Интервью с директором Института геологии и минералогии СО РАН имени В.С. Соболева, академиком Николаем Похиленко.

- Николай Петрович, недавно президент Владимир Путин в своем очередном послании Федеральному Собранию объявил XXI век веком освоения Сибири и Дальнего Востока  Помимо прочего в его выступлении прозвучало упоминание о добыче редкоземельных металлов, необходимых для высокотехнологичной промышленности. Лично Вы говорите об этом не первый год. Можно ли теперь сказать о том, что к вашим словам, наконец-то, прислушались на самом верху?

Похоже на то, что нас, и не только нас, услышали. В декабре 2012 года Владимир Владимирович подписал государственную программу о развитии промышленности и повышении ее конкурентоспособности. Речь идет о переводе нашей промышленности на шестой технологический уклад. Ему соответствуют очень высокие технологии. Сейчас мы в основном находимся только на четвертом укладе, и нам предстоит «перескочить» через пятый уклад.

Так вот, в новом укладе – из более чем тридцати критических технологий –  семнадцать просто немыслимы без вот этих редких и редкоземельных металлов. Здесь используется, так сказать, целый набор редкоземельных элементов. А эти технологии касаются в том числе и оборонной промышленности. Они нужны, например, при производстве современных самолетов, ракетной техники и многого другого. И без редкоземельных металлов там совсем никак.

Сейчас наша промышленность использует их не так уж много. В основном, мы закупаем редкоземельные металлы за рубежом. Однако я еще с 2006 года обращался в профильные ведомства с тем, чтобы они подняли эту проблему. Я пытался привлечь внимание Роснедр РФ к Томторскому месторождению, которое находится в Якутии . В планетарном масштабе оно уникально! Мне тогда отвечали, что смысла в этом нет, поскольку потребности нашей промышленности в таком сырье крайне незначительны. А на несколько десятков миллиардов рублей, необходимых для освоения, можно, дескать, и так закупить всё то, что нужно. Причем, освоение месторождения требует «длинных» денег, с длительным сроком окупаемости вложений. И если у нас спрос небольшой, то кто на это пойдет?

Тем не менее, работу мы продолжали, поскольку понимали, что современные технологии без этого сырья немыслимы. Проблема в том, что Россия сейчас по этим видам сырья не имеет ни добывающей, ни перерабатывающей промышленности. Советский Союз был на третьем месте по производству такой продукции. У нас были три комбината, но все они были расположены в союзных республиках – Киргизии, Казахстане и Эстонии. Теперь эти предприятия контролируются китайским, японским и американским бизнесом. У нас же пока ничего нет. Поэтому мы долго работали по этой теме, где только можно привлекали внимание к данной проблеме. Писали всевозможные записки по разным каналам, заявляли о необходимости начать срочное и опережающее развитие указанного направления.

Свои потребности в редких и редкоземельных металлах наша страна решала в основном за счет поставок из Китая и Бразилии.

И тут наш восточный сосед однажды преподнес нам сюрприз. Это так называемый «китайский реверанс». В 2010 году Китай объявил, что теперь он не будет продавать редкоземельные металлы в виде сырья, а только в виде конечных изделий с высокой добавленной стоимостью.

Типа, зачем вам, россияне, этим заниматься? Продавайте нам нефть и газ, а на вырученные деньги покупайте готовую продукцию. Тем самым мы попадаем в зависимость от этой страны, от настроений китайского руководства. Это, на мой взгляд, как раз и повлияло на то, что нас наконец-то услышали в правительстве. Где-то за год до принятия упомянутой программы мы посылали несколько записок в правительство, а также в администрацию президента. В сжатом варианте были изложены наши варианты решения этой проблемы. И многие позиции, которые мы отстаивали, вошли в эту программу. И теперь мы продолжаем работать в этом направлении.

 - В чем заключается эта работа?

Ряд институтов Сибирского отделения РАН занимается изучением самого месторождения  и созданием технологического регламента переработки этих довольно сложных комплексных руд. У нас есть коллеги в Красноярске – Институт химии и химических технологий СО РАН. Там есть группа технологов, которая дала два варианта технологического регламента переработки этих руд. На площадке Красноярского горнохимического комбината уже ведутся опытные работы. Там сейчас есть установка, на которой можно проводить полупромышленные испытания – до тысячи тонн руды в год. Это уже далеко не лабораторные объемы.

И я уверен, что это дело пойдет. Скорее всего, конкретно этим направлением будет заниматься госкорпорация «Ростехнологии». Сейчас создана компания, с руководством которой мы уже договорились о принципах и направлениях совместной работы. В январе-феврале они сюда еще раз приедут, и мы обговорим все детально. Возможно, будет создано совместное предприятие, в задачу которого войдет научное, методическое, технологическое сопровождение. Также к этому делу подключаются наши экономисты, потому что это новое для нашей добывающей и перерабатывающей промышленности направление. Нужно серьезно посчитать все риски, все варианты, все этапы разработки.

- Новосибирские предприятия будут участвовать в этом проекте?

Есть, кстати, возможности для привлечения к этому делу нашего Новосибирского завода химических концентратов. И они, похоже, готовы с удовольствием за это дело взяться. Речь идет о конечной переработке добываемого сырья. У них есть достаточно хорошая материальная база, у них есть высококвалифицированные специалисты. Организация такого производства возможна на этом предприятии за три года и требует вложений  примерно в 500 миллионов рублей. Это один из вариантов.

Второй вариант, который, в принципе, может в комплексе работать с первым, это подключить сюда завод редких металлов, базирующийся в Кольцово. Они также готовы принять участие в этом проекте.

Лично мне очень бы хотелось, чтобы площадки по получению конечной чистой продукции были на территории нашей области.  Потому что у нас есть кадры, у нас есть оборудование, есть опыт. И в принципе, это чистое производство. И очень хорошее производство!

Например, у завода химических концентратов есть опыт получения и очистки скандия – получения сверхчистого скандия. Приведу по этому поводу интересные цифры. Так, если скандий будет чистотой 99,5%, он будет стоить 500 долларов за килограмм. Если его чистота 99,9% – он стоит уже 1,5 тысячи долларов за килограмм. А вот если 99,999% – то он стоит уже пять тысяч долларов за килограмм!

- Сколько лет примерно понадобится, чтобы запустить такое производство здесь, в Новосибирске?

Если начать сейчас, то производство, по упомянутым выше оценкам наших коллег, можно будет запустить уже через три года. Как раз по этому поводу мы и ведем переговоры с нашими коллегами из Москвы. Сибирское отделение уже полностью включилось в проект. Причем, не только на уровне изучения месторождения и создания технологических регламентов, но еще и на уровне экономических расчетов и оценок. Мы обсуждаем эти вопросы практически еженедельно, каждую субботу, у меня в кабинете. Постоянно ведем мониторинг этой ситуации. То есть находимся в реальной и непрерывной работе, достаточно жестко спланированной.

Весь НИОКР, конечно же, будет осуществляться за государственный счет, и финансовые гарантии здесь уже подтверждены. Что касается самой организации производства, то она будет опираться на государственно-частное партнерство, с определенными налоговыми послаблениями для частных партнеров.

В общем, работа, в принципе, уже началась.

Интервью записал Олег Носков

Новый корпус НГУ откроет свои двери для студентов и преподавателей к сентябрю 2015 года. Сейчас его строительство ведется опережающими темпами, сообщает пресс-служба губернатора и правительства НСО.

14 января губернатор Новосибирской области Василий Юрченко посмотрел, как идет строительство нового корпуса университета. Сейчас в учебном корпусе устанавливаются оконные блоки, лестничные марши, а также ведутся фасадные работы. К концу 2014 года в основном должен быть закончен корпус ректората. Его внутренняя отделка будет вестись уже в следующем году. Также со следующего года в учебном здании уже начнут расставлять мебель и технику. Стоимость строительства по контракту составляет около 4 млрд рублей, по состоянию на 1 января 2014 года финансирование контракта превысило 1 млрд рублей. Начало занятий в новом корпусе намечено на сентябрь 2015 года.  

Реформаторы педагогического образования России решили пойти по совершенно иному пути, нежели тот, которым идет педагогическое образование на Западе, в частности, в Великобритании. Такое мнение высказала «Росбалту» профессор Московского педагогического государственного университета, доктор исторических наук Елена Галкина, комментируя концепцию новой реформы педагогического образования России, опубликованную на сайте Минобрнауки РФ.

«Если в Великобритании основным принципом является высокая квалификация учителя именно, как преподавателя-предметника, то в проекте «Концепции поддержки развития педагогического образования», опубликованном на сайте Минобрнауки РФ, мы видим категорическое умаление роли дисциплин, которые будущий учитель будет преподавать. Кроме того, предполагается сведение к минимуму теоретических курсов, касающихся методики преподавания — педагогики, психологии, с упором на практику в детском саду и школе», — отметила Галкина.

«Де-факто в России произойдет превращение высших педагогических вузов в прикладные бакалавриаты, в среднеспециальные учреждения. То есть, если использовать советскую терминологию, то педвузы, по сути, будут превращены в техникумы», — говорит эксперт.

«Концепция реформы представляет большую опасность для самой структуры педуниверситетов. Если основной упор пойдет на практику в детских садах и начальной школе, то непонятно, когда будущий учитель будет изучать предмет, который он в дальнейшем должен преподавать в школе. Соответственно неясно, куда девать преподавателей вузов», — сказала Галкина.

«В итоге (в качестве выпускника педвуза) мы получим человека, знающего чуть больше выпускника средней школы, и вряд ли он сможет дать детям больше, чем они прочтут в учебнике», — считает профессор.

Биологи новосибирского Института цитологии и генетики вывели экзотическую породу семейства псовых — домашних лис. Корреспондент «РР» пообщалась с новыми рыжими и выяснила: характер у них остался вредным, лисьим, зато уровень IQ по сравнению с овчарками, мастифами и прочими бивер-йорками впечатляет — с ними не соскучишься!

Бывает же такое! Зеленоглазая и рыжеволосая аспирантка Института генетики и цитологии Ирина Мухаметшина, которая, выражаясь научным языком, занимается проблематикой одомашнивания лис и пишет диссертацию на эту тему, сама похожа на лису. Вместе с красавицей Вильей, которую девушка забрала из институтского питомника к себе домой, они составляют эффектную рыжую пару.

На пороге обычной малогабаритной квартиры нас встречают не только Вилья и Ирина, но и внушительных размеров овчарка Кива. Хозяйка предусмотрительно убирает сумки и одежду гостей на антресоли и приглашает в комнату. В углу диван, на стенах несколько картин-постеров с лисами, у окна большая металлическая клетка.

Кива, высунув язык, радостно мчится ко мне, а лиса проявляет интерес не сразу. Вначале я вижу только мелькающий хвост: диван, шкаф, полки, балкон — обратно. Наконец любопытная Вилья подбирается ближе. Замерла, уставилась хитрыми глазками — изучает. Рыжая, пушистая, от дикой лисы ее отличает чуть загнутый кверху хвост.

— Сначала Вилья с тобой познакомится, а потом играть станет, — предупреждает Ирина. — В запале может прикусить, но это небольно, не пугайся.

Лиса протискивается под ногами — колени приходится держать на весу.

— Вот это темперамент! Ира, как ты это выдерживаешь?

— Мне Вилья не в тягость, чувство такое, будто маленький ребенок в доме появился. Поселилась у нас Вилья недавно, раньше я работала с животными в питомнике при институте. Кстати, правильно говорить не «домашняя», а «ручная» или «социальная» лиса, потому что ей, как собаке, важно общение с людьми.

— Лисы нежные, эмоциональные и очень дружелюбные, но содержать их все же удобнее при частном доме в будке, а не в квартире, — объясняет Ира. — Трудновато подстраивать свой режим под питомцев. Например, если я Вилью поздно вечером выгуляю, ночью она спит, а стоит выпустить ее днем, сна мне точно не будет. Когда она была помладше, устраивала террор: стаскивала одеяло, поскуливала, требуя внимания. Сейчас ведет себя поспокойнее. С собакой, если честно, удобнее: Кива молчит, да и гулять с ней можно в любое время, а к лисьему характеру нужно привыкать. Зато лиса больше дает в эмоциональном плане, к ней сильнее привязываешься.

Хозяин меня кормит: я бог

— Давно у тебя лиса живет?

— Месяцев девять. Родилась она в марте прошлого года, в питомнике при институте, где я тогда работала. До Вильи у меня были две подруги: Эльма и Нюта, поведение которых я изучала на факультете НГУ. Предложила коллегам, которые не одно десятилетие решали проблему одомашнивания лис, провести эксперименты и выяснить, можно ли научить лисиц командам. Те согласились и доверили мне двух лисят.

Сначала у Ирины ничего не получалось. Характер у лис оказался тот еще. В отличие от собак, стайных животных, лисы больше похожи на одиночек-кошек.

— Расскажу анекдот, — продолжает Ирина. — Собака думает: «Хозяин меня кормит, он меня любит. Он бог!» Кошка рассуждает: «Хозяин меня кормит, меня любит. Я бог». Сначала Эльма и Нюта не подходили близко, смотрели свысока и на меня, и на мои отчаянные попытки дрессуры. Но однажды я заметила: лисята любят отбирать игрушку, точь-в-точь как щенки. Это был ключик к ним. Через игру научила командам «лежать», «сидеть» и даже придумала новые: «прыг» и «на ручки».

За разговором мы все время наблюдаем за Вильей. Она проявляет повышенный интерес к шторам и когтями тянет их вниз. Ирина дважды хлопает в ладоши.

— Я тебе сейчас! — кричит хозяйка, и рыжая моментально прячется. — Если подобрать правильное наказание, поведением животного можно научиться управлять. Провинившуюся Вилью я закрываю в контейнере и при этом всегда повторяю слово «нельзя». Она это слышит и понимает: если еще раз напроказничает, пойдет в контейнер и будет сидеть там минут десять. Клетку она ненавидит, поэтому моментально прекращает меня злить.

Лиса не послушает, если сказать другое слово с той же интонацией. Она не среагирует, даже если ударить или напугать. Наоборот, тут же сделает пакость, потому что мстительная. Поймет, что можно напроказничать и ничего за это не будет, — больше не запретишь. Говорить «нельзя» нужно постоянно.

— Но даже мне, человеку в вопросах общения с лисами подкованному, разговаривать с ними непросто, — продолжает Ирина. — Методики еще не отработаны, ведь эксперименты по одомашниванию лис начались сравнительно недавно.

Идея приручить дикое животное принадлежит ученому-генетику Дмитрию Беляеву. Эксперименту, проводимому в новосибирском институте, больше полувека. Выведенная российскими учеными новая популяция социальных лис уникальна. В основе опытов лежит теория дестабилизирующего отбора: животные сталкиваются с ранее незнакомыми стрессовыми факторами, главный из которых — жизнь рядом с человеком. Для размножения отбираются наиболее уживчивые особи. Научно доказано, что новосибирские домашние лисы не испытывают стресса при общении с человеком, их можно содержать дома так же, как кошек и собак.

— Вилья иногда пытается доминировать над Кивой, — рассказывает их хозяйка. — Бывает, имитирует спаривание. Собаки в таком случае часто затевают драку, но Кива не признает лису, даже внимания не обращает.

Побег и возращение

Ирина предлагает лисе и собаке новые развлечения — бросает им пластиковые бутылки. Кива и Вилья вмиг их расхватывают и носятся по комнате, раздербанивая пластмассу.

— Лисы однозначно умнее собак, — считает Ирина. — Кива, например, может забраться повсюду, в том числе по лестнице, но если поваленное дерево будет похоже на лестницу, не сообразит, что можно точно так же на него вскарабкаться. Был случай: я залезла на такое дерево, а Кива прыгала вокруг, как дуреха. Я специально не подсказывала, как забраться, — та в возбуждении обежала дерево несколько раз, но место, где можно было залезть, так и не нашла. Когда тот же трюк я проделала с лисой, Вилья сразу догадалась, как именно нужно поступить, — оказалась сообразительнее.

Заметив на полу мячик, животные теряют интерес к бутылкам. Вилья ловко отбирает мяч у Кивы.

— Лиса думает, что это ее квартира, а я здесь прислуга, — смеется Ира. — Первое время опасалась, что она мне начнет указывать: это можно брать, а то нельзя. Считает, что все вещи вокруг принадлежат ей, и при этом не устает меня дразнить. Вот сейчас перед вашим приходом мыла полы: тряпку оставила у ведра, и Вилья захотела ее стащить. Но тряпка была ей не нужна до тех пор, пока она не понадобилась мне.

— Такая же хитрая, как героиня сказок?

— Да, все, что ты читала о лисе, правда. Она хитрющая, воровка, постоянно пытается что-то стащить из-под носа! Словом, лиса — она и есть лиса!

Ира пытается забрать у Вильи мяч и при этом ухватить животное за загривок. Объясняет:

— К туловищу лисы нельзя прикасаться: она это не любит. А вот когда гладят по шее, ей очень нравится, правда, только, если у нее хорошее настроение. Тогда будет вилять хвостиком и просить, чтобы погладили.

— А защитить лиса сможет?

— Зубы у нее есть, инстинкта нет. Она сама по себе, как кошка. Скорее это мы с Кивой ее защищаем. И она это знает. Умная. На прогулке иногда отпускаю с поводка — по лесу побегает и возвращается.

— Почему не убегает?

— Ей со мной комфортно. Она благодарит за то, что я отпускаю ее бегать по лесу — ложится на спину и просит погладить. Но один раз потерялась. Пропала на прогулке, четыре дня не было. Я искала, горевала, а потом дала объявление о пропаже лисы. Мужчина, который ее нашел, рассказывал: «Слышу: собаки лают. Выхожу — никого. Они все лают и лают. Пригляделся, а под калиткой чьи-то лапки. Открываю ворота — вбегает лиса с поводком и начинает играть с собаками!» Хозяева дома оставили Вилью у себя во дворе, ублажали, кормили куриными грудками. Я потом ее долго от роскошной жизни отучить не могла.

Чего хочет рыжий идол

— У социальных лис нет страха перед человеком, но звериных инстинктов хватает, — объясняет Ирина. — Представь: собак одомашнивали веками, а лисиц всего каких-то полвека. Но все ведь разные. Порой и с псом невозможно договориться, при этом встречаются лояльные лисы. У моей знакомой в Нижневартовске живет лис-тюфяк: у него нет потребности постоянно демонстрировать себя, ему все равно.

Ирине повезло, что рядом с Вильей живет собака.

— Лиса пытается копировать поведение Кивы. Основные правила она запоминает в возрасте до трех месяцев. Гулять с ней нужно осторожно, переходя из тихих мест в шумные. Сейчас Вилья уже спокойно ходит со мной по городу, адекватно себя ведет. Лисы не нападают, как собаки, у них этого нет.

Неожиданно Вилья пропадает из поля зрения. Похоже на затишье перед бурей.

— Сколько же это чудо моих соков выпило! — вздыхает хозяйка Вильи. — Но в результате она стала как будто частью меня. Я ее понимаю, мне нравится с ней общаться, я на нее любуюсь. Даже ощущаю какое-то родство.

Алле-оп!

Мне повезло наблюдать Вилью не только в комфортных для нее домашних условиях: вместе с хозяйкой и под прицелом нашей фотокамеры лисица вышла в свет — посетила выставку собак. Сначала как наблюдатель, а затем и в качестве участницы шоу-программы. Вилья устроилась на плече у подруги, занявшей место судьи в президиуме, и царственно поглядывала сверху вниз на прочих четвероногих. Те, принюхиваясь, вытягивали морды в сторону рыжика. Прослеживался ясный интерес сторон.

Оказалось, выдержка у подвижной и гиперактивной лисицы железная — вот, что значит хорошее воспитание! Несколько часов, пока продолжалась презентация, она держалась стойко, не капризничая. Голодная и уставшая рыжая заскучала только под самый финал праздника, незадолго до своего выхода на арену.

— Кто это у нас там сидит? — очередная любопытная дама с болонкой на поводке замечает Вилью. — Ничего себе! Так это же… настоящая лиса!

Другие владелицы собак забывают о своих питомцах и переключают внимание на нашу героиню.

— Она что, настоящая?

— Можно лисичку на ручках подержать?

— А откуда вы ее привезли?

— Больно она кусается?

— Какая рыжая да красивая!

Не получив обратной связи ни от Вильи, ни от Ирины, внимание которой занято собаками-участницами выставки, женщины вспоминают про своих песиков и ретируются.

Остается пятнадцать минут до выступления и Ирина собирается убрать лисицу в контейнер, чтобы донести до сцены. Плутовка уворачивается. Что делать? Хозяйка сдается и усаживает рыжую на плечо.

Вокруг экзотического дуэта снова образуется стайка дам.

— Кто у нас такой славненький да красивенький? — сюсюкает самая активная из них, вытягивая губы уточкой, и ныряет в маленькую сумочку за чем-то съедобным. —  Сейчас мы вас угостим.

— Нет, не надо, до выступления нельзя, — вежливо отказывается за Вилью Ирина.

Наконец девочек приглашают на сцену. Лиса делает несколько прыжков, поворотов, трюков — довольная публика смеется, а звезда шоу, отработав номер, проявляет полное равнодушие к аплодисментам. Музыка заканчивается, и для Вильи это лишь верный признак того, что скоро ее ждет вкусное угощение.

Мы возвращаемся домой на машине.

— Ира, часто ли люди, не связанные с наукой, покупают в питомнике лис?

— Держать рыжих дома становится модно, хотя щенок лисы стоит дорого. Но нужно знать, что животное очень специфическое. Жалко, когда берут малютку, а потом возвращают в питомник как ненужную игрушку.

— Есть такой норвежский клип, в котором лиса пытается что-то объяснить людям. Может, раскроете тайну: что же все-таки говорит лиса?

— «Не трогай, меня это бесит… Лучше я это спрячу… Как бы поесть, поспать… Это мое — тебе не дам. Тебе это не достанется… Хозяин, будь человеком!».

Диана Злобина