Пока зарубежные аналоги стоят несколько тысяч долларов за фунт и запрещены к экспорту в Россию, промышленное производство карбидокремниевого волокна, созданного по технологии новосибирских ученых, сможет в короткие сроки обеспечить полное импортозамещение в создании композитов для авиации и космонавтики. Опытный образец реактора и волокна готов, для создания промышленной установки и запуска коммерческой партии ученым требуется софинансирование в размере 10 млн рублей. 

Для разработки конструкций аэрокосмической техники нового поколения активно проводятся работы по созданию и внедрению конструкционных материалов, сочетающих малую плотность и высокие прочностные характеристики при повышенных рабочих температурах. Чтобы добиться указанных свойств, в конструкциях перспективной техники применяются волокнистые композиционные материалы на основе жаропрочных титановых сплавов и керамических матриц, армированных волокнами карбида кремния. Ученые Лаборатории синтеза функциональных материалов Физического факультета Новосибирского государственного университета предложили более простую и экономичную технологию получения карбидокремниевого волокна. Запуск промышленного производства решит проблему импортозамещения волокна в России.

– На сегодняшний день большая номенклатура армирующих волокон активно разрабатывается и производится в промышленном масштабе рядом зарубежных фирм: Specialty Materials Inc. (США), TISICS Ltd (DERA, QinetiQ, Великобритания), FMW Composite Systems Inc. (США). Тем не менее, зарубежные методы производства требуют больших временных затрат и денежных вложений: стоимость итоговой продукции превышает несколько тысяч долларов за фунт. Помимо этого, иностранные волокна запрещены к экспорту в Россию, что затрудняет создание композитов на их основе. Наша технология позволяет в короткие сроки и с меньшими затратами получить качественное карбидокремниевого волокно для космонавтики и авиации, — прокомментировал руководитель проекта, научный сотрудник Отдела прикладной физики ФФ НГУ Евгений Галашов.

Новый подход основан на химической реакции образования карбида кремния на поверхности непрерывной углеродной нити, погруженной в раствор-расплав кремния. Катушки углеродного волокна погружаются в вакуумный реактор, после чего углеволоконная нить протягивается через легкоплавкие эвтектические растворы-расплавы с высоким содержанием кремния при температуре 350-450 °С в инертной атмосфере. По окончании реакции катушки карбидокремниевого волокна с заданной толщиной и составом армирующего покрытия SiC/Si, сформированного без разрушения углеродной основы, извлекаются из реактора и могут использоваться как последующая стадия модификации на производстве коммерческого углеволокна.

На сегодняшний день командой проекта изготовлен опытный реактор, получены образцы карбидокремниевого волокна. Ведутся работы по созданию промышленного вакуумного реактора для получения непрерывного кернового карбидокремниевого волокна. Для запуска установки в 2023 году проекту требуется софинансирование в размере 10 млн рублей, после чего можно будет начать коммерческие поставки отечественных карбидокремниевых волокон.

Как мы и предполагали ранее, энергетический кризис, усугубляемый западными санкциями в отношении России, вынуждает наиболее здравомыслящих европейских политиков пересмотреть планы по ускоренному отказу от ископаемого топлива и атомной энергии. Под влиянием объективных обстоятельств акценты вчерашних сторонников форсированной декарбонизации начинают явно перемещаться в сторону принятия незамедлительных компромиссных решений. Впечатление такое, будто декларируемая ранее борьба с глобальным потеплением утрачивает актуальность, уступая место противодействию «российской агрессии».

В начале марта этого года один из депутатов Европарламента – Радан Канев – прямо заявил о том, что так называемый «зеленый курс» нуждается в существенных поправках ввиду радикального изменения внешнеполитической обстановки. По мнению европейского депутата, Евросоюзу необходимо пересмотреть и приспособить «зеленый курс» к новой политической реальности. При этом он уточняет, что речь не идет о каких-то краткосрочных оперативных мерах (как полагают многие экологические активисты). Точно так же нельзя говорить и о полном сворачивании климатической повестки (о чем мечтают скептики). Необходимо, считает Радан Канев, осуществить стратегическое переосмысление текущей и будущей политики Евросоюза, потому что кризис, который мы теперь наблюдаем, продлится долго и будет иметь необратимые последствия.

Депутат отмечает, что дальнейшие действия российского руководства в отношении Украины предугадать практически невозможно. В любом случае, чем бы ни разрешился исход военной кампании, стабильность на евразийском континенте окажется иллюзорной. Любой результат будет нелегитимен на международном уровне, а значит, потребует еще более жестких санкций Запада в отношении России. Даже в случае политического переворота в Кремле ситуация не улучшится, а только ухудшится, поскольку такой переворот усилит нестабильность в нашей стране. В любом случае, считает Радан Канев, европейцам необходимо готовиться к тому, что поставки энергоносителей из России могут прекратиться полностью.

В общем, энергетическая зависимость Европы от нашей страны будет сопряжена с еще большими рисками, чем раньше. В этом случае «энергонезависимость» от России должна стать для европейцев главным приоритетом, утверждает депутат. В таких условиях, на его взгляд, необходимо пересмотреть некоторые положения европейской энергетической политики. То есть борьба с глобальным потеплением на самом деле отходит на задний план (выражаясь по-русски, уже «не до жиру – быть бы живу»). 

Здесь-то и начинается самое интересное. Депутат открытым текстом заявляет, что теперь уголь не должен быть ругательным словом (coal should not be a dirty word anymore)! Полагаю, российские климатические скептики бурно аплодируют этому высказыванию. Со своей стороны, для «зеленых» активистов такое признание равнозначно регрессу и сдаче позиций по климатической повестке. Радан Канев оправдывается тем, что в условиях войны уголь всегда играет важную роль. Дескать, любой здравомыслящий политик это прекрасно понимает, хотя еще совсем недавно мы не могли себе представить, что такие времена наступят.

Следующий примечательный тезис касается атомной энергетики. Радан Канев предлагает прекратить все дебаты на эту тему. То есть, «мирному атому» быть! И не потому, что европейцы не испытывают на этот счет каких-либо опасений. А потому, что «путинского» ядерного оружия они боятся куда больше, чем атомных реакторов. Следующим пунктом идет необходимость роста собственного производства газа и бензина. Депутат признает, что производить данную продукцию на территории ЕС весьма накладно, поскольку здесь весьма высоки трудовые и социальные издержки. В первую очередь это связано с ограничениями экологического плана, из-за чего приходится выплачивать материальные компенсации местным сообществам в силу «грязного» характера добывающей отрасли. По этой причине она не может-де процветать в демократических странах.  То же самое касается и сланцевого газа. Его добыча на местах могла бы ослабить зависимость Европы от российского газа. Однако, сетует Радан Канев, местные общины предпочли бы увидеть на своих землях отряды Кадырова, чем бурение скважин на заднем дворе.

Разумеется, перечисленные решения не могут отражать стратегических перспектив европейской экономики, предупреждает депутат. Тем не менее, их необходимо включить в перечень неотложных краткосрочных мер, воспринимая  как необходимую жертву на текущем этапе развития. По этой причине не стоит ожидать восторженной поддержки данных предложений на финансовых рынках. Отсюда вытекает запрос на общественную поддержку. Чтобы этого добиться, Радан Канев предлагает временно (!) пересмотреть само определение «устойчивости» (sustainability), вернувшись к ПЕРВОНАЧАЛЬНОМУ определению данного понятия. Дело в том, что в последние годы «устойчивость» тесно ассоциируют с «зеленым курсом», хотя в исходном варианте речь шла о стабильности, безопасности и долговечности. Именно на эти прилагательные как раз и нужно сместить акценты, полагает депутат Европарламента. Поэтому при оценке газового проекта (судя по всему, речь идет о добыче газа в Европе) необходимо ставить во главу угла снижение зависимости от российского газа. Если данное условие имеет место, значит, такой проект должен квалифицироваться как «устойчивый».

Похоже на то, что указанная трактовка «устойчивости» (в контексте преодоления зависимости от российских энергоносителей) превращается в своего рода европейский идеологический мейнстрим, затеняющий климатическую повестку. Вот еще один показательный пример на этот счет. Представительница Европейского экономического и социального комитета – Алена Мастантуоно – открыто обвиняет президента РФ Владимира Путина в создании геополитического конфликта, из-за которого мировое сообщество вынуждено отвлечься от борьбы с глобальным потеплением и переключиться на решение других проблем. Дескать, этого Путину мир никогда не простит. Теперь, негодует Алена Мастантуоно, климатическая повестка отодвигается на второй план, а на первый план выходят вопросы энергоснабжения и энергетической безопасности. Приведет ли это к сворачиванию «зеленого курса»? Снизится ли наша потребность в ископаемом топливе? Сможем ли мы изменить энергетический баланс?

Вопросы, безусловно, своевременные и отвечающие текущему моменту. Хотя ответы на них оказались предсказуемыми. Европа, отмечает Алена Мастантуоно, вынуждена диверсифицировать поставки энергоносителей, но при этом данная диверсификация должна сопровождаться быстрым внедрением возобновляемых источников энергии. В свете сказанного предлагается инвестировать большие средства в экономику замкнутого цикла, чтобы обеспечить массовую переработку отходов в энергию. В целом мысль здравая, но широкая реализация данной стратегии откладывается на неопределенное будущее.

Пока же, с сожалением констатирует Алена Мастантуоно, европейцам придется снова обратиться к атомной энергии и даже… к углю! Конечно, еще месяц назад никто в Европе не мог и подумать о таком ренессансе «грязного топлива». Однако военные действия вынуждают европейские страны пойти на такой шаг ради спасения экономики.

В то же время реализация климатических целей до сих пор объявляется верным направлением развития, от которого Европе ни в коем случае нельзя отказываться. Дескать, выбора у нас нет. «Зеленый курс», направленный на достижение углеродной нейтральности к 2050 году, не умер, уверенно заявляет Алена Мастантуоно. В то же время, считает она, необходимо скорректировать некоторые параметры, чтобы сделать его БОЛЕЕ РЕАЛИСТИЧНЫМ (make it more realistic). Судя по всему, эта реалистичность как-то связана с просьбой к людям уменьшить их аппетиты в отношении энергии, о чем заявлено прямым текстом (asking them also to reduce their appetite for energy).

Отметим, что это уже далеко не первое заявление сторонников «зеленого курса» насчет жесткого регулирования спроса на энергию. Однако еще полгода назад оно обосновывалась необходимостью борьбы с глобальным потеплением. Теперь же у западных руководителей появилось универсальное и убедительное оправдание собственной политики по затягивания поясов – «во всем этом виноват Путин». И как мы видим, уже сделан первый шаг к тому, чтобы связать рост глобальной температуры… с деятельностью российского президента!

Константин Шабанов

Для производства из нефти топлив и более сложных продуктов, например полиэтилена или полипропилена, необходимы катализаторы. Многие из них закупались за рубежом. О том, как обстоят дела с импортозамещением катализаторов в области нефтепереработки и нефтехимии, мы поговорили с заместителем директора, руководителем отдела технологии каталитических процессов ФИЦ «Институт катализа им. Г. К. Борескова СО РАН» доктором технических наук Александром Степановичем Носковым.

«Еще в 2019 году Министерством энергетики РФ была создана рабочая группа по анализу возможности импортозамещения в области нефтепереработки и нефтехимии. Задача была определить узкие места и составить возможные шаги по их расшивке (то есть ликвидации недостатков в слабых звеньях производственного процесса). Все данные по оценке рынка, доли импорта, оборудования и катализаторов вошли в единый документ. Он включал качественную характеристику, насколько надежно поставлено обеспечение этих сфер в России. Также там были перечислены основные разработчики и производители катализаторов для процессов нефтепереработки и нефтехимии. В конце документа мы представили программу, по каким позициям в первую очередь надо предпринимать шаги», — рассказывает Александр Носков.

По словам ученого, отрасль нефтепереработки не должна столкнуться с большими проблемами из-за санкций. Заводы, аппараты, каталитические реакторы — всё это исторически базировалось на отечественных технологиях. Для производства топлив используется всего около десятка основных катализаторов. Спрос на каждую марку большой, а имеющиеся мощности позволяют оперативно нарастить объемы производства. 

«В нефтепереработке практически по всем позициям на сегодняшний день либо нет критического состояния, либо достаточно быстро, в течение полугода-года, узкие позиции могут быть закрыты. Кроме того, большинство катализаторов здесь эксплуатируются от трех до десяти лет. Поэтому, если катализатор загрузили, например, в прошлом году, он прослужит еще некоторое время», — говорит Александр Носков.

Нет проблем и с некоторыми катализаторами, которые необходимо постоянно добавлять в кипящий слой (процесс крекинга). Их производство налажено на российских предприятиях: Ишимбайском специализированном химическом заводе катализаторов и Омском катализаторном заводе.

Катализаторы в нефтепереработке делятся на две большие группы. Одни обеспечивают глубину переработки нефти (чтобы из одного ее количества получить как можно больше бензина и дизельного топлива). Вторые направлены на повышение качества этого топлива. По словам ученого, сейчас важно прежде всего сохранять глубину переработки, а возможное снижение качества в нынешней ситуации некритично. 

Самая узкая проблема российской нефтеперерабатывающей промышленности в области импортозамещения — катализаторы гидроочистки и гидрокрекинга. Их объем потребления составляет соответственно 3 500—4 000 и 1 000—1 500 тонн в год. 

Процессы гидрокрекинга используются, чтобы вытащить топливо из нефтяного остатка. Он получается после того, как из нефти извлекут бензиновую, керосиновую и дизельную фракции, и составляет примерно 25—30 % от ее изначального веса. «Эти процессы осуществляются при очень высоком давлении (200 атмосфер) в присутствии водорода. Такие технологии лишь недавно стали применяться в России массово. Заводы у нас сейчас только строятся, а Япония уже объявила эмбарго на поставку оборудования», — рассказывает ученый.

Другое уязвимое направление в области нефтепереработки — это катализаторы получения зимних и арктических топлив (объем потребления — 200—250 тонн в год). Эти технологии базируются на импортных катализаторах, и быстрая замена здесь вряд ли возможна. Не все соединения, использующиеся в таких катализаторах, доступны в России. «У нас есть научные заделы, но стадия подготовки еще недостаточная для введения в эксплуатацию», — говорит Александр Носков.
В нефтехимии же сложилась совершенно иная ситуация. Основной продукцией этой отрасли являются полиэтилен, полипропилен, всевозможные масла. Они получаются в результате следующего, более тонкого этапа переработки.«В нефтехимии многие производства базируются полностью на импортных технологиях. А когда вам продается импортная технология, лицензиар гарантирует все процессы только при использовании прописанного в технологии катализатора. Если его заменить, все гарантии снимаются. Поэтому катализаторы тоже использовались в основном зарубежные»,— рассказывает ученый.

Заводы по производству катализаторов расположены в основном в США Франции, Германии, Дании. Китай тоже пытается наладить их выпуск, но, по словам ученых, пока китайские катализаторы не достигли нужного качества, и предприятия, использующие их, могут столкнуться с проблемами.

Проблема заключается также в том, что нефтехимия требует гораздо большего разнообразия катализаторов (их номенклатура насчитывает более 100 наименований). В то же время потребность в каждом отдельном катализаторе гораздо меньше, чем в нефтепереработке: около 50—100 тонн в целом по стране. Налаживать производство для такого малого тоннажа предприятиям невыгодно. Это пытались сделать в СССР, когда промышленность была настроена на самообеспечение, но после перехода на рыночную экономику большую часть катализаторов для нефтехимии стали закупать за рубежом.

«Здесь самые узкие места — производство полиэтилена и полипропилена. В России оно сейчас составляет примерно 4—5 миллионов тонн в год. В этих процессах катализатор одноразовый, он в миллионных долях присутствует в составе самой продукции. На эти 4—5 миллионов тонн нужно примерно 100—120 тонн катализатора. Если прекратятся поставки нужного катализатора, производство будет остановлено в течение месяца. Сейчас у нас в институте и на предприятиях активно прорабатываются вопросы решения этой проблемы», — отмечает Александр Носков. С нехваткой катализаторов могут столкнуться также шинная и лакокрасочная промышленности.

Также в сложной ситуации оказалась пищевая отрасль, а именно производство маргарина, который широко используется в кондитерских и хлебобулочных изделиях. «В этой сфере практически все российские заводы также работают на импортных катализаторах, многие из которых одноразовые. Сейчас ИК СО РАН ведет переговоры с некоторыми предприятиями промышленного сектора. Заделы есть. Возможно, нам удастся решить эту проблему», — рассказывает исследователь.

У Института катализа СО РАН есть сложившиеся связи с «Роснефтью», «Газпромнефтью», «Газпромом», «СИБУРом». С реальным сектором экономики работают около 20 % ученых института.

«Разработка любого нового каталитического процесса от начала исследований до промышленной реализации занимает в лучшем случае десять лет. В форс-мажорных обстоятельствах и с участием государства этот срок можно сократить до пяти-шести лет. Поэтому, если смотреть реально, за один-два года мы можем предложить только замену того, что есть. Например,попытаться воспроизвести западные катализаторы. Сейчас от российских компаний мы ждем конкретные запросы, какие катализаторы, с какими именно характеристиками им нужны», — говорит Александр Носков.

Ученый отметил, что отрасль по производству катализаторов нуждается сегодня в серьезной поддержке государства и участии компаний-заказчиков.

Диана Хомякова

Продолжаем наш цикл материалов по истории мирового «науч-поп». В прошлый раз мы вспоминали про Альфреда Брема, чья «Жизнь животных» стала бестселлером. Вскоре нашелся человек, доказавший, что жизнь растений может быть не менее интересной. Особенно, если о ней рассказывает тот, кто хорошо в этом разбирается.

В 1843 году в семье начальника петербургского таможенного округа (а позже – сенатора) Аркадия Семёновича Тимирязева родился сын Климент. Он вошел в историю, прежде всего, как русский естествоиспытатель, специалист по физиологии растений, крупный исследователь фотосинтеза. Но еще и как популяризатор и историк науки, и именно на этой стороне деятельности Тимирязева мы сегодня и сосредоточимся.

Тимирязев не раз говорил, что считает своим долгом не только заниматься научными исследованиями, но и «писать для народа», поскольку был уверен, что ученый обязан отчитываться перед обществом о своей работе на понятном обществу языке. «Наука не вправе уходить в свое святилище, таиться от толпы, требуя, чтобы на слово верили ее полезности. Представители науки, если они желают, чтобы она пользовалась сочувствием и поддержкой общества, не должны забывать, что они должны… время от времени выступать перед ним, как перед доверителем, которому они обязаны отчетом», - писал он. И, думается, это утверждение весьма актуально и сегодня.

А тогда, во второй половине XIX века, научный язык активно проникал в художественную литературу и в публицистику. Такие научные термины, как реакция, климат, организм, среда, получали социальную и политическую нагрузку (государственный организм, политический климат и т. п.). Одним из самых популярных был термин, взятый из трудов Дарвина – «борьба за существование», в то время он буквально не сходил со страниц литературно-художественных и общественно-политических журналов. Правда, каждый автор стремился толковать его по-своему.

И Тимирязев вынужден был защищать то значение, что в него изначально вкладывал Дарвин. Правда, это в итоге привело его к полемике со сторонниками Менделя. Что интересно, Тимирязев утверждал, что те делятся на менделистов (правильно понимающих идеи Менделя) и «мендельянцев» (переносящих законы наследования на те признаки, которые по мнению Тимирязева, этим законам подчиняться не могут). Впоследствии часть цитат из трудов Тимирязева была вырвана из контекста и использована Трофимом Лысенко с сторонниками для атаки на генетику. Но вряд ли мы вправе винить в этом самого Тимирязева, который опирался на данные своего времени (а с тех пор генетика шагнула далеко вперед) и всегда был категоричным противником партийности и групповщины в науке, с уважением относился к оппонентам, и замечал их заслуги.

Помимо научной работы, на протяжении тридцати с лишним лет Тимирязев преподавал в Московском университете (1877 – 1911 г.г.). А еще – не жалел сил на ту самую «работу с народом», которую считал долгом ученого: выступал с лекциями (он называл их беседами) публичных, перед агрономами, учителями и др. Он мечтал о «странствующей кафедре», о «науке, идущей чуть не на дом земледельцу, разыскивающей его в деревне и говорящей ему на вполне доступном ему языке». Таким был курс двухчасовых лекций, прочитанных в Политехническом музее в 1876-77 годах. Изначально текстовая версия лекций публиковалась в журнале «Русский вестник», а в 1878 году вышли отдельной книгой под названием «Жизнь растений».

Несмотря на то, что эта книга полностью соответствовал стандартам строгой научности, она же представляет собой яркий пример того, как эту научность можно сочетать с простотой изложения и блестящим литературным стилем. С первых же строк читатель увлечен убедительными фактами, остроумными сопоставлениями:

«Начнем наш обзор с пробуждения растительной жизни после зимнего сна и оцепенения. В каком виде застанет ее весна, где кроются зачатки этой новой жизни? Они кроются в семени, которое сохранило свою жизненность под защитой почвы и толстого покрова снега. Они затаились в почках, которые под охраной своих чешуек перенесли невзгоды суровой зимы. Пригреет весеннее солнце – и на каждом свободном клочке земли выглянут зеленые ростки, на каждом дереве или кустарнике разбухнут, лопнут, сбросят свои невзрачные и уже ненужные чешуйки и распустятся листовые почки. Семя и почка – вот два органа, к которым ежедневный опыт возводит начало растительной жизни».

Каждому из органов растения в книге посвящена отдельная глава («Клетка», «Семя», «Корень», «Лист», «Стебель»). Затем автор ведет читателя дальше, позволяет ему заглянуть внутрь растения, на уровень, где вырабатываются самые разнородные вещества. С помощью несложных опытов Тимирязев показывает, каких из питательных веществ растению недостает, а что у него в избытке, как оно добывает себе пищу из почвы и воздуха, как оно растет и размножается.

Всей логикой своего повествования Тимирязев показывает исключительное место растений в круговороте веществ и энергии на Земле. Вот знаменательные строки из книги, раскрывающие роль растений:

«Когда-то, где-то на землю упал луч солнца, но он упал не на бесплодную почву; он упал на зеленую былинку пшеничного ростка, или лучше сказать, на хлорофилловое зерно. Ударяясь о него, он потух, перестал быть светом, но не исчез. Он только затратился на внутреннюю работу, рассек, разорвал связь между частицами углерода и кислорода, соединенными в углекислоте... Он преобразовался в наши мускулы, в наши нервы. И вот теперь атомы углерода стремятся в наших организмах вновь соединиться с кислородом, который кровь разносит во все концы нашего тела. При этом луч солнца, таившийся в них, в виде химического напряжения, вновь принимает форму явной силы. Этот луч солнца согревает нас. Он приводит нас в движение. Быть может, в эту минуту он играет в нашем мозгу».

Тимирязев считал, что для оценки успешности книги «первой и последней, безапелляционной инстанцией является читатель». Исходя из этого критерия, он со своей задачей справился отлично - только при жизни ученого его книга переиздавалась девять раз. Причем – трижды она выходила у братьев Сабашниковых, считавшихся одним из наиболее культурных и престижных русских частных издательств.

К каждому новому изданию Тимирязев писал предисловия, которые считал откровенным обменом мнений, мыслей автора и читателей. И по этим предисловиям можно проследить, как все более и более широкие слои населения интересовались книгой.

В предисловии к пятому, удешевленному, изданию книги (1898 г.) Тимирязев выразил «чувство радостного изумления по поводу быстрого расширения круга ее новых читателей». В 1905 году выходит шестое издание. В предисловии к нему Тимирязев подчеркнул, что он особенно дорожит отношением к книге постоянно подрастающих молодых поколений, в их сочувствии он всегда видел лучшую награду за свои стремления приносить посильную помощь всем искренне ищущим знания.

В предисловии к восьмому изданию (1914 г.) Тимирязев с удовлетворением приводит факты, которые показывают распространение книги, ее проникновение в самые отдаленные уголки России: «Совсем недавно, в статье М. Горького... я мог прочесть следующие строки: «Поражаешься, откуда в Посаде Снеговом, Херсонской губернии, или Осе, Пермской, знают имена... Тимирязева. Часто спрашивают его «Жизнь растения»».

Как показывает история, по-настоящему хорошие научно-популярные труды очень быстро расширяют границы своих читателей. Не стала исключением и «Жизнь растений». В 1912 году книга была переведена на английский язык. В печати появились многочисленные положительные отклики на перевод. Критик из журнала «Nature» дал такую оценку: «Книга Тимирязева на целую голову, да и с плечами впридачу выше своих товарок... Изложение чисто сократическое, неизменно доказательное, а не повествовательное, поддерживает в читателе приятное заблуждение, будто он сам создает науку физиологии растений». А не менее известный медицинский журнал «The Lancet» отмечал «превосходное изложение физиологии растений».

И хотя физиология растений шагнула далеко вперед с того времени, когда Тимирязев читал свои лекции в Политехническом музее, а потом оформил их в книгу – сама она не устаревает. Как образно сказал академик В. Л. Комаров: «Когда читаешь Тимирязева, почти физически чувствуешь яркий свет, который заливает широкие просторы». Видимо этот яркий свет и делает книгу настолько долговечной, что все новые и новые поколения читателей с удовольствием открывают ее для себя.

Сергей Исаев

Медали, нагрудные знаки, благодарности Министерства науки и высшего образования Российской Федерации получили девять сотрудников ИФП СО РАН. Среди них  ―  четверо молодых ученых.

«Очень приятно, что все номинанты, предложенные Ученым советом Института, прошли отбор в Министерстве науки и высшего образования РФ и по праву удостоены высоких наград. Эти знаки отличия учреждены недавно, и мы желаем успеха нашим сотрудникам, которые вошли в число первых исследователей в России, получающих эти награды», ―  сказал в приветственной речи директор ИФП СО РАН академик РАН Александр Васильевич Латышев.

А.В. Латышев добавил, что перед учеными сегодня открывается новое окно возможностей: «Государственные структуры возлагают серьезные надежды на Академию наук, на академические институты, вузы,  ожидают, что мы будем  активно участвовать в научно-технологических проектах, связанных с импортозамещением, совместной работой с промышленными предприятиями. ИФП СО РАН давно работает с промышленностью: в частности, изготавливает полупроводниковые подложки, с которыми выходит на торговые  площадки и продает их для предприятий российской электроники, российской нанофотоники. В данном случае мы выступаем, как маленький заводик. Наши изделия создаются по определенным техническим условиям, это свидетельствует о том, что промышленность готова их потреблять»,  ―  сказал Александр Латышев.

«Все специалисты, приглашенные сегодня, уже сделали много для Института, для России, но это ничтожно мало по сравнению с тем, что требуется от нас в данный момент. Проблема внедрения научных разработок в промышленность стояла и раньше, но сейчас она становится чрезвычайно важной. От вас будет зависеть очень многое»,  ―  подчеркнул директор ИФП СО РАН, обращаясь к исследователям.

Награды и дипломы ученым вручил директор ИФП СО РАН академик РАН Александр Васильевич Латышев.

Медалями «За вклад в реализацию государственной политики в области научно-технологического развития» награждены:

Исполняющий обязанности заведующего лабораторией № 37 ИФП СО РАН доктор физико-математических наук Константин Сергеевич Журавлев,

заведующий лабораторией № 28 ИФП СО РАН кандидат физико-математических наук Георгий Юрьевич Сидоров.

Медалью «За безупречный труд и отличие» III степени награжден советник директора ИФП СО РАН Пётр Тихонович Девяткин.

Нагрудный знак «Молодой ученый» вручен:

старшему научному сотруднику ИФП СО РАН кандидату физико-математических наук Надежде Александровне Небогатиковой,

научному сотруднику ИФП СО РАН кандидату физико-математических наук Дмитрию Игоревичу Рогило,

старшему научному сотруднику ИФП СО РАН кандидату физико-математических наук Вячеславу Алексеевичу Тимофееву,

старшему научному сотруднику ИФП СО РАН кандидату физико-математических наук Андрею Анатольевичу Шевырину.

Благодарности Минобрнауки России за заслуги и достижения, добросовестный труд в сфере научной деятельности объявлены:

заместителю директора по научной работе ИФП СО РАН доктору физико-математических наук Александру Германовичу Милёхину,

исполняющему обязанности заведующего лабораторией №3 ИФП СО РАН доктору физико-математических наук Олегу Евгеньевичу Терещенко.

Исследователи выяснили, что самый обычный, привычный нам лед может иметь не менее 20 различных форм. Ученые из Университета Невады в Лас-Вегасе (UNLV) открыли новый тип льда, который можно найти глубоко в мантии Земли или на далеких водянистых планетах.

Лед, который мы кладем в напиток, официально известен как лед I. Но сегодняизвестно до 20 разных форм.  Они проявляются в виде разных кристаллических структур и появляются, когда лед или вода подвергаются различным сочетаниям температур и давлений.

В новом исследовании команда UNLV разработала новый метод измерения свойств воды под высоким давлением. Во-первых, вода помещается в ячейку с алмазной наковальней, где образец сжимается между двумя алмазными пластинами, заставляя атомы кислорода и водорода располагаться по-разному. Затем образовавшийся лед обрабатывают лазером, чтобы ненадолго растопить его, прежде чем он снова замерзнет в другую форму, напоминающую порошок из крошечных кристаллов.

Экспериментируя с разным давлением, исследователи обнаружили совершенно новый тип льда, как переходную стадию между двумя известными формами. При давлении около 5,1 гигапаскаля кубическая структура, известная как лед VII , превратилась в невиданную ранее фазу, состоящую из симметричных тетрагональных кристаллов. Эта новая фаза получила название лед VIIt. После этого он перешел в другую известную фазу, называемую льдом X.

Команда говорит, что, учитывая сильное давление, необходимое для его производства, лед VIIt может быть обычным явлением в мантии Земли, а также в мантии других планет. Он может даже оказаться ближе к поверхности на богатых водой экзопланетах.

Новый лед был не единственным открытием, сделанным командой в ходе этих экспериментов. Ранее считалось, что лед X формируется при давлении около 1 миллиона атмосфер, но в новом исследовании было замечено, что он появляется при давлении всего 300 000 атмосфер. Это резко меняет понимание того, где он может появиться в природе.

Исследование было опубликовано в журнале Physical Review B.

Международные программы НГУ

Напомним, что Новосибирский государственный университет можно считать одним из ведущих вузов страны с большим опытом международного сотрудничества на самых разных уровнях. Наряду с другими 6 российскими вузами он входит в ТОП-200 самых интернациональных университетов мира (рейтинг Times Higher Education). Логично предположить, что охлаждение отношений с рядом западных стран из-за событий в Украине может внести изменения в ситуацию. Но пока, как сообщили «Континенту Сибирь» в НГУ, они незначительны: уведомление о приостановлении сотрудничества получено только от Европейского университета Виадрина (Германия). А всего у НГУ более полутора сотен международных партнеров.
Также, по данным НГУ, пришлось приостановить сотрудничество с международной образовательной онлайн-платформой Coursera (по ее инициативе) и перенести размещенные на ней 27 образовательных курсов вуза на российские площадки. Там же будут размещаться и новые онлайн-курсы преподавателей НГУ, поскольку это направление образовательной деятельности в университете закрывать не намерены.

Продолжится и обучение иностранных студентов, которых на сегодня в университете около 1400 человек. Исключением стали четыре студента из Франции и Италии, вернувшиеся на родину по предписаниям вузов-партнеров. По мере возникновения сложностей вследствие введения санкций и общей неопределенности ситуации отдел сопровождения иностранных обучающихся оказывает иностранным студентам помощь по юридическим и бытовым вопросам.

Также в НГУ напомнили, что российские студенты, столкнувшиеся с проблемами при обучении в зарубежных вузах из-за текущих событий, могут быть приняты в университет по процедуре перевода, в том числе на бюджетные места, в любой момент в течение учебного года.

Актуальность программ развития

В 2021 году в НГУ стартовали программы развития университета. Прежде всего, речь идет о строительстве нового кампуса. Из ответа пресс-службы НГУ следует, что поводов для беспокойства пока нет: «Возведение объектов первой очереди строительства кампуса НГУ (здания учебного корпуса и досугового центра СУНЦ НГУ и комплекса общежитий НГУ на 690 мест) на частные благотворительные средства ежедневно продолжается в штатном режиме», – отметили «Континенту Сибирь» в НГУ. Равно как нет никаких сигналов, которые свидетельствовали бы о приостановке или прекращении финансирования федеральных проектов, в том числе программы Приоритет 2030.

Еще один амбициозный проект – создание на базе НГУ суперкомпьютерного центра «Лаврентьев» – тоже не снят с повестки дня. Хотя, как отмечали на недавнем заседании Клуба межнаучных контактов в Академгородке, он оказался в зоне риска из-за ограничений поставок оборудования в нашу страну многими ведущими западными производителями. Но, как говорят в НГУ, эти риски учитывались при рассмотрении технико-экономических перспектив проекта, и сейчас рассматривается вариант диверсификации вычислительных платформ.

Продолжается поиск возможных решений для суперкомпьютерных и параллельных вычислений, в том числе среди отечественных разработок в области вычислительной техники и программного обеспечения. Из иностранных партнеров наиболее перспективным считается китайская корпорация Huawei, сама столкнувшаяся с санкционным давлением Запада несколькими годами ранее.

Как отмечают в Центре трансфера технологий и коммерциализации НГУ, новая ситуация не стала критической для вуза, наоборот, открывает новые возможности для его развития. В том числе – в расширении сотрудничества с промышленными партнерами, которые сейчас в срочном порядке ищут способы заменить импортные комплектующие и технологии в своих производственных цепочках. «Мы видим, что спрос и на научные разработки, и на высококвалифицированные кадры в нашей стране резко вырос. Госкорпорации «Роскосмос» и «Росатом» заинтересованы в сотрудничестве в области искусственного интеллекта по направлениям «Умный город». У многих предприятий большой интерес к новым материалам с заданными свойствами и микроэлектронике. Мы чувствуем свою востребованность и готовы работать на преодоление возникших вызовов», – сообщил «Континенту Сибирь»  руководитель Центра по взаимодействию с органами власти и индустриальными партнерами НГУ Александр Люлько.

Научные центры мирового уровня смогут быстрее получать в России грантовую поддержку от государства на развитие своих проектов. Как сообщает в пятницу пресс-служба правительства РФ, постановление об этом подписал премьер-министр Михаил Мишустин.

"Теперь для их частичного финансирования будет достаточно предварительной информации об итогах деятельности таких центров", - говорится в сообщении.

Прежний порядок подразумевал предоставление бюджетных средств только по итогам рассмотрения всей отчетной документации, что является длительной процедурой, уточнили в кабмине.

Также указанные центры получили возможность возмещать за счет средств федерального бюджета расходы на реализацию собственных программ и проектов.

Научные центры мирового уровня занимаются исследованиями и разработками в сфере научно-технического развития. В их поле зрения самый широкий спектр задач: от модернизации агропромышленного комплекса до лазерных технологий, от лечения эндокринных заболеваний до сверхзвуковых полетов. Грантовая поддержка от государства помогает таким центрам выполнять разработки по приоритетным направлениям развития.

Часть Вторая: Клиент уже не прав?

В свое время нам доходчиво объяснили основополагающие принципы рыночной экономики, где погоду делает тот, кто обеспечивает спрос. То есть покупатель, потребитель. В этой экономической модели предприятия и сфера услуг реагируют на требования и предпочтения клиентов, «голосующих» своими деньгами за те товары и услуги, которые они хотят получить от предприятий. Теперь, судя по всему, от этой «классической» формулы свободного рынка намерены отказаться. Как отмечают авторы упомянутой публикации (см. первую часть), новая модель капитализма, основанная на ESG, выстраивается так, что может полностью игнорировать мнения и запросы потребителей. Теперь определять ситуацию на рынке будут корпорации, банкиры и инвесторы. По мнению авторов статьи, именно это и является истинной целью ESG.

Как правило, сторонники этой системы заявляют о том, что предлагаемые ими перемены необходимы для решения злободневных проблем современности, включая такие, как изменение климата и экономическое неравенство. Авторы статьи не согласны с этим. На их взгляд, внедрение критериев ESG на практике мало содействует решению этих проблем. Однако совершенно очевидно то, что они помогают некоторым корпорациям и инвесторам стать исключительно богатыми за счет обеднения других. Данная система, отмечают авторы, серьезно ограничивает возможности и права отдельных лиц. А учитывая то обстоятельство, что в США, например, система ESG не управляется государственными органами, отдельные лица и их семьи не в состоянии получить конституционной защиты от таких действий.

Вот простейшие примеры нарушения ваших прав, которые приводят авторы статьи. Так, в социальных сетях под предлогом борьбы с «дезинформацией» могут запретить те или иные высказывания. И подобное решение оспорить будет невозможно. Еще более впечатляющий пример связан с грядущей электрификацией автомобильного транспорта, напрямую связанной с системой ESG. Вас банально лишат возможности приобрести автомобиль с двигателем внутреннего сгорания, вынудив пересесть в электромобиль (невзирая на его стоимость и эксплуатационные затраты).

Аналогичным образом будущие рамки ESG дадут полномочия ресторанам предоставлять или ограничивать определенные виды продуктов питания или поощрять требования вакцинации для персонала и клиентов.

Учитывая тот факт, что требования по ESG могут быть скорректированы в любой момент времени без всякого участия общественности, влияние данной системы на общество практически ничем не ограничено. В итоге реальная власть сосредоточится в руках относительно небольшого числа корпоративных, банковских и инвестиционных лидеров.

В этой связи возникает закономерный вопрос: насколько уместно руководителям компаний, которые не были ни избраны, ни уполномочены принимать социальные решения, определять социальную политику в области того же ценообразования? Мало того, они претендуют на право оценивать такую политику от имени своих акционеров и других заинтересованных сторон. При этом мы не можем быть уверенными в том, что ESG имеет какую-либо положительную связь с финансовыми показателями. Бывают случаи, что стоимость компании получает резкий всплеск на первоначальном этапе, когда корпоративное руководство публично выступает в поддержку принципов ESG, однако в дальнейшем происходит выравнивание. Причем, надо понимать, что стоимость компании может быть поставлена под угрозу, если участие в решение вопросов ESG носит принудительный характер. Такое обычно случается, когда в совет директоров принимаются неквалифицированные кандидаты исключительно потому, что они реализуют квоту по ESG, или, когда назначаются неквалифицированные менеджеры, отвечающие контрольным показателям ESG. В итоге компания рискует выйти за рамки оптимальной работы.

Опыт показывает, что компании, вынужденные внедрять эту систему, отказывались от ПРОВЕРЕННЫХ методов ведения бизнеса, от прибыльных продуктов и услуг - только для того, чтобы убедиться в своем соответствии принципам ESG. Они принимали такие решения даже несмотря на то, что те могли оказать крайне негативное долгосрочное влияние на способность компании получать прибыль.

Тем не менее, даже при учете только что изложенного, инвестиции в фонды ESG резко выросли. По утверждению авторов статьи, эти фонды оказались чрезвычайно прибыльны для финансовых учреждений и связанных с ними сторон. Особенностью корпоративного управления «по-новому» стало то, что данное новшество оправдывает более высокую комиссию за управление. При этом новая система управления благоприятствует приходу большого количества злоумышленников, в чьи руки попадают внушительные потоки средств. В итоге это приводит к снижению стоимости капитала, в то время как генеральные директора и руководители с Уолл-стрит отмечают у себя прибыльное движение.

Как показывают конкретные примеры, финансовые воротилы, связанные с реализацией принципов ESG, в рамках этой новой парадигмы защищены от ответственности за принимаемые решения как никогда ранее. При этом важно понять, что именно эти воротилы диктуют условия малому и среднему бизнесу, и в перспективе требования самых богатых инвесторов с Уолл-стрит станут совершенно невозможными для небольших предприятий, которых те кредитуют и с которыми работают.

Мы привели этот аналитический обзор для того, чтобы пролить свет на происходящие в мире перемены, которые, безусловно, затронут и проекты в сфере науки и техники. Радикальная трансформация, не так давно провозглашенная небезызвестным Клаусом Швабом, уже шагнула от теории к практике. Именно в этом контексте – следуя логике авторов разбираемой публикации, необходимо рассматривать все инициативы по линии ESG. В России пока еще плохо дают себе отчет относительно истинной подоплеки происходящего, воспринимая новую модель как очередную инициативу по части «гуманизации» бизнеса. Однако, как мы показали, «гуманизация» - это, скорее всего, хороший повод для полного переформатирования социально-экономических отношений.  Возможно, в глазах правых консерваторов опасность несколько преувеличивается. И, тем не менее, для объективного понимания ситуации необходимо знать и эту точку зрения.

Константин Шабанов

Ученые НИТУ «МИСиС» совместно с коллегами из других российских вузов создали новую технологию придания антибактериальных свойств нетканым текстильным материалам. В основе технологии лежит модификация материалов за счет применения газоразрядной радиочастотной плазмы при низких давлениях. По мнению авторов, новый метод найдет широкое применение в медицине. Исследование опубликовано в журнале Materials Letters.

Исследование, направленное на придание антибактериальных свойств нетканым текстильным материалам, стартовало одновременно с началом пандемии COVID-19. Известно, что у больных с тяжелой формой COVID-19 ослабевает иммунитет, это способствует развитию у них вторичных бактериальных инфекций. Поэтому ученые поставили перед собой задачу создать материал с бактериостатическим эффектом для изготовления одноразовой медицинской одежды, простыней, пеленок и иных изделий. Применение таких материалов помогло бы сдержать распространение патогенных бактерий во внутрибольничных условиях.

«Для придания нетканому материалу антибактериальных свойств, его предварительно помещали в закрытую систему между двумя электродами. В ней откачивали воздух до значений среднего вакуума, и одновременно с этим подавали в систему аргон. При создании электромагнитного поля он разгонялся от катода к аноду и “бомбардировал” изделие, тем самым разрывая молекулярные связи полимерной композиции. Функционализированную поверхность затем пропитывали антибактериальными агентами, погружая его в резервуар с суспензиями концентрата коллоидного раствора наночастиц серебра», – рассказал один из авторов исследования, выпускник iРhD «Биоматериаловедение» НИТУ «МИСиС» Илья Ларин.

После этого материал с антибактериальными свойствами обрабатывали метан-аргоновой смесью. Метан входит как мономер во многие полимеры, его использовали в качестве строительных блоков на поверхности нетканого материала, привязывая антибактериальные агенты к поверхности. Далее полученные изделия подвергали
стерилизации в автоклаве.

В будущем ученые планируют использовать радиочастотную газоразрядную плазму при изготовлении композиционных материалов, повышении их физико-механических и эксплуатационных свойств.

В работе также принимали участие сотрудники Казанского национального исследовательского технологического университета, Сколковского института науки и технологий и НМИЦ онкологии имени Н.Н. Блохина. Исследование проводилось в рамках программы «Приоритет-2030».

Пресс-служба НИТУ «МИСиС»