Уже понятно – Русская Весна состоялась только в Крыму, в остальных русскоязычных регионах Украины взрыв национального самосознания не дал ожидаемого эффекта. Что произошло, почему русское сопротивление в Донецке, Луганске и Харькове не удержало завоеванных позиций?

Трезво оценивая ситуацию, следует признать, что «фронт» стабилизировался на Перекопе, отделив мятежный и фактически уже российский полуостров от материковой Украины. Вернуть контроль над бывшей автономией у Киева шансов практически нет, и новый режим хорошо это понимает. Все его усилия теперь сосредоточены на подавлении Русской Весны в южных и восточных областях, и прежде всего в Донбассе.

Наилучшие перспективы стать вторым, вслед за Крымом, свободным от бандеровщины регионом Украины (или даже регионом РФ), были у Донецка. Были – потому что в результате репрессий русское сопротивление здесь фактически разгромлено. «Народный губернатор» Павел Губарев остается под арестом по обвинению в организации массовых беспорядков. Его обещали выпустить под залог, но передумали, при этом деньги не вернули.

 Этот парень с честным открытым лицом почти идеально подходит на роль народного вожака – он смел, легко увлекает за собой людей, не выглядит политическим авантюристом. Революционным романтиком выглядит. Ведет толпу на штурм областной администрации, требует самоопределения Донбасса на референдуме, зовет на помощь российскую армию. Но кроме вот этой личной решимости у него ничего нет. «Народный губернатор» и до ареста не влиял на местных силовиков, не имел своих сторонников в депутатском корпусе, даже более-менее серьезного ополчения ему создать не удалось.

В Донецке не исчерпана энергия протеста, люди выходят на улицу и требуют освободить Губарева. Но это уже не восстание, как в начале марта, а всего лишь выражение недовольства новым режимом. «Беркут», переименованный неизвестно в кого, тоже недоволен хунтой, которая еще месяц назад была оппозицией и на майдане проклинала милицию. Бойцы сочувствуют народу и отказываются разгонять митинги, но и на сторону протестующих не переходят.

Губарев и его сторонники, захватив обладминистрацию, не сумели развить успех, да особо и не пытались, а ждали появления «вежливых людей» из России. И в этом главное отличие донецкого сопротивления от крымского. В Симферополе лидер «Русского единства» Сергей Аксенов не ждал, когда придут российские войска, а действовал. Собственно, поэтому они и пришли.

Есть и системные различия. Донбасс не настолько ориентирован на Россию, как Севастополь и Крым. В Донецке, как и в других крупных городах юго-востока, более популярна идея федерализации. Большинство русского населения хочет как-то дистанцироваться от Киева и майдана, при этом все же остаться в составе Украины. Конечно, это впечатление может быть ошибочным, никакой серьезной социологии нет, но сам характер Русской Весны на востоке страны и в Новороссии говорит о том, что она не столько пророссийская, сколько антибандеровская.

Если в Крыму русское движение годами культивировалось и закалялось в борьбе как с насильственной украинизацией, так и с агрессивным крымскотатарским меджлисом, то в Донбассе и в Харькове оно возникло стихийно, как реакция на февральские события в Киеве. И настоящим лидерам на востоке просто неоткуда было взяться.

Единственный пассионарий – Губарев – и тот в тюрьме, на свободе же проводят круглые столы активисты всевозможных «патриотических сил» и «освободительных движений». Никого они, разумеется, не освободят, потому что захватывать органы власти, как Губарев, они боятся, а под властью назначенного из Киева губернатора-олигарха Таруты и под контролем СБУ все попытки добиться референдума превращаются в безобидную болтовню.

 В Луганске, как и в Донецке, протест вспыхнул и сразу погас. На выходных народ штурмом взял областную администрацию, заставил губернатора Болотских написать заявление об отставке, избрал «народным губернатором» руководителя «Луганской гвардии» Александра Харитонова. Который дал команду своим сторонникам покинуть здание и передал его под охрану милиции. Для чего было штурмовать? Видимо, надо было продемонстрировать Путину готовность жителей Луганщины бороться с фашизмом самыми решительными мерами, при поддержке русского спецназа, разумеется. Харитонов, как и Губарев, не скрывает надежд на военную помощь России.

Одного из организаторов захвата обладминистрации, а также «сепаратистского митинга» Арсена Клинчаева накануне задержали и этапировали в Киев, а до этого активист был похищен с целью запугивания депутатом-националистом Олегом Ляшко и его охранниками.

Этот Ляшко персонаж вообще одиозный, а теперь он взял на себя еще и роль карателя. Собственно, дело не в Ляшко, а в том, что один из самых деятельных представителей киевской хунты спокойно разгуливает по Луганску, как по майдану. Вряд ли известный пророссийский активист, ну хотя бы тот же Губарев, смог бы так перемещаться, скажем, по Львову, да еще и запугивать бандеровцев. Это говорит о том, что на юго-востоке протест неорганизованный и не охватывает всего населения.

Еще пара примеров: город-герой Одессу патрулирует «седьмая сотня самообороны», приехавшая прямиком с майдана, а в Харькове провел митинг Кличко. Протестующие попытались закидать его яйцами и петардами, и это все, на что их хватило.

В общем, как пришла Русская Весна, так и ушла, пробудив в людях надежду на избавление от всеукраинского майдана, но так и не оправдав ее. Киев использует против лидеров протеста весь репрессивный аппарат – прокуратуру, СБУ, милицию – только «поезда дружбы» пока на восток не отправляет. С одной стороны, в этом нет необходимости, уличная активность в отсутствии лидеров и так сходит на нет. А с другой - хунта боится спровоцировать Кремль на ввод войск в Донбасс и другие регионы.

В Кремле же в первую очередь озабочены ситуацией в Крыму, где на этой неделе может быть устроена провокация с целью развязать боевые действия и сорвать референдум. И похоже на то, что и Москва, и Киев заинтересованы в сохранении статус-кво: Украина не пытается силой вернуть себе Крым, Россия не посылает армию на помощь протестующим в Донецке и Луганске.

Могло ли быть иначе? При столь низкой активности юго-востока, конечно, нет. Только в Крыму население оказалось морально готово к «самоопределению вплоть до отделения». В остальных русскоязычных областях не возникло единого мощного движения – ни пророссийского, ни какого-либо другого. И в этих условиях Россия, оказав военную помощь «своим», настроила бы против себя ту часть населения, которая хочет оставаться с Украиной.

Если в Крыму с российскими «оккупантами» уже фотографируются местные девушки, то севернее Перекопа реакция населения может быть не всегда такой позитивной. А главное, официальный Киев не уступит материковую территорию, иначе майдан сбросит уже администрацию Турчинова-Яценюка, обвинив в предательстве национальных интересов. Защитить себя новый режим может только с помощью натовских войск. Сейчас об американском военном вмешательстве речи не идет, Крым фактически признается зоной российских интересов. Однако на усиление России за счет всей Левобережной Украины Запад никогда не согласится.

Итак, если не случится чего-то экстраординарного, вроде войны, итогом Русской Весны станет воссоединение Крыма с Россией и подавление киевской хунтой пророссийского движения на юго-востоке. При таком раскладе выигрывает Кремль и вся РФ, включая население двух новых субъектов – АРК и Севастополя. Проигрывают миллионы русских на Украине, которые так и не дождутся помощи, не добьются федерализации, а значит, испытают на себе все прелести новой политики «дерусификации».

Глеб Александров

Обращение к научной и творческой интеллигенции  России, Украины, Европы, США и Канады

Глубокоуважаемые коллеги!

 Уверены, что так же как и мы, Вы глубоко обеспокоены событиями в Украине, где под угрозой находятся общечеловеческие ценности, за которые лучшие люди Украины и России в далекие века и в сложнейших ситуациях XX века боролись вместе, отдавая свои жизни, здоровье и таланты за свою самостоятельность, культуру и право жить в независимой стране, сохраняя лучшие традиции и уверенно создавая надежную базу для благополучия своих детей и внуков.

 Сегодня украинский народ попал в труднейшее положение из-за близорукости и безответственности политиков, которые за двадцать с лишним лет  существования новой Украины не смогли победить силы, воспользовавшиеся трудностями переходного периода в личных карьерных и корыстных целях, и подвели свой народ к опасной черте.

За последние десятилетия никто в России не стремился к наведению искусственных барьеров с братским государством, надеясь на торжество разума и использование исторических уз для взаимодействия и сотрудничества, как это принято в хороших семьях, волею судьбы оказавшихся разделенными хоть и условными, но границами.  У нас сохраняются семейные, дружеские и творческие отношения, связанное технологически промышленное производство уникальных изделий, многие люди остаются членами творческих и научных союзов и организаций в обеих странах.

 Нет необходимости и далее перечислять то огромное культурное и историческое наследие, что нас связывает и которое поставлено сегодня под угрозу исчезновения по воле экстремистов Майдана, но ни в коем случае не по вине Украинского народа и его лучших, патриотически настроенных представителей.

 Мы не вправе быть безучастными и думаем, что усилия нашего Президента В.В. Путина, органов государственной и исполнительной власти РФ создадут нормальные условия для выхода из кризисной ситуации в Украине.

академик РАН Асеев А.Л.

академик РАН Бычков И.В.

академик РАН Мельников В.П.

академик РАН Молодин В.И.

академик РАН Похиленко Н.П.

академик РАН Фомин В.М.

академик РАН Шабанов В.Ф. 

Представляем Вашему вниманию доклад Российского института стратегических исследований (РИСИ), в котором указывается, что деятельность некоторых ВУЗов и научных организаций прямо попадает под действие закона об «иностранных агентах». Может случиться, что вскоре некоторым НИИ и университетам будет предложено зарегистрироваться в этом качестве.

"Как указано на сайте РИСИ, «главная задача РИСИ — информационное обеспечение Администрации Президента РФ, Совета Федерации и Государственной Думы, Совета Безопасности, аппарата Правительства, министерств и ведомств». Остается только надеяться, что Администрация Президента знает цену подобным «экспертам", – отмечает Редакция известного ресурса http://www.saveras.ru

ДОКЛАД

Методы и технологии деятельности зарубежных и российских

исследовательских центров, а также исследовательских структур и ВУЗов, получающих финансирование из зарубежных источников: анализ и обобщение

Введение.

До настоящего времени правоприменение федерального закона No 121 ФЗ об НКО, выполняющих функции иностранных агентов, в основном, касалось правозащитных и общественных организаций. Однако анализ деятельности отдельных исследовательских центров, научных учреждений и ВУЗов демонстрирует, что она, зачастую, прямо подпадает под действие данного закона. Они аналогичным образом получают зарубежное финансирование и ведут политическую деятельность, оказывая влияние на формирование политики и общественного мнения и, следовательно, подпадают под действие закона No121-ФЗ.

Основным источником финансирования ряда таких организаций (приведенных ниже) являются США, Великобритания и НАТО: либо напрямую, либо через частные фонды, связанные правительствами и спецслужбами этих стран. Наибольшую активность в финансировании исследовательской деятельности проявляют Фонд Макартуров, Корпорация Карнеги, Национальный фонд поддержки демократии (NED), Институт «Открытое общество» (OSI).

При этом исследовательские центры, научные организации и ВУЗы, пользуясь доверием и легитимностью в качестве «российских организаций», и прикрываясь научной деятельностью (с точки зрения закона не попадающей под политическую) используют значительные возможности доступа в СМИ и оказания влияния на российскую политику, задействуя, среди прочего следующие методы:

• Формирование общественного мнения путем выступлений в медиа,публикаций экспертных докладов.

• Создание пула экспертов по внутренней, внешней и оборонной политике, готового транслировать зарубежные (в основном, западные) идеологические и методологические установки.

• Формирование кадрового резерва для продвижения в ВУЗы, органы государственной власти.

• Идеологическое и информационное воздействие на представителей органов федеральной, региональной и муниципальной власти РФ путем участия в консультативных советах, подготовки аналитических материалов, проведения встреч в рамках мероприятий различного формата.

• Сбор социологической, политологической, военной и иной информации, имеющей разведывательную ценность, проведение мониторингов и аналитических исследований в интересах зарубежных заказчиков.

Деятельность подобных структур не воспринимается как иностранная пропаганда, по факту таковой являясь. Более того, данные структуры воспринимаются как «носители тренда» и у российских экспертов вырабатывается стремление «оставаться в тренде» – то есть, по сути, мыслить в заданных парадигмах, подстраивать собственные высказывания под высказываемые позиции для поддержания популярности и собственной востребованности в масс-медиа. Отдельные структуры, обладают репутацией серьезного научного учреждения, вследствие этого их информация воспринимается как объективная данность, и исключает критическое отношение к ее содержанию («феномен научного авторитета»).

Представители различных НКО и ВУЗов сотрудничают на формальной и межличностной основе – одни и те же люди работают и являются членами попечительских, экспертных советов в партнерских организациях, проведении мероприятий, выпуске и рецензировании литературы, участии в организации исследований и аналитики на заказ.

Таким образом, в экспертной среде формируется узкий круг «своих», которые определяют повестку дискуссий для значимой части российского экспертного поля, его персональный состав и степень допуска отдельных экспертов в СМИ.

Все это приводит к тому, что позиции, противоречащие государственным интересам России, становятся устойчивым тезисом массового сознания и вектором мышления значительно части российского экспертного сообщества. Ввиду сложившейся ситуации необходимо рассмотреть возможность расширения закона No121-ФЗ об НКО, выполняющих функции иностранных агентов на исследовательскую деятельность, а также проверить на соблюдение закона No121-ФЗ об НКО, выполняющих функции иностранных агентов Московский центр Карнеги, ПИР-центр, Фонд «Новая Евразия», «Левада-центр», РАПН, а также структуры при РЭШ.

Структуры с наличием всех оснований для присвоения статуса «иностранного агента»:

Московский центр Карнеги (МЦК)

Российская ассоциация политической науки (РАПН)

Центр политических исследований России (ПИР-Центр)

Аналитический Центр Юрия Левады (АНО Левада-Центр)

Фонд «Новая Евразия» (ФНЕ)

Другие структуры, получающие финансирование и занимающиеся политической деятельностью (требующие внимания)

Российская ассоциация международных исследований (РАМИ)

Российская экономическая школа (РЭШ)

Институт социологии РАН

Читать доклад полностью

3 марта фракция КПРФ в Государственной Думе и конгресс работников образования, культуры, науки и техники провели «круглый стол» на тему: «Стратегия развития образования и науки: новое законодательство и возможные альтернативы». В работе круглого стола приняли участие депутаты Госдумы фракции КПРФ член-корреспондент Российской Академии образования О.Н. Смолин и доктор математических наук, академик Российской Академии наук Б.С. Кашин.

О.Н. Смолин рассказал о законопроекте КПРФ «Образование для всех», который по 70 позициям отличается от правительственного закона. К сожалению, думское большинство в лице «Единой России» отклонило его, несмотря на поддержку фракций «Справедливая Россия» и «ЛДПР». Но на этом борьба коммунистов за классическое русское и советское образование не завершилась: они внесли более десятка законодательных инициатив в действующий закон об образовании, чтобы хоть как-то его улучшить, рассказал Олег Николаевич.

Б.С. Кашин считает, что решения в области науки должны приниматься во взаимодействии власти и научной общественности. Последние «реформы» в области науки депутат фракции КПРФ оценил, как «спецоперацию по уничтожению РАН». «Мы живем в критической ситуации, когда от проводимой политики в большей степени пострадала научная сфера», — считает Борис Сергеевич.

Были другие интересные выступления. В ходе дискуссии участники круглого стола внесли предложения для подготовки концепции нового ФЗ «О науке в Российской Федерации».

В частности, прозвучали предложения об увеличении бюджетного финансирования фундаментальных исследований  до уровня не менее 0,4% от ВВП страны, а также об увеличении заработной платы научных работников до уровня, превышающего в два раза среднюю зарплату в экономике, а зарплату директоров НИИ, напротив, предложено ограничить до размера двух заработных плат доктора – ведущего научного сотрудника.  Высказывалось мнение о том, чтобы критерии и порядок оценки деятельности научных работников вырабатывать только самим научным сообществом.

Члены комитета считают, что связь науки с промышленностью должна позитивно отразиться на повышении зарплат ученых. А для исследований, не имеющих отношения к промышленному прогрессу, необходимо выделить определенный процент от валового продукта страны.

Также внесен ряд предложений по демократизации управления наукой. По итогам круглого стола были выработаны рекомендации.

Фото сайта http://info-cron.expendo.net/

Год назад, была подготовленная аналитическая записка, посвященная «кризису роста» и перспективам развития Новосибирского Академгородка. Сформированная вокруг него территория с учреждениями науки и образования, высоко-технологическими производствами, предприятиями инновационного бизнеса и местами расселения и их сотрудников была определена как территория инновационного развития (ТИР). Также, использовалось понятие «Большой Академгородок», отражающее то, что исторический Академгородок, основанный полвека назад, уже давно перерос свои старые границы.

Несколько позже, разработчики проекта Новосибирской агломерации (институт Гипрогор, г.Москва ) использовали «модернистский» термин «Наукополис», чтобы обозначить территорию развития науки, образования и инновационных производств, складывающуюся вокруг Академгородка, НГУ, институтов РАН, РАСХН и РАМН, а также наукограда Кольцово. Границы «Наукополиса» по проекту Агломерации также включили в себя Первомайский район г.Новосибирска, но не включили г.Бердск, фактически имеющий тесные социальные и производственные связи с Академгородком.

Мы попытались проанализировать реальную ситуацию, складывающуюся «на месте», чтобы понять, как концепции «Большого Академгородка» и «Наукополиса» соотносятся друг с другом и каковы могут быть их границы. Если наложить очаги фактического и перспективного градостроительного развития на природный и транспортный каркасы обозначенной территории, то — можно увидеть примерно следующую картину.

На первой схеме вы видите фактически существующие «Старый Академгородок», «Ельцовку» и «Шлюз», которые уже давно исчерпали ресурсы своего роста. При этом, уже фактически сложился в общих границах и стремительно заполняется содержимым «Одноэтажный Академгородок», включая поселки Ключи, Ложок и Каинская Заимка, а также десятки дачных обществ, постепенно перерождающихся в коттеджные поселки. Уже начато формирование центра «Нового Академгородка», включающего территорию развития Технопарка на западе, микрорайона «Серебряное озеро» на севере, поселка ученых на востоке и перспективной территорией в центре.

Для комфортного проживания и работы людей здесь уже давно стало необходимым создание адекватных транспортных артерий, фактически уже намеченных. Синим цветом обозначены меридиональные артерии - существующая трасса Бердского шоссе на западе и пока только проектируемый «Восточный обход» на Востоке. Красным цветом обозначены широтные артерии, в зачаточной форме действующих, но требующих должного оформления с необходимыми развязками, мостовыми переходами, тротуарами и велодорожками. На севере это обозначенный в перспективных планах архитекторов «Южный обход», представленный дорогой Академгородок-Кольцово, уличной сетью Академгородка и упирающийся в ж/д виадук на Нижней Ельцовке. На юге это — уличная сеть Советского района и юридически не существующая дорога Академгородок-Ключи. В привязке к Южному и Восточному обходам, на заброшенных и полузаброшенных сельскохозяйственных угодьях находятся перспективные зоны роста.

Все перечисленное выше может быть названо «Большим Академгородком». Главное здесь, как мне кажется, не допустить бессистемной раздачи под жилую и дачную застройку участков в перспективных зонах роста - «Нового Академгородка», в первую очередь. При этом, необходимо обеспечить сохранение и обустройство «зеленых коридоров», или «сквозных рекреационных» зон, органично оформляющихся вдоль основных естественных водотоков (р.Ельцовка, р.Каменушка, р.Зырянка, р.Ромка, р.Шадриха), включая сосновые боры Академгородка и Ботаничский сад. Естественная сеть таких зон, обрамляющая узлы градостроительного роста, дополняет основную транспортную сеть альтернативными транспортными связями в виде пешеходных, велосипедных и лыжных маршрутов, связывающих все территорию — создавая здоровые и комфортный условия проживания и работы.

Территория «Большого Академгородка» это — территория компактного проживания и работы, порядка 10 километров шириной, где из любой точки можно попасть в другую менее чем за полчаса на автотранспорте. Но, вокруг этой территории есть и периферийные очаги проживания и производства, нанизанные на те-же самые транспортные артерии и примыкающими к описанному природно-рекреационному каркасу, включающему уже Обское море и прибрежные сосновые боры. Сюда входят Наукоград Кольцово, город Бердск, район ОбъГЭС и Краснообск-ВАСХНИЛ. В пределах такого широкого контура, время автотранспортной доступности — не более часа. Очевидно, этот контур и можно считать территорией «Наукополиса», в пределах «Агломерации». И задачи здесь — также — в координации процесса выделения земельных участков под застройку в соответствии с системным планом развития территории, формирование эффективных транспортных связей, сохранение и развитие естественного природно-рекреационного каркаса.

Таким образом, ТИР г.Новосибирска может включать в себя несколько «контуров». Внутренний контур «Большого Академгородка» мог бы включать в себя «Старый Академгородок» с Новосибирским Государственным Университетом, институтами СО РАН, Технопарком и высоко-технологическими компаниями, а также институты СО РАМН и НИИПК им.Мешалкина и места компактного проживания сотрудников названных предприятий и учреждений в прилегающих микрорайонах и коттеджных поселках. Внешний контур «Наукополиса», в свою очередь мог бы включать в себя наукоград Кольцово и с.Барышево, микрорайон ОбъГЭС, ВАСХНИЛ и г.Краснообск, а также — г.Бердск.

На уровне любого из контуров, необходимо развитие одной и той-же адекватной современной транспортной инфраструктуры а также сохранение и развитие природно-рекреационного каркаса. И главное — необходимы единая схема территориального планирования, градостроительный план и механизмы взаимодействия администраций и хозяйствующих субъектов различного действующих на одной и той же территории, разделенной границами на несколько муниципалитетов различного уровня.

А.Г.Колонин, к.т.н.

История вопроса и более подробный анализ различных аспектов проблемы можно найти на сайте http://landsovet.blogspot.ru/2012/12/blog-post.html.

Уже вошло в привычку сравнивать нашу страну со странами Запада. И как это часто бывает, сравнение получается не в нашу пользу. Больше всего нас задевает, конечно же, очевидное технологическое отставание. И здесь мы сталкиваемся с какой-то парадоксальной ситуацией. Ладно бы, если речь шла о странах Центральной Африки. У них там нет ни нормальной науки, ни образования. Но почему так происходит в нашей стране, где сотни академических институтов, где работают ученые с мировым именем? Ведь это только непосвященному обывателю кажется, что в наших институтах ветер гуляет, и люди томятся от безделья.

На самом деле, как в том убедились даже народные избранники Законодательного Собрания Новосибирской области, наши ученые по некоторым направлениям идут нога в ногу со своими западными коллегами, а в чем-то их даже опережают. Однако что мы имеем на практике? А на практике до 70% научных разработок внедряется за рубежом. Как же так получается? Неужели отечественная экономика, отечественное хозяйство не нуждаются в научных разработках?

На самом же деле, как мы понимаем, научные разработки нужны отечественной экономике как воздух. Хотя бы только для того, чтобы сократить технологическое отставание от Запада. И здесь всё упирается в государственную политику. Наивно полагать, будто сейчас все решает частный инвестор. Далеко не всегда частный инвестор будет, например, вкладываться в НИОКР и за свой счет доводить до ума какие-то принципиально важные наработки академических институтов. Во всех нормальных странах этим занимается государство. В принципе, наши руководители сейчас достаточно много говорят об инновациях, о модернизации основных отраслей промышленности. Даже ставят вопрос об энергосбережении и экологии.

А в прошлом году было вообще заявлено о необходимости «вхождения» в шестой экономический уклад. Этому нельзя не радоваться, однако в то же время конкретные практические действия еще недостаточны для того, чтобы началось поступательное развитие в указанном направлении. Мало того, попытки реорганизации РАН фактически подхлестнули «чемоданные» настроения у молодых и перспективных ученых. Но даже это само по себе не является фундаментальной причиной нашего технологического отставания. Во всяком случае, скандальный закон можно подкорректировать, а то и вовсе отменить. Гораздо сложнее отменить систему сложившихся хозяйственных отношений.

Рассмотрим это на примере энергетического сектора. Не надо, наверное, говорить о том, что энергетика играет в современном хозяйстве решающую роль. По уровню развития энергетических мощностей можно в целом составить представление и об уровне всей  экономики.

Не так давно, как мы помним, Россия провозгласила себя «энергетической державой». Но, к сожалению, изобретатели данного термина наполнили его не самым подходящим для технической модернизации смыслом. По привычке «энергетическая держава» стала восприниматься как страна, экспортирующая энергоресурсы. Главным образом – углеводородное топливо. То есть фактически Россия сохраняет себя как сырьевой «придаток» технологически развитых стран, нацеливаясь на массовое извлечение этих самых энергоресурсов. Тогда как при прогрессивном подходе к делу правильнее было бы сосредоточиться не столько на их извлечении, сколько на их эффективной переработке.

В действительности же успехов в плане эффективной переработки топлива добились именно страны – импортеры нашего сырья, и России теперь приходится их догонять по этому показателю. И самое печальное, наверное, заключается в том, что наша страна располагала (и располагает) отечественными разработками в этой сфере, которые оказались невостребованными у нас, но зато легко прижились на Западе. В этом плане мы снабдили Запад не только углеводородным сырьем, но еще и  передовыми разработками. Это есть досаднейший факт.

Приведем простейший пример. Наши ученые еще в 1950-х годах разработали парогазовые установки, широко теперь распространенные на Западе. У нас количество таких установок можно посчитать по пальцам (Тюменская область, Краснодарский край, Санкт-Петербург). В странах Западной Европы и в США с помощью парогазовых установок вырабатывается до 70% электроэнергии. По тому же пути идет и соседний Китай. Работают такие установки чаще всего на газе (в том числе и на российском газе). Не будем сейчас вдаваться в технические детали. Скажем только, что общий КПД электростанции, где применяется парогазовая установка, достигает 60%. На наших электростанциях, где применяются обычные газотурбины, этот показатель находится на уровне 35–38%. Заметная разница, не так ли? Получается, что у себя в стране мы сжигаем газ почти в полтора-два раза менее эффективно, чем на Западе. А ведь у нас, как заметил Заведующий отделом теплоэнергетики Института теплофизики СО РАН Анатолий Бурдуков, на газе работает почти 60% процентов всей энергетики. Вы только представьте, какой потенциал экономии мы здесь имеем! Кроме того, по расчетам специалистов, это позволит серьезно снизить конечную стоимость вырабатываемой энергии.

Однако на данном этапе государство озабочено, главным образом, интересами сырьевых компаний, таких, например, как Газпром. И главная задача здесь – расширить круг потребителей и нарастить объемы сбыта. Какая уж тут экономия, в самом деле? Сегодня у нас в стране набирает силу процесс газификации отдельных регионов. Причины понятны – ввиду снижения спроса на российский газ на Западе (во многом – благодаря всё той же технической модернизации) государство пытается компенсировать убытки сырьевым компаниям за счет внутреннего потребителя. С одной стороны, такая политика воспринимается положительно. Но с другой стороны, она ничуть не содействует тому, о чем было сказано – эффективному использованию энергоресурсов. И вряд ли этого стоит ожидать в условиях такой поддержки сырьевого сектора.

Вся проблема, считает Анатолий Бурдуков, упирается в тарифную политику. Новейшие разработки в сфере энергетики найдут применение только тогда, когда самим энергетическим компаниям будет крайне необходима техническая модернизация. То есть когда на единицу сжигаемого топлива потребуется получать больше полезной энергии, чем сейчас. Иначе говоря, задуматься о повышении КПД. В настоящее время производителей энергии существующий удельный расход топлива не смущает, поскольку «экономия» здесь достигается за счет относительно невысоких тарифов.

Казалось бы, дороговизна топлива должна иметь негативные последствия для экономики. Однако в системе реальных хозяйственных отношений высокие тарифы могут играть роль важнейшего стимула модернизации, внедрения перспективных разработок. Конечного потребителя при грамотном подходе к делу повышение тарифов на энергоресурсы может вообще никак не коснуться, поскольку, о чем было сказано выше, при более высоком КПД снижается себестоимость производимой энергии. В то же время в общем итоге мы получаем экономию сырья. О благе для экологии и говорить не приходится: топлива сжигается меньше, и сгорает оно в современных установках лучше.

Причем,  речь идет не только об экономии газа. К сожалению, по указанной причине у нас не внедряются и новейшие разработки, связанные с более эффективным сжиганием угля. А ведь в этом направлении работают ведущие специалисты Института теплофизики. Сибирь богата углем, и было бы глупо от него отказываться ради интересов газовых компаний. Однако использовать это топливо нужно на более высоком уровне, о чем мы уже неоднократно писали.

И здесь появляется другая сторона вопроса, связанная с государственной политикой. Недостаточно просто поднять тарифы на топливо. Необходимо посодействовать внедрению передовых разработок, позволяющих это топливо наилучшим образом использовать. Необходимо не только вкладываться в научные разработки. Нужно также поддерживать сам процесс их внедрения, применяя специальные гранты и реализуя с государственным финансовым участием пилотные проекты (тем самым компенсируя отсутствие отраслевых институтов, однажды по большому недоразумению ликвидированных волевым путем). Но для этого, разумеется, придется пересмотреть политику «энергетической державы», когда в приоритете – объемы поставок сырья. Экономия, экология, эффективность – вот собственно, три главных «Э», три кита, на которых будет держаться шестой уклад.

Олег Носков