические показатели снизятся до 1,5 раза больше, чем ожидалось - дай бог, удастся полностью выйти в 2023 году.

​А что в перспективе? Есть задач​и, сформулированные в указе президента России В.В. Путина от 7 мая 2018 года до 2024 года, которые указом от 21 июля 2020 года перенесены на 2030 год. Во исполнение майского указа 1,5-2 года назад бывшим правительством Д.А. Медведева приняты 13 национальных проектов. В подавляющей части даже в благополучном 2019 году, первом году действия указа, поставленные задачи не были выполнены. Так, предусматривался ввод 88 миллионов квадратных метров жилья, реально построили 79,4 миллиона квадратных метров; предстояло снизить смертность в трудоспособном возрасте в расчете на 100 тысяч человек до 435, а она осталась на уровне 475,5. В следующем, 2020 году, небольшие, на 3/4 состоящие из бюджетного финансирования средства, выделенные на указанные нацпроекты, были частично направлены на другие неотложные нужды.

Целевая направленность существующих 13 национальных проектов - их несомненное и принципиальное достоинство. Поэтому эти проекты надо взять на вооружение, но, очевидно, в новых условиях они нуждаются в серьезной доработке, что особенно важно, учитывая, что никаких других действий такого же масштаба на перспективу пока не просматривается.

​Выделим возможные направления.

1. Вместо отдельных разрозненных национальных проектов, к тому же не охватывающих отдельные стратегически значимые стороны социально-экономического развития, предстоит создать их комплексную взаимосвязанную систему. Хорошо бы это сделать в рамках единого народнохозяйственного пятилетнего плана на 2021-2025 гг. с ключевыми показателями до 2030 года. По моим подсчетам, 39 стран мира взяли на вооружение наши пятилетние планы, как важный источник социально-экономического развития. Не буду вспоминать быстрое послевоенное восстановление Франции по пятилеткам, стремительный рост Японии, ставшей второй по значимости державой среди развитых стран мира, рывок Южной Кореи при содействии планирования из отсталых в передовые страны. Выделю Китай, который осуществляет свою 13-ю пятилетку. Не так давно завершила 12-ю пятилетку Индия. Турция выполняет сегодня 11-ю пятилетку. Планирование использует Аргентина, Малайзия и другие. Мы же с переходом к новой социально-экономической системе выплеснули с водой и ребенка. И за 30 лет новой России объем ВВП вырос только на 10 процентов, тогда как экономика европейских стран за это время удвоилась, в США выросла в 2,5 раза, а в развивающихся странах во главе с Китаем даже в 3,5 раза.

Одна из стратегических задач - обеспечение технологического прорыва

2. Следовало бы разработать ряд новых национальных проектов в целях выполнения ряда стратегических задач, сформулированных президентом России, но пока не "покрытых" существующими 13 национальными проектами. Одна из таких задач - обеспечение технологического прорыва, включая техническое перевооружение действующих производств и ввод новых высокотехнологичных мощностей с тем, чтобы за 10-15 лет подняться до технологического уровня развитых стран. Другая задача, для решения которой также пока отсутствует специальный национальный проект - сокращение бедности вдвое. Если страна не хочет пребывать в стагнации и рецессии, нужно перейти к форсированным инвестициям в основной капитал и вложениям в человеческий капитал (сферу "экономики знаний") - главные драйверы подъема и устойчивого социально-экономического развития. Надо мобилизовать финансирование этих направлений, определив эффективные направления вложения средств и сформировав систему стимулов, провести необходимые для этого структурные реформы. Без организации новых национальных проектов в существующих условиях сделать это крайне затруднительно.

​3. Выделенные на осуществление в течение шести лет 13 национальных проектов 29 триллионов рублей составляют не более 15 процентов суммарного объема инвестиций в основной капитал и вложений в человеческий капитал. При этом основной источник инвестиций в стране - средства частного сектора, на которые приходится около 60 процентов - используется в небольшом объеме. В том числе главный "денежный мешок" страны - 100-миллиардные активы российских банков - пока практически не задействован в национальных проектах при том, что его ресурсы втрое превышают объем консолидированного бюджета страны, который обеспечивает 75 процентов финансирования указанных проектов.

С учетом того, что достижение национальных целей, которые определены указами президента России 2018 и 2020 гг., сдвинуто с 2024 на 2030 год, срок реализации принятых национальных проектов увеличивается вдвое, до 12 лет. В расчете на эту перспективу предусмотренные на эту реализацию 29 триллионов рублей составят всего 6 процентов суммарного объема возможных инвестиций и вложений в основной и человеческий капитал, которые, в свою очередь, значительно уступают индикаторам ведущих экономик мира.

Так, сегодня в России доля инвестиций в основной капитал составляет 17 процентов от ВВП против 30-35 процентов в развивающихся странах (45-50 процентов - в Китае), доля вложений в человеческий капитал - 14 процентов против 22 процентов в Китае, 30 процентов - в Западной Европе, 40 процентов - в США. При таких показателях устойчивый социально-экономический рост невозможен - лишь стагнация.

Надо заинтересовать и эффективно стимулировать частный бизнес вложиться в осуществление национальных проектов. В том числе освободить прибыль от налога в той части, которая направляется на инвестиции; по примеру "рейганомики", которая вывела США из 12-летней стагнации и обеспечила 25-летнее процветание, сократить инвестиционные сроки в 1,5-2 раза, увеличив амортизационный фонд, и, соответственно, черпая из него большие суммы для вложений; установить на период осуществления нацпроектов налоговые каникулы, ввести льготы по таможенным тарифам, административные льготы, побуждая частный бизнес к технологическому перевооружению. Если его инвестиции будут направлены на реализацию национальных проектов, федеральные или региональные органы власти могли бы гарантировать банкам возврат соответствующих кредитов, что снизит процентную ставку для инвесторов.

Необходимо стимулировать вложения частного бизнеса в нацпроекты​​​

Доля инвестиционных кредитов в общих инвестициях в России самая низкая в мире - 8 процентов в сравнении с 30-35 процентами в развитых государствах и 20-30 процентами в развивающихся странах. Поэтому нужно повернуть Центральный банк и всю банковскую систему России лицом к реальным нуждам социально-экономического развития страны, чтобы, по крайней мере, втрое увеличить объем инвестиционного кредитования по 3-5-процентной ставке. Это позволит довести долю финансирования национальных проектов до 30-40 процентов от общего объема инвестиций и вложений в основной и человеческий капитал и превратить эти проекты в мощный драйвер социально-экономического развития страны и его перевода на инновационные рельсы.

Россия является страной огромных возможностей. Надо их лучше использовать.

Комментарии

Борис Порфирьев, член президиума ВЭО России, научный руководитель Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, академик РАН:

- Когда речь идет о корректировке нацпроектов, принципиально подчеркнуть, что эти проекты должны остаться несущей конструкцией, векторами развития в среднесрочной и, судя по всему, долгосрочной перспективе. Это необходимо, потому что, так или иначе, нацпроекты отражают национальные приоритеты и интересы в области социально-экономического развития.

В то же время, действительно, учитывая серьезные перемены в геополитической и геоэкономической обстановке, а также противоречивые процессы в экономике и экономической политике внутри страны последнего времени и прогнозируемые в ближайшем будущем, нужны корректировки. В частности, необходимо учитывать цепочки взаимосвязей внутри самих нацпроектов, между ними и между нацпроектами и другими государственными программами текущего финансирования.

Сошлюсь на взаимосвязь нацпроекта "Здравоохранение" с нацпроектом "Экология". В нашей стране, по оценкам, от 15 до 20 процентов качества жизни и здоровья человека связано с состоянием окружающей среды. Однако, как известно, реализация, в том числе исполнение бюджета по нацпроекту "Экология" пока далека от желаемого. Больше того, судя по бюджетным проектировкам, которые сейчас озвучиваются, этот нацпроект, по всей видимости, ожидает частичное секвестирование. С учетом упомянутых взаимосвязей этого нацпроекта и нацпроекта "Здравоохранение", очевидно, нужны какие-то компенсационные механизмы, позволяющие сохранить и обеспечить достижение тех целей, которые были поставлены руководством страны. Сокращение финансирования в одном месте неизбежно подорвет реалистичность исполнения целей других нацпроектов, актуальность или даже приоритетность которых считается неоспоримой.

Александр Широв, член правления ВЭО России, директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, член-корреспондент РАН:

- Сокращение расходов на нацпроекты в бюджете отнюдь не трагедия. Наше министерство финансов уже многие годы, еще со времен Алексея Кудрина, предусматривает многократное бюджетное резервирование: в конце года или в середине года появляются свободные деньги, и их можно потратить куда угодно. С одной стороны, такой подход к бюджетному планированию понятен - мы сейчас не знаем, как ситуация будет развиваться в середине следующего года, и лучше придержать средства, направив их потом точно по адресу, чем сейчас, заранее их раскассировать. С другой - очевидно, что указанный подход - это логика оперативного управления экономикой. Все это приводит к мысли, что пока наша финансовая и бюджетно-финансовая система не настроена на реализацию плана правительства и других механизмов реализации целей развития. Она настроена на оперативное решение текущих проблем.

Тем временем Нацпроекты перезагрузят

Президент России Владимир Путин в июле дал поручение правительству РФ скорректировать принятые ранее национальные проекты с учетом новых национальных целей, призвав "исходить из реалий", последствий пандемии для российской экономики. Участники 28-й экспертной сессии Координационного клуба ВЭО России обсудили, на чем именно сконцентрировать внимание при корректировке существующих нацпроектов. С основным докладом выступил академик РАН Абел Аганбегян, в дискуссии приняли ведущие ученые и эксперты: Борис Порфирьев, Александр Широв, Наталья Акиндинова, Дмитрий Сорокин, Владимир Иванов, Елена Ленчук и другие.

​Автор: Абел Аганбегян (академик РАН).

Мы уже сообщали о том, что экономический спад, вызванный пандемией, оказал негативное воздействие на производителей нефти. Казалось бы, в связи с понижением цен на углеводородное топливо было бы также логично ожидать угасание интереса и к возобновляемой энергетике. В нашей стране защитники ископаемого топлива, выступающие против набирающего силу «зеленого» курса, готовы были ухватиться за этот фактор так же, как утопающие хватаются за соломинку. Дескать, пусть спрос на углеводороды падает, однако и у «зеленых» конкурентов тоже возникают трудности. Насколько мы помним, примерно так обстояли дела во время кризисной ситуации 2008-2009 годов, когда вложения в возобновляемые источники пошли на спад. Однако на этот раз ситуация для «зеленой» энергетики оказалась куда более оптимистичной.

Возникает впечатление, что за последние годы данное направление выработало определенную устойчивость к экономическим спадам. Мало того, именно развитие ВИЭ будет в дальнейшем содействовать экономическому подъему в глобальном масштабе. К такому выводу пришли аналитики инвестиционного банка Goldman Sachs, посвятив этой теме развернутый доклад «Карбономика: зеленый двигатель восстановления экономики», опубликованный в июне этого года. 

Как отмечают авторы исследования, после рецессии экономическая политика в разных странах диктуется закономерным желанием руководителей повысить занятость.  Причем чаще всего это происходит в условиях ограниченных финансовых ресурсов.  На взгляд исследователей, создание «зеленой» инфраструктуры может в полной мере соответствовать этим устремлениям, поскольку «зеленое» направление – в сравнении с сектором традиционной энергетики – обладает значительной трудоемкостью и капиталоемкостью, но при этом значительно выигрывает благодаря низкой стоимости капитала. Разумеется, подчеркивают авторы, указанный выигрыш возможен при наличии соответствующей нормативно-правовой базы и в условиях государственно-частного партнерства в деле защиты окружающей среды. Но именно это совместное участие бизнеса и власти способно благотворно сказаться на экономическом росте.

Согласно расчетам, развитие «зеленых» технологий способно привлечь инвестиций на сумму от одного до двух триллионов долларов США в год! Это приведет к созданию 10 - 20 миллионов рабочих мест по всему миру. До 2030 года инвестиции в «зеленую» инфраструктуру могут достигнуть 16 триллионов долларов!

Как мы понимаем, вложенные средства будут связаны с технологиями, направленными на снижение «углеродной» составляющей во всей цепочке производства энергии. Сюда входят вложения в ВИЭ (включая биотопливо), в технологии производства «зеленого» водорода, в технологии улавливания и хранения углекислого газа, а также в новую инфраструктуру для электрификации. Разумеется, указанный объем инвестиций напрямую связан с выполнением обязательств, принятых участниками Парижского соглашения по предотвращению глобального потепления. Регулирующая роль государственных структур и поддержка бизнеса, инвестирующего в «зеленые» технологии, напрямую вытекают из этих обязательств. Данное условие авторы исследования оговаривают несколько раз.

В этой связи показателен такой момент. Как отмечается в исследовании, в настоящее время налогом облагается только 16% от общего объема глобальных выбросов парниковых газов. При этом цена на углерод (Carbon price), полагают авторы, пока еще не настолько высока, чтобы ожидать широкого внедрения инноваций в «зеленые» технологии (всего три доллара США за тонну). По этой причине откладываются вложения в НИОКР и в пилотные проекты, которые могли бы привести к технологическим прорывам. Прежде всего, это касается довольно затратных технологий по улавливанию и хранению углекислого газа. Иными словами, движение в сторону декарбонизации происходит с неодинаковой скоростью. Поэтому вполне возможно, что для технологического рывка потребуется ужесточение регулирования в данной области. Авторы отмечают, что рецессия 2008-2009 годов задержала развитие ценообразования на углерод и, соответственно, помешала вложениям в НИОКР как раз для дорогостоящих технологий декарбонизации. Нынешний спад также не содействует развитию данного направления. Поэтому в среднесрочной перспективе, полагают исследователи, понадобится реформа «углеродного» регулирования.

Тем не менее, относительно недорогостоящие технологии, связанные с ВИЭ, оказались слабо затронуты этими процессами. Поэтому с 2010 года они быстро вернулись к росту. Причем, динамика явно идет на повышение. Так, в 2014 году доля возобновляемых источников в инвестициях составляла 15 процентов. К 2021 году, считают авторы исследования, она вырастет до 25 процентов. Экономический спад, уверены авторы исследования, на этот раз вряд замедлит развитие возобновляемой энергетики. По их словам, есть все основания прогнозировать, что в 2021 году капитальные вложения в области ВИЭ впервые в истории превысят вложения в добычу нефти и газа.

Чем объясняется такой рост? Как считают исследователи, технологии в области возобновляемых источников уже достаточно «зрелы» для массового использования. Снижение стоимости капитала и благоприятная нормативно-правовая база делают данный сектор весьма популярным для инвесторов. И, наоборот, финансовые условия для долгосрочных разработок в традиционной углеводородной энергетике начинают серьезно ужесточаться. Углеводородные активы, полагают авторы, оказываются в затруднительном положении из-за растущей стоимости капитала и снижения спроса. Расхождение в стоимости капитала оказывается значительным: 3-5% для проектов ВИЭ, и 20% - для новых нефтяных проектов.

Таким образом, преобразованию энергетической отрасли способствуют рынки капиталов. В докладе отмечается, что ведущую роль в дискуссии об изменении климата уже начали играть инвесторы. Именно они теперь подталкивают представителей корпоративного управления к изменению своих бизнес-планов в пользу «зеленых» технологий. С 2011 года количество предложений акционеров, связанных с климатической повесткой, почти удвоилось. А процент инвесторов, принявших эту линию, с того времени почти утроился. Нынешний год стал рекордным по числу акционеров, принявших участие в борьбе с климатическими изменениями. Большинство из них, как и следовало ожидать, из стран ЕС. И что самое важное, в это борьбу с глобальным потеплением начинают активно включаться крупные компании, связанные с углеводородной энергетикой. Данный тренд приводит к тому, что нефтяные гиганты постепенно превращаются в «энергетические» гиганты, то есть в крупные компании широкого профиля.

Как видим, ситуация на рынке капиталов приводит к неожиданным трансформациям.  Если раньше считалось (по крайней мере, в России), что развитие «зеленой» энергетики приводит к жесткому противостоянию на энергетическом рынке старых и новых игроков, то теперь эта схватка не кажется столь очевидной. Получается так, что старые «монстры» сами начинают эволюционировать в соответствии с новейшими трендами. Образно говоря, «динозавры» учатся летать. Пожалуй, только в нашей стране «динозавры» нефтегазового рынка совершенно не намерены подчиняться эволюции. Хотя окончательный приговор выносить пока рано. Происходящие в мире процессы однажды могут затронуть и наших нефтегазовых гигантов, вынуждая их к развитию в неожиданном направлении.

Николай Нестеров

​​​Качество российских научных журналов продолжает падать, в число ведущих изданий базы данных Web of Science входит только один научный журнал из России. Об этом рассказал президент РАН Александр Сергеев в ходе заседания президиума Российской академии наук (РАН).

"Качество наших публикаций в наших журналах падает. Это никто оспаривать не может. Причин здесь несколько: и вообще, снижение уровня научной активности в стране, и наверное, и качества. Но более важный здесь вопрос – о вообще политике такой публикационной, которая у нас в РФ есть", – сказал Сергеев.

Он пояснил, что одним из критериев результативности академических институтов и университетов служит количество статей в ведущих научных журналах. Уровень таких изданий в той или иной области определяют по тому, в какой квартиль входит этот журнал – чем выше квартиль, тем престижнее публикации. Всего квартилей четыре.

"По сегодняшним данным, если брать Web of Science, в ней 11,7 тыс. журналов. В первом квартиле около 3 тыс. мировых журналов, только один из них российский – "Успехи математических наук". Во втором квартиле шесть российских журналов", – пояснил глава РАН, добавив, что в основном российские журналы собраны в четвертом квартиле или вообще в них не попадают.

При этом, как напомнил Сергеев, и госзадания, и условия грантов научных фондов стимулируют российских ученых публиковаться в журналах первого и второго квартиля.

 "Если вы в первом квартиле публикуетесь, то получаете в 20 раз больше очков, чем при публикации в российском журнале", – сказал глава РАН.​

Переход на английский

По словам Сергеева, в Германии, Франции и Японии подавляющее большинство журналов издается на английском языке. 

"Мы тоже должны иметь перед собой такую перспективу, потому что мы не отдельная изолированная струя мирового научного процесса. Но мы, обсуждая наши планы на 5–10 лет, должны определиться, мы сохраняем русскоязычные журналы или говорим, что мы все равно их потеряем, поэтому нужно принимать какое-то решение в этом направлении. Моя позиция такая, что мы обязательно должны сохранить русскоязычные научные журналы», – сказал глава РАН.

При этом, по его словам, надо решать ситуацию с качеством, так как "в русскоязычные журналы мы сами ничего не посылаем".

11 ноября 2020 года в Новосибирске начала работу 5-я международная конференция «Генофонд и селекция растений», организатором которой традиционно выступает СибНИИ растениеводства и селекции (филиал ФИЦ ИЦиГ СО РАН). Ученые России и ряда сопредельных стран обсуждают результаты новейших исследований генетических ресурсов растений, их сохранения и практического использования мирового генофонда культурных растений в селекции и сельском хозяйстве.

Заметное место в программе конференции уделили теме борьбы с заболеваниями сельскохозяйственных культур.

Стеблевая ржавчина, мучнистая роса, бурая ржавчина – эти слова хорошо знакомы любому агроному. Вспышки заболеваний растений, вызванных грибной инфекцией случаются регулярно и могут приводить к значительным потерям (до половины) урожая. До сих пор, наиболее распространенным способом борьбы с ними является обработка посевов пестицидами, но у этого метода есть свои ощутимые минусы.

– Во-первых, с помощью химической обработки далеко не всегда удается полностью избавиться от возбудителей заболевания и есть риск повторного заражения посевов, а во-вторых, сами пестициды имеют свойство накапливаться в растении, что не очень полезно для тех, кто потом употребляет его в пищу, - рассказала научный сотрудник ФИЦ ИЦиГ СО РАН, к.с.-х.н. Нина Бехтольд.

Современным трендам органического земледелия и экологически чистых продуктов отвечает другое направление – создание сортов зерновых, изначально устойчивых к распространенным заболеваниям. Это позволяет обойтись без химической обработки посевов. Но для этого прежде надо детально изучить существующие механизмы защиты растения, найти те сорта, у которых это получается лучше всего и выделить гены, позволяющие достичь этого результата. Этой работой и занимаются Нина Павловна вместе с коллегами по лаборатории генофонда растений СибНИИРС.

– Мы изучаем устойчивость ярового ячменя, овса и пшеницы к пыльной головне, твердой головне, бурой ржавчине и мучнистой росе, то есть самым актуальным на сегодня угрозам для сибирских аграриев, и выделяем генетические источники этой устойчивости для их последующего использования в селекционной работе, - отметила она.

Ранее ученым удалось набрать коллекцию сортов ярового ячменя, устойчивых к головневым заболеваниям, распространенным на территории Западной Сибири. Более того, уже известны генные источники этой устойчивости, что заметно упрощает задачу селекционерам. А на конференции Нина Бехтольд представила результаты оценки устойчивости ряда популярных сортов пшеницы к расам (разновидностям) мучнистой росы, встречающимся в нашем регионе:

– В ходе исследования был проверен набор разных сортов: сибирской селекции, других регионов России и даже несколько зарубежных; наилучшую устойчивость к патогену показали Новосибирская 61, Омега, Саратовская 29.

В планах исследователей, наладить процесс контроля передачи известных генов устойчивости новым сортам на самых ранних стадиях селекционной работы (методом полимеразной цепной реакции, ПЦР). Такая работа требует установки дополнительного (недешевого) оборудования и решения еще ряда научных и организационных задач. Зато ее выполнение позволит сделать работу селекционеров более точной и эффективной.

Пресс-служба ФИЦ ИЦиГ СО РАН,

Ну вот, кажется, мы и дождались: с 2022 года Европейский Союз вводит так называемые «углеродные» таможенные пошлины для импортеров из тех стран, которые, по мнению европейских политиков, осуществляют «недостаточно эффективное» климатическое регулирование. Нетрудно догадаться, что в число этих стран войдет и Россия. В настоящее время уже рассчитана приблизительная сумма убытков для российских экспортеров в страны ЕС, которая окажется на уровне нескольких миллиардов евро в год. Соответственно, серьезно пострадает и российский государственный бюджет.

Напомним, что существующая на сегодняшний день ставка платы за квоты на СО2 составляет 25-28 евро за тонну. Однако планы авторов этих поборов идут куда дальше, и в скором времени ставки могут выйти на уровень 130 евро за тонну. Представителям российского бизнеса данная угроза кажется весьма серьезной, в связи с чем 30 сентября этого года Комитет по экологии Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) организовал Экологический Форум, на котором была всесторонне рассмотрена указанная проблема и оценены ее последствия для отечественной экономики.

Участники Форума обратили внимание на то, что в странах ЕС из числа бывших советских республик «зеленая» стратегия уже привела к серьезному падению индекса промышленного производства и к закрытию почти 80% энергоблоков, работающих на сланце и на угле. Так, в маленькой Эстонии с апреля прошлого года из 14 таких объектов работают только два. Индекс промышленного производства за четыре месяца текущего года упал к тому же периоду прошлого года на 21% (без учета влияния пандемии).

То упорство, с которым передовые страны ЕС навязывают своим соседям «зеленую» стратегию, нисколько не считаясь с текущими экономическими реалиями, вызывает законные подозрения насчет истинных мотивов такой политики. Судя по всему, борьба за экологию является только поводом к введению жестких ограничений в сфере энергетики и промышленного производства.  Есть подозрение, что вопрос о климатическом регулировании навеян прозаическими меркантильными соображениями политиков ведущих стран ЕС. С помощью новых правовых инструментов сильные игроки банально подминают под себя более слабых. Пример той же Эстонии наглядно показывает, как это происходит на практике.

Россия, подписав Парижское соглашение, находится теперь в двусмысленной ситуации, поскольку формально выразила солидарность с экологической политикой европейцев. Однако озвученные требования с их стороны ввергают наших производителей-экспортеров в шоковое состояние. Мало того, как заметил представитель Минприроды РФ Сергей Хрущев, международные организации демонстрируют предвзятое отношение к нашей стране, намеренно занижая способность российских лесов поглощать углекислый газ. Этот показатель, по их оценкам, якобы не покрывает объемы выбросов со стороны предприятий и в численном выражение оказывается меньше, чем в… Финляндии! Из такого отношения следует, что Еврокомиссия готова «драть» с наших производителей, что называется, «по полной программе», не делая никаких скидок. Некоторые участники Форума расценивают подобное отношение к российской стороне как покушение на наш суверенитет.

В этой связи некоторые представители российского правительства призвали к консолидации действий со стороны бизнеса и власти. Прозвучали также предложения объединиться тем странам, чьи производители тоже попадут «под раздачу» из-за новых европейских требований. И тем не менее, с консенсусом пока получается неважно. Самое печальное, что по этим вопросам нет полного согласия даже в руководстве страны. Увы!

Известно, что среди экспертов «высшего пула», входящих в число советников самого Главы государства, есть открытые сторонники европейской экологической политики, требующие распространить аналогичные стандарты и на территорию РФ. Если их старания обретут силу, то российским производителям-экспортерам придется платить уже ДВА «углеродных» налога. Когда в верхних эшелонах власти нет консенсуса по столь принципиальным вопросам, страна будет вынуждена либо топтаться на месте, либо плестись в хвосте лидеров. Именно это мы сейчас и наблюдаем. России нужна совершенно отчетливая и недвусмысленная повестка, которую должны сформулировать люди, обладающие авторитетом в научных кругах.

Таким образом, мы либо идем своим путем, либо встраиваемся в тот курс, который прокладывают передовые страны ЕС. Подписав Парижское соглашение, мы уже, как было сказано, взвалили на себя тяжкий груз соответствующих обязательств. Однако есть еще время всё переиграть. Главное – отчетливо понимать, куда нам на самом деле нужно двигаться. Такой ответ, кстати, есть у наших ученых.

Как разъяснил ситуацию научный руководитель Института теплофизики СО РАН академик Сергей Алексеенко (лауреат премии «Глобальная энергия»), детально соблюдать все пункты Парижского соглашения практические невозможно, иначе нам придется много чего позакрывать. По мнению ученого, радикальный отказ от ископаемого топлива не является для России приемлемым путем развития, особенно если речь идет о Сибири. Отметим, что в сибирских регионах весьма высока доля угольной генерации. Как мы знаем, в странах ЕС началось повальное закрытие угольных шахт и перевод УТЭС на природный газ (с последующим закрытием после полного перехода на ВИЭ). Надо ли нам следовать европейскому примеру? Насколько он для нас актуален?

Как считает Сергей Алексеенко, создание экологически безопасной энергетики совсем не предполагает тотального перехода на возобновляемые источники. Европейцы приняли такой вариант развития, поскольку находятся в сырьевой зависимости от поставщиков ископаемого топлива, включая сюда и Россию. Возможно, для них в том есть свой резон, но не для нашей страны, обладающей колоссальными запасами природного газа и того же угля. С точки зрения ученого, для нас целесообразнее развивать угольную энергетику, чем отказываться от нее. Главное, подчеркнул он, что на данном этапе для нее есть вполне приемлемые решения. В данном случае речь идет о чистой генерации на основе «Цикла Аллама».  Эта инновационная технология, утверждает Сергей Алексеенко, вполне согласуется с целями Парижского соглашения и отвечает самым строгим требованиям по выбросам СО2. Иными словами, наука способна дать ответ на вызовы времени, не подвергая экономику нашей страны тому шоку, которым окажется для нее путь, реализуемый сегодня в странах ЕС.

Как ни странно, но хороший пример в этом плане нам могут подать США. Не стоит думать, будто в западном мире царит абсолютное единодушие относительно подходов к развитию энергетики. Как мы знаем, с приходом Трампа Америка вышла из Парижского соглашения, подчеркнув тем самым свои особые приоритеты в этой сфере. Не исключено, конечно, что приход к власти президента-демократа внесет очередные коррективы в «генеральную линию». Но всё равно, полагает Сергей Алексеенко, есть все основания полагать, что США будут идти своим путем, независимым от ЕС, поскольку эта страна, как и Россия, располагает колоссальными запасами ископаемого топлива, включая сланцевый газ и уголь.

Для нашей страны пример Америки вполне может стать показательным и в чем-то – заразительным. То есть в вопросах развития энергетики России все-таки стоит ориентироваться на США, нежели на страны ЕС. Еще раз подчеркнем, что единого «Запада» на этот счет не существует, и выбирать придется даже тем, кто считает себя последовательным сторонником «западного» пути развития. Но чтобы получить хоть какой-то внятный результат, нашим руководителям необходимо четко определиться с приоритетами. Подчеркну еще раз: со стороны российского научного сообщества уже есть готовый пакет эффективных технических решений. Вопрос, как всегда, упирается в пресловутую «политическую волю».

Андрей Колосов

Сибирские ученые совместно с коллегами из Германии и с Урала изучили археологические материалы поселения афанасьевской культуры Нижняя Соору (Центральный Алтай, период энеолита). Благодаря палеогенетическим исследованиям удалось установить, что найденные там зубы животных принадлежат домашним овцам, жившим примерно в 3300—2900 гг. до н. э. По имеющимся на сегодня данным, это самые древние овцы, которых разводили на Алтае. Результаты работы опубликованы в журнале Archaeological Research in Asia. 

«В конце IV тысячелетия до нашей эры на Алтай мигрировали племена европеоидов, которые заселили долины горных рек. Археологические раскопки показали, что это были люди высокого роста (некоторые индивидуумы достигали около двух метров). Похоже, они оказались первыми, кто системно занимался скотоводством на этой территории, — рассказывает заведующий кафедрой археологии, этнографии и музеологии Института истории и международных отношений Алтайского государственного университета профессор, доктор исторических наук Алексей Алексеевич Тишкин. — Сначала археологи фиксировали и исследовали в основном погребальные комплексы афанасьевской культуры, которые давали ученым определенные представления о жизни, деятельности, социальной структуре и мировоззрении ее представителей, об их антропологическом типе. Однако система жизнеобеспечения была слабо изучена. Особенно это касалось реконструкции хозяйства, так как в захоронениях оказалось мало каких-либо свидетельств о нем. В основном ученые находили смешанные культурные остатки, среди которых было сложно выделить кости животных, связанных именно с афанасьевской культурой».

В 1994 году горно-алтайские археологи, обследуя формирующийся овраг на участке террасы одного из притоков реки Каракол в Онгудайском районе, нашли поселение афанасьевской культуры, получившее название Нижняя Соору (как одноименное урочище в горной долине). Этот памятник содержал всего один слой, поэтому принадлежность его исключительно к этой культуре не вызывала вопросов. Исследователи заложили на краю обрыва небольшой раскоп, куда попал древний очаг, а также кости животных, фрагменты керамики и каменные артефакты, лежавшие рядом с ним.

Позднее костные материалы изучил старший научный сотрудник лаборатории палеоэкологии Института экологии растений и животных Уральского отделения РАН кандидат биологических наук Павел Андреевич Косинцев. Визуально и на основе сравнительного анализа он определил, какие из них принадлежат крупному и мелкому рогатому скоту, а какие — лошадям и диким животным. Больше всего оказалось костей мелкого рогатого скота, в том числе и овец. Ученый предположил, что овцы эти домашние, поскольку на Алтае в период энеолита дикие формы овец не водились. Скорее всего, их пригнали с собой на Алтай и стали там разводить племена афанасьевской культуры. «Для начала нужно было однозначно решить вопрос: действительно ли костные останки принадлежат овцам и были ли эти животные домашними? Материалы ранних этапов доместикации мелкого рогатого скота определить довольно трудно. К тому же на Алтае практически нет изображений овец периода энеолита, хотя изображения крупного рогатого скота, принадлежащие предположительно к тому времени, сохранились. Также было важно узнать,откуда именно происходили эти животные», — комментирует Алексей Тишкин.

Пришедшие в археологию современные естественно-научные методы позволили пролить свет на поставленные вопросы. Исследование выполняли сотрудники Института доисторической и протоисторической археологии и Института клинической молекулярной биологии Кильского университета (Германия), кафедры археологии, этнографии и музеологии Алтайского государственного университета, лаборатории палеоэкологии Института экологии растений и животных УрО РАН, а также Института археологии и этнографии СО РАН.

Большой удачей для ученых оказалось то, что в пяти изученных образцах зубов овец возрастом около пяти тысяч лет сохранилась ДНК. Возможно, этому способствовали природные условия, а также какой-то катаклизм, частично законсервировавший культурный слой (находки были перекрыты плотным покровом намытого щебня разного размера). Анализ ДНК митохондриального гена цитохрома b, проведенный в Кильском университете, подтвердил, что найденные зубы принадлежат овцам. Сравнение их геномов с другими геномами из открытого банка генетических данных показало: эти овцы действительно домашние. Были найдены их родственные хозяйственные линии. Так, например, последовательность исследуемого участка ДНК одного зуба оказалась идентична таковой у овцы, обнаруженной на стоянке раннего бронзового века (около 2700 г. до н.э.) в горах на юго-востоке Казахстана. Затем было сделано радиоуглеродное датирование зубов овец из Нижней Соору с помощью масс-спектрометрии, которое определило такой хронологический диапазон: около 3300—2900 гг. до н. э.). Таким образом, ученые получили подтверждение, что изучаемые ими останки принадлежат самым древним овцам на Алтае.

«Наше комплексное исследование является важным для установления хронологической точки отсчета распространения домашних овец во Внутренней Азии, — отмечает Алексей Тишкин. — Мы планируем провести дополнительные работы на поселении Нижняя Соору. Не только для того, чтобы в дальнейшем получить дополнительную информацию об овцах, хозяйстве и рационе питания представителей афанасьевской культуры, но и с целью сохранить этот уникальный археологический памятник от интенсивного разрушения».

Ранее ученые АлтГУ вместе с новосибирскими палеогенетиками исследовали кости овец периода ранней бронзы, найденные на территории равнинного Алтая. Полученные тогда данные планируется сравнить с результатами изучения овец со стоянки Нижняя Соору — в ходе реализации научной программы по палеогенетическому изучению овец, становлению и развитию овцеводства на юге Западной Сибири и Алтае в эпоху палеометалла. Параллельно археологи изучают процессы одомашнивания и использования в древности лошадей. Костные останки этих животных также найдены на стоянках афанасьевской культуры, но их детальное исследование еще не проводилось. «Афанасьевцы могли охотиться на лошадей, но не исключено, что они их одомашнивали. Однако эти предположения требуют доказательств. Надеюсь, скоро появятся дополнительные результаты исследований лошадей на ранней стадии доместикации, что способствует решению фундаментальных научных проблем», — говорит Алексей Тишкин.

Исследование выполнено в рамках гранта РНФ (проект № 16-18-10033) и при поддержке Европейского исследовательского совета (European Research Council — ERC) Horizon 2020 (проект № 772957 / ASIAPAST).

Диана Хомякова

Линейные СВЧ ускорители электронов используются в разных сферах деятельности: начиная от промышленности и медицины, заканчивая коллайдерами и источниками синхротронного излучения. Один из ключевых показателей эффективности любого линейного ускорителя – малые потери частиц в процессе ускорения. С целью увеличения данного показателя специалисты Института ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН (ИЯФ СО РАН) разработали согласующую секцию для предварительного ускорения и группировки нерелятивистского пучка. Такие секции можно использовать с разными типами регулярных ускоряющих структур. По предварительным расчетам, использование этой секции позволит увеличить токопрохождение до значений не менее 85%, что является очень высоким. Полученные результаты были представлены на международном салоне инноваций и изобретений «Новое время», по итогам которого работа магистранта ФТФ НГТУ НЭТИ, старшего лаборанта ИЯФ СО РАН Кристины Гришиной удостоилась приза журналистских симпатий.

Ускорение заряженных частиц происходит под действием электрического поля в специальных резонансных ячейках, в которых данное поле формируется и запасается. Если электроны уже имеют большие значения кинетической энергии (релятивистские), то процесс ускорения можно проводить в одинаковых ячейках без потерь частиц, формируя из них регулярные ускоряющие структуры. Это значительно облегчает изготовление ускорителя. При этом в самом начале формирования электронного пучка энергия частиц не бывает значительной. В этом случае ускорение в таких регулярных структурах не будет оптимальным, а будет сопровождаться большими потерями электронов. В итоге количество ускоренных частиц может составить около 30% от изначального числа.

ИЯФ СО РАН имеет большой опыт разработки и производства различных типов регулярных ускоряющих структур. Недавно было предложено, используя этот опыт, разработать устройство, которое позволит без потерь ускорять электроны, начальная энергия которых мала. Тем самым можно будет повысить эффективность ускорения уже имеющегося в ИЯФ СО РАН линейного СВЧ ускорителя, который используется для инжекции заряженных частиц в коллайдеры ВЭПП-4 и ВЭПП-2000. Кроме того, эта технология может быть полезна для создания таких ускорителей для промышленности, для которых данный показатель имеет особое значение, а также – для реализации будущих проектов института. Для уменьшения потерь частиц сотрудники ИЯФ СО РАН ведут исследования непериодических структур, ранее не применявшихся в институте. В ходе этих работ были проведены расчеты, по предварительным результатам которых можно получить величину прохождения тока пучка до значений не менее 85%.

«Для многих линейных СВЧ ускорителей необходима большая импульсная или средняя мощность в пучке, а импульсные токи 0,1 – 2 А, – поясняет магистрант ФТФ НГТУ Кристина Гришина. – Моя работа заключается в создании согласующей секции, которая нерелятивистский непрерывный пучок преобразует в последовательность сгустков с энергией около 1 МэВ, после чего можно применять регулярные ускоряющие структуры без потерь частиц. В данный момент структура полностью разработана, сейчас мы находимся на стадии производства. В начале 2021 года планируется сборка стенда и дальнейшие измерения. Нам важно выяснить, способны ли мы в ИЯФ делать подобные структуры с переменным шагом и переменным полем. Пока что речь шла только о моделировании, а в производстве и реальных измерениях могут возникнуть свои трудности. Это можно будет узнать, когда мы соберём стенд».

Заведующий сектором ИЯФ СО РАН, кандидат физико-математических наук Алексей Левичев отметил, что структура, которую разрабатывает Кристина Гришина, представляет большой интерес в первую очередь именно для Института ядерной физики. «Дело в том, – пояснил он, – что у нас нет опыта создания таких предускорителей-группирователей. На основе данного прототипа мы, по сути, развиваем новые технологии и приобретаем новый опыт. Сложность данного изделия в том, что все резонаторы, из которых состоит структура, имеют разные размеры. Настроить такую структуру, измерить и добиться необходимых электродинамических параметров – в этом и заключается задача по разработке предускорителя-группирователя. Эта технология интересна для всех ускорителей, где необходим большой ускоренный ток электронов. Например, для будущего коллайдера Супер С-тау фабрика или установки с мюонами (µ-µ-трон) необходимо будет генерировать большое количество позитронов. Их количество определяется током ускоренных электронов. Так вот, здесь тот опыт, который мы получаем на основе нашего предускорителя-группирователя, также будет очень полезен».

Кристина Гришина презентовала результаты на международном салоне инноваций и изобретений «Новое время», который проводился при поддержке Роспатента, Минобороны и Минобрнауки России, где завоевала приз журналистских симпатий за лучшую презентацию.

«Вклад Кристины весьма высок, – отзывается о работе ее научный руководитель Алексей Левичев. – Именно она курирует и ведет данную работу, начиная от расчетов, заканчивая работой с конструктором и производством. Хочу сказать, что это тяжелый труд, который требует много качеств: умения быстро сориентироваться в ситуации, коммуникабельности, умения находить нестандартные решения. Можно быть сколь угодно хорошим физиком, но совершенно не уметь добиваться своей цели. Кристина не такая, ей можно, образно говоря, показать направление, а дорогу она проложит сама. Это очень сильное качество».

Алла Сковородина, руководитель пресс-службы ИЯФ СО РАН

Что бы ни говорили скептики, но Россия начинает встраиваться в европейские тренды в плане перехода на возобновляемые источники энергии. Не будем сейчас давать оценки этому наплавлению. Главное, что процесс пошел. Так, в южной части страны уже полных ходом идет создание солнечных электростанций, которые лет через пять будут играть очень заметную роль в общем энергетическом балансе страны.

Тренд, в общем-то, вполне логичный. Сегодня эти технологии достаточно хорошо отработаны, рынок фотоэлектрических систем развивается на редкость динамично. Свободных территорий у нас достаточно много, да и с солнцем проблем также нет. По крайней мере, в южных регионах его предостаточно. В общем, у нас в стране есть все объективные предпосылки для того, чтобы уделять серьезное внимание ВИЭ. Причем, надо понимать, что этим занимаются не только в развитых странах. Сегодня мы видим стремительный рост популярности солнечной энергетики в странах третьего мира, где с солнцем дела обстоят куда лучше, чем в Европе.

В общем, нам не обязательно догонять Европу по экономическим показателям, чтобы взяться за строительство СЭС. Поэтому движение в указанную сторону будет происходить в любом случае. Однако на этом пути российскую единую энергосистему поджидает одна серьезная неприятность, связанная с особенностью работы «зеленой» энергетики. Дело в том, что в традиционной энергетике выработка мощностей – вещь всегда предсказуемая и хорошо управляемая. Чего нельзя сказать, например, о тех же солнечных электростанциях, прямо зависящих от погодных условий. Эта метеозависимость вносит серьезный диссонанс в работу нашей энергосистемы. Ведь заявленная мощность солнечной электростанции существует, так сказать, только в теории, тогда как на практике чуть ли не ежедневно происходят серьезные отклонения от номинальных значений по независящим от человека причинам.

За рубежом для решения указанной проблемы разработано уже несколько методик. Однако нельзя сказать, что мы можем их смело копировать. Для российских условий придется применять свои методики, и над этим сейчас работают наши специалисты, в частности – специалисты НГТУ. Об этой работе было доложено на Пятом Международном форуме «Городские технологии 2020», где была организована отдельная секция, посвященная инновационной энергетике. Суть указанной методики изложил старший преподаватель кафедры электрических станций НГТУ Станислав Ерошенко.

Он сразу отмел скептические высказывания в адрес ситуации в отечественной «зеленой» энергетике. По его словам, солнечная энергетика, несмотря на то, что пока ее доля невелика, показывает внушительные темпы роста. Динамика здесь впечатляет. Так, в 2010 году установленная мощность российских СЭС составляла всего 130 МВт. Однако в этом году (то есть спустя десять лет) она уже достигла уровня 1439 МВт. То есть «солнечные» мощности выросли более чем в десять раз! В 2022 году данный показатель должен составить уже 1783 МВт. Кроме того, необходимо напомнить, что российское правительство распорядилось довести к 2024 году выработку электроэнергии за счет ВИЭ до 4,5 процентов. А это уже не такая маленькая доля, чтобы ее можно было игнорировать при организации работы единой энергосистемы.

Уже сегодня, отмечает Станислав Ерошенко, в некоторых энергетических узлах юга страны возобновляемые источники играют существенную роль в общей системе энергоснабжения. Соответственно, предсказуемость работы «зеленых» генерирующих объектов становится весьма актуальной задачей для тамошних оперативно-диспетчерских центров и систем оперативно-технологического управления при краткосрочном планировании электрических режимов. Уже сейчас там вынуждены учитывать режимы работы построенных фотоэлектрических станций при планировании максимально допустимых перетоков мощности. Учитывая, что через пару лет количество таких станций существенно возрастет, задача прогнозирования их работы становится весьма актуальной. Это коснется не только регионов европейской части страны. Если говорить о планах ввода новых СЭС, то сюда попадает не только Юго-Запад, но практически всё Забайкалье, Алтайский Край, Республика Алтай, Южный Урал и Южное Поволжье.

Чтобы оценить масштаб задачи, отметим, что для Новосибирского РДУ серьезные проблемы создавала работа СЭС, построенной несколько лет назад в Республике Алтай. Точнее, проблему создавало влияние этой станции на Бийский энергоузел. Недавно был проведен анализ режимов работы российских СЭС и их отклонений от заявленных характеристик, и было определено, что распределение отклонений, то есть сама дисперсия, может превышать даже установленную мощность солнечной электростанции.

Наши специалисты, разрабатывая свою методику прогнозов, обращались, конечно же, и к европейскому опыту. Как сказал Станислав Ерошенко, для краткосрочного и долгосрочного планирования приходится пользоваться результатами численного прогноза погоды, который всегда доступен для оперативно-диспетчерских центров. На сегодняшний день, подчеркнул эксперт, набирает оборот применение методов машинного обучения нейросетевых моделей для реализации прогноза выработки СЭС. Точность данных методик разнится. Причем, все зависит от горизонта планирования. Если планирование делается на сутки вперед, то для него вполне приемлемы численные прогнозы погоды. Если говорить о простых трендах, то они уже не так актуальны, поскольку в этом случае мы получаем весьма существенную погрешность при прогнозировании.

Наши специалисты предложили свою систему, отработанную на одной из солнечных электростанций Астраханской области. Мощность данной СЭС составляет 15 МВт. Базовая часть предложенной системы прогноза, объяснил Станислав Ерошенко, представляет собой трехступенчатую процедуру, куда входит: 1) определение параметров солнечного излучения на границе атмосферы Земли; 2) определение солнечного излучения на горизонтальной плоскости у поверхности Земли; 3) определение солнечного излучения на наклонной плоскости (фотоэлектрической панели) у поверхности Земли. Как мы понимаем, точность прогнозирования очень сильно зависит от уровня развития сети метеорологических станций и метеорологических постов. При отсутствии достаточно точных данных возникают неизбежные ошибки.

Поэтому, как заметил Станислав Ерошенко, главная задача разработчиков заключалась в повышении точности прогнозирования. Для этого необходимо было выработать соответствующий подход к обработке исходной базы данных, предоставляемых метео-провайдерами. В результате было принято решение использовать кластеризацию этих данных по методу k-средних, то есть исходная информация разбивалась на блоки, соответствующие определенным типовым погодным условиям. Такая разбивка осуществляется на основе собственной обучающей выборки. Также были разработаны методы краткосрочной оперативной коррекции прогноза по результатам текущих измерений, производимых на самой солнечной электростанции (на каждой СЭС существует своя метеостанция). Даная функция была реализована на основе ансамблевого алгоритма машинного обучения.

Как считает Станислав Ерошенко, на сегодняшний день развитие систем прогнозирования является наименее затратным способом повышения точности краткосрочного прогнозирования режимов работы энергетических систем (в условиях большого количества солнечных электростанций).  Правда, утверждает эксперт, данное направление целесообразно продвигать с учетом развития технической инфраструктуры для метеорологических прогнозов - как наземных датчиков, так и орбитальных аппаратов для дистанционного зондирования Земли.  Это приведет не только к повышению точности прогнозов погоды, но и снимет неопределенности при планировании работы энергетических систем. В общем, никогда еще метеорология не была столь востребованной, как в условиях нынешнего перехода к «зеленой» энергетике.

Николай Нестеров