Мы продолжаем рассказывать о знаменитых российских ученых, вынужденых покинуть нашу страну после 1917 года. В прошлых текстах говорилось о великом химике Владимире Ипатьеве, создателе видеомагнитофонов Александре Понятове, знаменитом судостроителе Владимире Юркевиче и философе Питириме Сорокине. В этот раз вспомним самого популярного в мире русского художника ХХ столетия Владимира Григорьевича Третчикова.
Уступал только Пикассо…
Таким же массовым был исход не только ученых, философов и инженеров, но и деятелей культуры. Родину покинули гениальные певцы Шаляпин и Плевицкая, изумлявшие мир артисты балета Павлова, Кшесинская, Карсавина, Нижинский, выдающийся хореограф Фокин, создавший Американский театр балета, гениальный актер Михаил Чехов, выдающиеся писатели – Бунин, ставший лауреатом Нобелевской премии по литературе, Куприн, Набоков, Замятин, Зайцев, Северянин, Аверченко, художники Коровин, Кандинский, Шагал, Бенуа, Бакст, Гончарова…
Однако до сих пор мало кто знает о самом популярном в мире русском художнике ХХ столетия, уроженце Петропавловска Владимире Григорьевиче Третчикове. В 1961 году в Лондоне был установлен рекорд – его выставку посетило 205 тысяч человек, а по продажам своих картин он уступал только Пабло Пикассо.
Родился Владимир Григорьевич в декабре 1913 года в Южной Сибири, на территории нынешнего Казахстана, в состоятельной крестьянской семье. Был поразительно похож на другую мировую знаменитость из русских крестьян – Сергея Есенина. Хотя сам об этом не догадывался, ему об этом сказали уже под старость приехавшие в ЮАР во времена «перестройки» советские журналисты. В Петропавловск его предки из секты молокан переселились, вероятно, с юга России. Оказавшись после 1917 года вместе с родителями в Харбине, юный эмигрант рано их потерял, и был вынужден с 11 лет сам зарабатывать себе на кусок хлеба. Он трудился печатником в типографии, разнорабочим в театре, малевал декорации, а все свободное время рисовал, чувствуя, что именно в этом его призвание.
Когда ему стукнуло 15 лет, Володя нарисовал очень похожие на оригинал портреты Ленина, которого никогда не видел, а также вождя китайской революции Сунь Ятсена. Эти рисунки привели в восторг директора Китайской восточной железной дороги, которая тогда принадлежала СССР. Тот щедро снабдил юного художника деньгами и отправил учиться в Москву. Но Третчикову не повезло – в Шанхае его обворовал собственный брат. Впрочем, может быть и, наоборот: сорвавшаяся поездка в страну, где как уверяла советская пропаганда, создавали «рай для трудящихся», избавила юное дарование от очень больших неприятностей. Ведь известно, что все приехавшие потом в СССР служащие КВЖД были арестованы как «японские шпионы», и сгинули в сталинских лагерях.
Словом, талантливому русскому юноше пришлось начинать карьеру художника в Юго-Восточной Азии.
Сначала работал карикатуристом в газете «Шанхай ивнинг пост» – он выиграл это место по конкурсу, потом его наняло крупнейшее рекламное агентство британской Малайи. Налицо были и первые успехи – в 1939 году Третчиков получил медаль Галереи науки и искусства Нью-Йорка. Молодой художник обладал не только незаурядным талантом, но и невероятной трудоспособностью, работал и днем и ночью. Писал маслом, акварелью, углем, карандашом. Работал быстро и точно. Вскоре он женился на Наталье Теплуговой – девушке из семьи русских эмигрантов. Но тут грянула Вторая мировая война, которая застала Третчикова в Сингапуре, тогдашней британской колонии, где он работал в министерстве информации. После японской бомбардировки жена с дочкой успели эвакуироваться в Кейптаун вместе с отступавшими британскими войсками, а корабль, на котором позднее хотел уехать Третчиков, был потоплен японцами.
Художник чудом остался в живых. Мест на пароходе не было, и он залез в шлюпку, на которой потом спасались пассажиры стремительно идущего на дно судна. Три недели он греб веслами под палящим солнцем в кишащем акулами море. Мозоли потом не сходили с ладоней десять лет.
Ему удалось добраться до острова Ява, но там он сразу угодил в тюрьму, потому что остров был уже оккупирован японской солдатней. Но когда выяснилось, что Япония в войну против СССР не вступила, то Третчикова отпустили.
На Яве судьба его свела с богатым коллекционером живописи – доктором Сукарно, будущим президентом Индонезии. Он хотел купить у Третчикова картины, но тот отказался от выгодной сделки, сказав, что хочет устроить выставку. «Какая выставка, когда идет война?», – изумился Сукарно. С тех пор Третчикова прозвали «русским сумасшедшим».
Всю войну художник провел в Индонезии, в Джакарте, пять лет он не знал, что же случилось с женой и ребенком, которые отплыли в ЮАР. На жизнь он снова зарабатывал кистью и карандашом, рисовал карикатуры, писал портреты на заказ. Именно там он начал создавать картины, которые потом стали его фирменным стилем. Одна из них, названная «Красный пиджак», изображала восточную красавицу с непроницаемым лицом и полуобнаженной грудью в небрежно накинутом на плечи красном пиджаке, рядом с ней лежал малайский ритуальный кинжал.
Необычный для тех лет эротический вызов, содержавшийся в картине, и элементы восточной экзотики имели успех. Леонора Молтемо – он называл ее «Ленка» – дочь голландского пилота, которая позировала для этой картины, стала его другом и его музой. Она считала, что это полотно – своеобразный оберег художника. И в самом деле, когда он его продал, Третчикова стали преследовать несчастья, удача от него отвернулась. Дважды он попадал в тяжелейшие автокатастрофы, едва выжил. Указание судьбы было им понято, художник выкупил картину-оберег обратно.
Однажды Леонора привела его на спиритический сеанс. Там Третчикову было объявлено, что его жена и дочь живы, а его самого ждет мировая слава. Художник сначала не поверил, но все именно так и произошло. В 1946 году его жена и дочь нашлись в Кейптауне, а Красный крест помог семье объединиться. Третчиков, расставшись с Леонорой, отправился с багажом из многочисленных картин в ЮАР, где остался с семьей уже навсегда.
Однако поначалу его картины никто не хотел покупать. Но вот однажды в его мастерскую влетел голубь, на лапке которого была бирка с номером 13. Третчиков счел это счастливым знаком, и тут же нарисовал портрет этой птицы. И действительно, с этого дня все переменилось. Его картинами заинтересовались. На его первые выставки в Кейптауне, Йоханнесбурге и Дурбане стали выстраиваться километровые очереди, были побиты все рекорды по сборам. С успехом проходят его экспозиции и в США. В Лондоне его выставку посещает более 200 тысяч человек. Ток-шоу с его участием смотрят по телевидению миллионы зрителей в Англии и Канаде.
Картины русского художника продаются за баснословные деньги. В 1970-1980 годах Третчиков – самый кассовый художник в мире, второй после Пабло Пикассо по числу проданных работ. Не знали его только в одной стране – СССР.
Особенный успех имела ставшая знаменитой «Китаянка» – изображенная на полотне экзотическая дама с лицом странного зеленоватого оттенка. Для жителей Англии, Канады, Новой Зеландии, Австралии и Южной Африки репродукции с этой картины стали такими же привычными, как у нас «Три богатыря» или «Утро в сосновом лесу», которые в советские времена висели во всех заведениях общепита.
Для обывателя англосаксонских стран полотна Третчикова явились олицетворением далекого и сказочного Востока. К тому же они хорошо гармонировали с вошедшими тогда в моду интерьерами квартир и фильмами о Джеймсе Бонде.
Когда Дэвида Боуи спросили, какую картину он хотел бы приобрести больше всего, знаменитый певец без колебаний ответил: «Китаянку» Третчикова. О творчестве художника было снято несколько фильмов крупнейшими кинокорпорациями, в том числе «Би-Би-Си» и «Евровидением».
Работал он в стиле гиперреализма, писал, в основном, портреты. А искусствоведы яростно спорили и продолжают спорить о его своеобразном творчестве, некоторые считают полотна русского художника «китчем», другие отмечают большое влияние на него Гогена.
В России он так снова не побывал, но русский язык не забывал. По-английски говорил плохо, африкаанс, на котором говорило местное население, не знал вовсе. Он собирался приехать на Родину, когда рухнул СССР, но уже чувствовал себя старым и немощным для такой дальней поездки. Умер Владимир Третчиков в зените славы в возрасте 93 лет, из которых 60 лет он провел в Африке – на своей фешенебельной вилле в пригороде Кейптауна Бишоп Корт, окруженный заботливыми детьми и внуками, в 2006 году.
…Осень в Петербурге, как всегда, сырая и дождливая. Набережные Невы затянуты густым туманом, сквозь который едва угадываются силуэты уходящих в море кораблей. Слезами стекают по граниту скромного обелиска капли дождя, напоминая о грустном прощании с Родиной тех, кому пришлось покинуть ее не по своей воле. Горечь переполняет наши сердца, когда мы с опозданием на много лет начинаем все отчетливее понимать, что потеряла Россия вместе с ее изгнанниками. Здесь – рассказ только о нескольких русских людях, великих талантах, умерших на чужбине. А ведь их были сотни, тысячи. Какой бы была сегодня Россия, если бы не расстрелы, репрессии и ленинские «философские пароходы»?..
Владимир Малышев
