Не так давно СМИ сообщили, что мэр города Анатолий Локоть и руководитель департамента промышленности, инноваций и предпринимательства мэрии Александр Люлько побывали на приеме у вице-премьера РФ Дмитрия Рогозина. Рассказать об итогах этой встречи и о том, на какую помощь со стороны правительства страны могут рассчитывать промышленные предприятия и научные учреждения города, мы попросили Александра Люлько.

– Александр Николаевич, насколько важной была эта поездка?

– Начнем с того, что немногие мэры российских городов попадают на прием заместителя главы правительства страны. И обычно, если это случается, то речь идет о нескольких минутах. В нашем случае встреча продолжалась больше часа, на ней обсуждались серьезные вопросы и по ее итогам был дан ряд поручений федеральным министерствам и ведомствам. Так что я оцениваю нашу поездку как стратегически важную.

– Наверное, и подготовка к ней была соответствующая?

– Да, конечно. Накануне поездки в Москву мы провели несколько серьезных совещаний по разным направлениям. Первое – на заводе им. Чкалова с руководителями машиностроительных и инструментальных производств. Сегодня ряд наших заводов имеют неплохой портфель заказов и это открывает возможности для кооперации, дополнительной загрузки тех предприятий, у которых сейчас не так хорошо с заказами. Кроме того, руководством страны поставлена задача замещения импорта (особенно в сфере ОПК) продукции с Украины. И ряд комплектующих изделий, которые мы закупали за границей вполне реально производить в Новосибирске. Второе совещание прошло на территории НПП «Восток». На нем речь шла о перспективах, которые открываются перед нами в ходе реализации федеральной программы создания кластера по элементной базе.

Речь идет фактически о создании второго российского центра производства микроэлектроники (первый, находится в подмосковном Зеленограде). Эта программа уже стартовала, под нее есть серьезное финансирование, в ней задействованы сразу несколько предприятий и Институт физики полупроводников СО РАН. Вообще, без собственных научных разработок задачу создания своей элементной базы мирового уровня нам не решить. Если мы будем идти по пути заимствования чужих технологий – максимум что удастся, это сократить отставание. Если сейчас мы отстаем лет на двадцать, то будем на пять-десять (именно столько требуется для того, чтобы, имея в своем распоряжении опытный образец, развернуть его серийное производство). Но все равно мы будем вечно двигаться в чьем-то «фарватере». А чтобы самим выйти в число мировых лидеров в области микроэлектроники (именно такую задачу ставит сегодня руководство страны) – нужна своя научная база. И пока мы ее, по счастью, не утратили. Более того, в науке у нас если и есть здесь по ряду направлений отставание, то не такое значительное, как в производстве.  Третье совещание было посвящено производству медицинской техники. И здесь у нас тоже есть ряд перспективных наработок. Прежде всего, производство имплантатов и протезов из нанокерамики на мощностях холдинга «НЭВЗ-Союз». По итогам этих совещаний был сформирован некий пакет предложений по решению ряда задач, стоящих перед российской экономикой силами наших ученых и предприятий, который мы озвучили на встрече с Дмитрием Олеговичем Рогозиным.

– И какова была его реакция?

– Достаточно положительная. Мнение Рогозина следующее: раз сегодня вектор развития экономики в целом смещается на восток, то и ОПК надо развивать, в первую очередь, за Уралом, в Сибири.

Чтобы наш регион был не только сырьевой базой, но и новым промышленным центром России. И в рамках этого процесса вполне логично участие Новосибирска в мегапроектах российской власти, таких, как упоминавший выше кластер микроэлектроники или строительство космодрома «Восточный».

Заинтересовали его и научные разработки Сибирского отделения СО РАН.

– А когда можно ждать первых материальных результатов от этой встречи?

– Смотря, что вы под этим понимаете. Как я уже сказал, по итогам встречи был дан ряд письменных поручений федеральным министерствам. Это тоже, своего рода, материальный результат. Федеральная программа по элементной базе тоже уже запущена, а это значит, что несколько миллиардов денег из бюджета страны придут на территорию города в ближайшие годы. На базе СО РАН создан Центр фундаментальных исследований в области обороны и безопасности. Развивается перспективное направление в области оптики и приборов ночного видения. Хорошие заказы имеют оборонные предприятия: Чкаловский завод, Коминтерна, Патронный завод, НИИ ЭП. Есть и другие «точки роста». И нам важно было обратить внимание на них со стороны федерального руководства, чтобы при принятии решений учитывали возможности Новосибирска. Думаю, нам это удалось, по крайней мере, на уровне вице-премьера. И это, на мой взгляд, главный результат встречи.

Записал Георгий Батухтин

8 октября 1975 г. на научной сессии, посвященной 250-летию Академии наук СССР, академик Петр Леонидович Капица, удостоенный тремя годами позже Нобелевской премии по физике, сделал концептуальный доклад, в котором, исходя из базовых физических принципов, по существу, похоронил все виды «альтернативной энергии», за исключением управляемого термоядерного синтеза.

Если кратко изложить соображения академика Капицы, они сводятся к следующему: какой бы источник энергии ни рассматривать, его можно охарактеризовать двумя параметрами: плотностью энергии — то есть ее количеством в единице объема, — и скоростью ее передачи (распространения). Произведение этих величин есть максимальная мощность, которую можно получить с единицы поверхности, используя энергию данного вида.

Вот, скажем, солнечная энергия. Ее плотность ничтожна. Зато она распространяется с огромной скоростью — скоростью света. В результате поток солнечной энергии, приходящий на Землю и дающий жизнь всему, оказывается совсем не мал — больше киловатта на квадратный метр. Увы, этот поток достаточен для жизни на планете, но как основной источник энергии для человечества крайне неэффективен. Как отмечал П. Капица, на уровне моря, с учетом потерь в атмосфере, реально человек может использовать поток в 100—200 ватт на квадратный метр. Даже сегодня КПД устройств, преобразующих солнечную энергию в электричество, составляет 15%. Чтобы покрыть только бытовые потребности одного современного домохозяйства, нужен преобразователь площадью не менее 40—50 квадратных метров. А для того, чтобы заменить солнечной энергией источники ископаемого топлива, нужно построить вдоль всей сухопутной части экватора сплошную полосу солнечных батарей шириной 50—60 километров. Совершенно очевидно, что подобный проект в обозримом будущем не может быть реализован ни по техническим, ни по финансовым, ни по политическим причинам.

Противоположный пример — топливные элементы, где происходит прямое превращение химической энергии окисления водорода в электроэнергию. Здесь плотность энергии велика, высока и эффективность такого преобразования, достигающая 70 и более процентов. Зато крайне мала скорость ее передачи, ограниченная очень низкой скоростью диффузии ионов в электролитах. В результате плотность потока энергии оказывается примерно такой же, как и для солнечной энергии. Петр Капица писал: «На практике плотность потока энергии очень мала, и с квадратного метра электрода можно снимать только 200 Вт. Для 100 мегаватт мощности рабочая площадь электродов достигает квадратного километра, и нет надежды, что капитальные затраты на построение такой электростанции оправдаются генерируемой ею энергией». Значит, топливные элементы можно использовать только там, где не нужны большие мощности. Но для макроэнергетики они бесполезны.

Так, последовательно оценивая ветровую энергетику, геотермальную энергетику, волновую энергетику, гидроэнергетику, Капица доказывал, что все эти, на взгляд дилетанта вполне перспективные, источники никогда не смогут составить серьезную конкуренцию ископаемому топливу.

Низка плотность ветровой энергии и энергии морских волн; низкая теплопроводность пород ограничивает скромными масштабами геотермальные станции; всем хороша гидроэнергетика, однако для того, чтобы она была эффективной, либо нужны горные реки — когда уровень воды можно поднять на большую высоту и обеспечить тем самым высокую плотность гравитационной энергии воды, — но их мало, либо необходимо обеспечивать огромные площади водохранилищ и губить плодородные земли.

Мирный атом не торопится

В своем докладе Петр Леонидович Капица особо коснулся атомной энергетики и отметил три главные проблемы на пути ее становления в качестве главного источника энергии для человечества: проблему захоронения радиоактивных отходов, критическую опасность катастроф на атомных станциях и проблему неконтролируемого распространения плутония и ядерных технологий. Через десять лет, в Чернобыле, мир смог убедиться, что страховые компании и академик Капица были более чем правы в оценке опасности ядерной энергетики. Так что пока речи о переводе мировой энергетики на ядерное топливо нет, хотя можно ожидать увеличения ее доли в промышленном производстве электроэнергии.

Наибольшие надежды Петр Капица связывал с термоядерной энергетикой. Однако за прошедшие тридцать с лишним лет, несмотря на гигантские усилия ученых разных стран, проблема управляемого термояда не только не была решена, но со временем понимание сложности проблемы, скорее, только выросло.

В ноябре 2006 года Россия, Евросоюз, Китай, Индия, Япония, Южная Корея и США договорились начать строительство экспериментального термоядерного реактора ИТЭР, основанного на принципе магнитного удержания высокотемпературной плазмы, который должен обеспечить 500 мегаватт тепловой мощностьи в течение 400 секунд. Чтобы оценить темпы развития, могу сказать, что в 1977—1978 гг. автор принимал участие в анализе возможности «подпитки» ИТЭР с помощью выстрела в плазму твердоводородной таблетки. Не в лучшем состоянии находится и идея лазерного термояда, основанного на быстром сжатии водородной мишени с помощью лазерного излучения.

Очень дорогая фантастика...

А как же водородная энергетика и пресловутое биотопливо, которые сегодня пропагандируются наиболее активно? Почему Капица не обращал на них внимания вообще? Ведь биотопливо в виде дров человечество использует уже веками, а водородная энергетика сегодня кажется настолько перспективной, что едва ли не каждый день приходят сообщения о том, что крупнейшие автомобильные компании демонстрируют концепт-кары на водородном топливе! Неужели академик был настолько недальновиден? Увы... Никакой водородной и даже биоэнергетики в буквальном смысле слова не может существовать.

Что касается водородной энергетики, то, поскольку природные месторождения водорода на Земле отсутствуют, ее адепты пытаются изобрести вечный двигатель планетарного масштаба, не более и не менее того. Есть два способа получить водород в промышленных масштабах: либо путем электролиза разложить воду на водород и кислород, но это требует энергии, заведомо превосходящей ту, что потом выделится при сжигании водорода и превращении его опять в воду, либо... из природного газа с помощью катализаторов и опять-таки затрат энергии — которую нужно получить... опять-таки сжигая природные горючие ископаемые! Правда, в последнем случае это все-таки не «вечный двигатель»: некоторая дополнительная энергия при сжигании водорода, полученного таким путем, все же образуется. Но она будет гораздо меньше той, что была бы получена при непосредственном сжигании природного газа, минуя его конверсию в водород.

Значит, «электролитический водород» — это вообще не топливо, это просто «аккумулятор» энергии, полученной из другого источника... которого как раз и нет. Использование же водорода, полученного из природного газа, возможно, и сократит несколько выбросы углекислого газа в атмосферу, так как эти выбросы будут связаны только с генерацией энергии, необходимой для получения водорода. Но зато в результате процесса общее потребление невозобновляемых горючих ископаемых только вырастет!

Ничуть не лучше обстоят дела и с «биоэнергетикой». В этом случае речь идет либо о реанимации старинной идеи использования растительных и животных жиров для питания двигателей внутреннего сгорания (первый «дизель» Дизеля работал на арахисовом масле), либо об использовании этилового спирта, полученного путем брожения натуральных — зерна, кукурузы, риса, тростника и т.д. — или подвергнутых гидролизу (то есть разложению клетчатки на сахара) — агропродуктов.

Что касается производства масел, то это крайне низкоэффективное, по «критериям Капицы», производство. Так, например, урожайность арахиса составляет в лучшем случае 50 ц/га. Даже при трех урожаях в год выход орехов едва ли превысит 2 кг в год с квадратного метра. Из этого количества орехов получится в лучшем случае 1 кг масла: выход энергии получается чуть больше 1 ватта с квадратного метра — то есть на два порядка меньше, чем солнечная энергия, доступная с того же квадратного метра. При этом мы не учли того, что получение таких урожаев требует интенсивного применения энергоемких удобрений, затрат энергии на обработку почвы и полив. То есть, чтобы покрыть сегодняшние потребности человечества, пришлось бы полностью засеять арахисом пару-тройку земных шаров. Проведя аналогичный расчет для «спиртовой» энергетики, нетрудно убедиться, что ее эффективность еще ниже, чем у «дизельного» агро-цикла.

...Но очень выгодная для экономики «мыльного пузыря»

Что же, американские ученые не знают этих цифр и перспектив? Разумеется, знают. Ричард Хейнберг в своей нашумевшей книге PowerDown: Options And Actions For A Post-Carbon World (наиболее точный по смыслу перевод — «Конец света: Возможности и действия в пост-углеродном мире») самым детальным образом повторяет анализ Капицы и показывает, что никакая биоэнергетика мир не спасет.

Так что происходит? А вот что: только очень наивный человек полагает, что экономика сегодня, как и 150 лет назад, работает по марксистскому принципу: «деньги — товар — деньги». Новая формула «деньги — деньги» короче и эффективнее. Хлопотное звено в виде производства реальных товаров, обладающих для людей реальной полезностью в привычном смысле этого слова, стремительно вытесняется из «большой экономики». Связь между ценой и полезностью в материальном смысле — полезность вещи как пищи, одежды, жилья, средства передвижения или услуги как средства удовлетворения какой-то реальной потребности, — уходит в небытие точно так же, как некогда ушла в небытие связь между номиналом монеты и массой заключенного в ней драгоценного металла. Точно так же «вещи» нового века очищаются от всякой полезности. Единственная потребительная способность этих «вещей», единственная их «полезность», которая сохраняет смысл в экономике нового времени, — это их способность быть проданными, а главным «производством», приносящим прибыль, становится надувание «пузырей». Всеобщая вера в возможность продать воздух в виде акций, опционов, фьючерсов и многочисленных других «финансовых инструментов» становится главной движущей силой экономики и основным источником капитала для ксендзов этой веры. После того, как последовательно лопнули пузыри «доткомов» и недвижимости, а «нанотехнология», рисующая сказочные перспективы, по большей части так и продолжает их рисовать без заметной материализации, американские финансисты, похоже, всерьез обратили внимание на альтернативные источники энергии. Вкладывая деньги в «зеленые проекты» и оплачивая наукообразную рекламу, они вполне могут рассчитывать на то, что многочисленные буратины прекрасно удобрят своими золотыми финансовую ниву чудес.

25 ноября руководитель Федерального агентства научных организаций Михаил Котюков подписал приказ об образовании Научно-координационного совета (НКС) при ФАНО России. Приказом также утверждены Положение о НКС и его состав.

Научно-координационный совет образован в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25 октября 2013 г. № 959 «О Федеральном агентстве научных организаций» в целях координации взаимодействия Агентства и подведомственных ему научных организаций с Российской академией наук. 

В состав НКС включены ведущие российские ученые, выполняющие исследования на общепризнанном мировом уровне в различных областях науки.  В частности, в него вошли: главный ученый секретарь Президиума РАН Игорь Соколов, проректор МГУ им. Ломоносова Алексей Хохлов, главный научный сотрудник Института ядерных исследований РАН Валерий Рубаков, директор Института физики прочности и материаловедения СО РАН, заместитель председателя СО РАН Сергей Псахье, директор Института космических исследований РАН Лев Зеленый, директор НИИ нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко Александр Потапов. Полный список участников Совета, куда всего вошло 45 человек, содержится в приказе.

«Состав НКС был одобрен президентом Российской академии наук В.Е. Фортовым.  В его состав были включены ведущие российские ученые из различных регионов России. Количество ученых из научных учреждений и ВУЗа г. Москвы составляет 45%.  В НКС представлены все отделения Российской академии наук» – заявила заместитель начальника Управления по взаимодействию с Российской академией наук и обеспечению деятельности научно-координационного совета Евгения Степанова.

Помимо Совета при НКС также будет организовано Бюро, ответственное за решение текущих вопросов деятельности Научно-координационного совета, и тематические Секции. Они будут представлять собой группу из авторитетных и высококомпетентных ученых, представляющих конкретные направления науки. Всего создано 6 Секций НКС по следующим направлениям:

– Математические, физически, компьютерные и технические науки;
– Химические науки;
– Общественно-гуманитарные науки;
– Науки о жизни;
– Науки об окружающей среде;
– Междисциплинарные исследования и проекты.

Проект Положения о Научно-координационном совете был разработан в тесном сотрудничестве с академическим сообществом в рамках рабочей группы по вопросам формирования НКС. В её состав вошли члены РАН, российские ученые из подведомственных ФАНО России научных учреждений, молодые ученые и представители Агентства. 

Первое заседание НКС пройдет в декабре текущего года.

Уже в четвертый раз трое немецких и трое русских молодых ученых соревнуются друг с другом в научной схватке  и объясняют непосвященной публике в 10-ти минутном выступлении свои исследования. Они все эксперты в своей области и обещают: никаких незнакомых слов, никакой скуки!

Участники русско-немецкого Science Slam 2014:

Михаил Фомченков, химик, Томск: «Даешь кислоту в массы!»

Выработка гликолевой кислоты из молекул глиоксаля сродни тому, чтобы собрать всех своих друзей на одну вечеринку. Не все горят желанием принять в этом участие: один занят, другой предпочитает провести вечер дома, третий идёт на другую вечеринку. То же самое и с молекулами: в силу своих индивидуальных особенностей не все они готовы вступать в реакцию. Михаил Фомченков, студент-химик из Томска, ломает голову над тем, как быстро и эффективно собрать всех в нужное время в нужном месте, и какие условия необходимы для того, чтобы сподвигнуть несговорчивых друзей-молекул вступить в реакцию и трансформироваться в гликолевую кислоту быстро, легко и с наименьшими издержками.

Жиль Рихтер, переводчица, Кёльн: «Как гибридный режим дал ответ на очень важный вопрос»

Жиль Рихтер окончила Кёльнский университет по специальности «Переводчик для конференций». До этого она побывала на учебных стажировках в Чили, Новой Зеландии, Ирландии, Словении, Бельгии и Дюссельдорфе. Сейчас она живет в Кёльне и занимается переводами с английского и французского языков преимущественно в области техники и

социологии. В ее исследовании, которое будет представлено на научном слэме, речь идет о жестах, устном переводе и комбинации «язык-мышление-жестикуляция». Кроме того, Жиль расскажет об особенностях устного перевода, его сложностях и прелестях. При этом совершенно не важно, идет ли речь об английском, немецком, русском или латышском языках. Она очень рада, что во время слэма в кой-то веки будут переводить её, а не она, и ждет - не дождется поездки в Новосибирск. В свободное время Жиль любит танцевать линди хоп – самый веселый танец в мире, но с удовольствием позволит в России убедить себя в том, что есть и еще более веселые танцы. Любит карнавал, является большой поклонницей лошадей, а еще она обожает кататься под парусом на всем, что может иметь парус.

Алексей Натекин, информатик, Санкт-Петербург: «Анализ данных на светлой стороне силы»

Наука должна служить людям. Именно этим принципом руководствуется в своих исследованиях Алексей Натёкин – основатель Лаборатории анализа данных и аспирант сразу двух университетов: Санкт-Петербургжского государственного и Мюнхенского технического. Алексей специализируется на машинном обучении и анализе данных и ищет пути, чтобы сделать свои разработки максимально прикладными. Его интересы инициативность не ограничивается пределами лаборатории, Алексей участвует в различных благотворительных проектах, таких как, например, сбор денег на строительство школы в Непале. И об этом, среди прочего, пойдет речь в его выступлении на научном слэме. Алексей расскажет о том, как с помощью анализа данных можно сделать мир чуточку лучше, города умнее, медицину оперативнее. А еще зрители узнают о «темной стороне» применения этого научного метода, например, о спаммерах и «большом брате».

Тим Гайлус, медиа-исследователь, Берлин: «Маркетинговые игры – империя рекламы наносит ответный удар»

Однажды злые силы Рекламной Империи объединились для того, чтобы создать новый, коварный и эффективный рекламный формат. Этот формат должен был объединить в себе милое детское развлечение и беспощадную рекламу с целью воздействия на целевую аудиторию с самой слаборазвитой медиакомпетенцией – детей! Так возникли рекламные онлайн-игры. Как показывают исследования берлинского медиа-специалиста Тима Гайлуса, ничто не радует детишек так, как незамысловатая компьютерная игра, в которой они легко достигают успехов и подспудно усваивают для себя, что рекламируемый таким образом продукт вкусный, полезный и просто классный. Отличная мотивация потратить свои карманные деньги именно на него, а не на что-то другое. О том, как именно происходит воздействие через рекламные игры на целевую аудиторию и как с этим бороться, расскажет в своем слэме Тим. Его доклад уже принес ему победу на нескольких научных слэмах в Германии. А теперь он хочет попробовать свои силы на международном уровне.

Нариман Баттулин, генетик, г. Новосибирск: «Молоко вдвойне вкусней, если это ГМО»

О том, что ГМО может быть не только «грозой и ужасом» потребителей, но и приносить существенную пользу человечеству, знает Нариман Баттулин - кандидат биологических наук, научный сотрудник лаборатории генетики развития Института цитологии и генетики СО РАН, а еще большой любитель катания на сноуборде. Сам себя Нариман в шутку называет «большим специалистом по молоку». Его исследовательский проект посвящен возможностям получения новых медикаментов из молока животных, подвергнутых генным модификациям. Причем животные эти бывают весьма неожиданными. В своей лаборатории ему доводится иногда даже мышек подоить. Но удои у мышек, как известно, никакие, поэтому цели у проекта, конечно, более масштабные, например, разведение трансгенных козочек. Обо всех особенностях этого непростого процесса и его перспективах Нариман расскажет сам в своем слэме. кстати, в мае этого года Нариман уже становился победителем новосибирского слэма. Теперь дело за малым – защитить титул!

Йоханнес фон Борстель, медик из г. Марбург: «Сердечный бит, или крещендо ретростернальной пульсации»

Спорим, что вы еще не видели, как танцуют электрокардиограмму? Поэтому у вас есть еще один отличный повод побывать на научном слэме, на котором аспирант-медик из г. Марбург Йоханнес фон Борстель готов продемонстрировать этот уникальный танец. Да и не только это. Темой исследования Йоханнеса - разработка методов распознавания возникновения атеросклероза. И его интерес к этому заболеванию не случаен. Именно последствия атеросклероза являются причиной смертности №1 в развитых странах. В своем выступлении Йоханнес расскажет как о самом заболевании и его причинах, так и о том, чем оно грозит. А еще зрители получат мастер-класс, как вернуть к жизни человека при остановке сердца, и узнают, какое отношение к реанимации имеет творчество Bee Gees .

Еще раз напоминаем – Science Slam пройдет 28 ноября в ∆t-cafe CAMPUS. Начало в 18-00.

Материал предоставлен Фондом «Академгородок»

У каждой крупной IT-компании есть команда штатных футурологов, которая занимается предсказаниями на грядущее десятилетие. Футурология – прогнозирование будущего путем экстраполяции существующих технологических и экономических тенденций. Некоторые вещи, например, увеличение скорости передачи данных и их объемов вполне закономерны, а наращивание мощностей персональных компьютеров и мобильных устройств, появление телевизоров с возможностью выхода в интернет вообще предсказать было несложно любому человеку, пользующемуся благами цивилизации. Однако есть некоторые факты, которые десять лет назад всех ввели бы в замешательство.

Например, над тем, что телефоны когда-либо смогут заменить фотоаппараты, посмеялся бы любой обладатель «зеркалки». Тогда вообще не было никакой альтернативы цифровым фотокамерам, только с их помощью можно было получить снимки высокого разрешения и качества. Фотокамеры в мобильных телефонах были тогда на начальной стадии развития и не могли составить фотокамерам никакой конкуренции – на них можно было снимать разве что этикетки от понравившихся товаров, чтобы ни с чем их не перепутать в магазине. Стандартным разрешением камер в телефонах было 0,3 мегапикселя, в самых продвинутых моделях – 1,2 Мп. О качественных матрицах и оптике тогда никто не думал. Сейчас камеры в телефонах эволюционировали до такого уровня, что по качеству снимков практически не уступают цифрокомпактам. Безусловно, качественная фототехника еще долго будет востребована, но спрос на цифровые «мыльницы» уже крайне низок. Больше всего снимков теперь делается именно с помощью смартфонов, а некоторые обладатели айфонов вообще считают, что возможность выбора фильтра в специальных приложениях делает их настоящими фотографами. И ведь зачастую сейчас обывателю действительно трудно отличить фотографию с «зеркалки» среднего класса от айфонофото – то и другое выглядит одинаково, так зачем же носить с собой тяжелую камеру?

Никто и предположить не мог, вдобавок, что компания Apple станет получать большую часть доходов именно от продажи айфонов.

Apple долгое время выпускала исключительно компьютеры и ноутбуки и только в 2000-х начала расширять свой ассортимент товаров. В 2004 году, помимо компьютерной техники, Apple уже выпускала портативные плейеры iPod и запустила онлайновый магазин iTunes Store. Свой первый смартфон iPhone компания выпустила в 2007 году. Он быстро заработал популярность в Америке, затем последовала и мировая слава. На данный момент Apple получает большую часть доходов от продажи смартфонов. По последним данным, Apple занимает сейчас второе место в мире по поставкам смартфонов после южнокорейского гиганта Samsung. В далеком 2004 году подобный ход событий мало кому мог прийти в голову.

Сейчас уже никого не удивит тот факт, что планшетов стало продаваться больше, чем ноутбуков. Первая попытка создать нечто подобное тому, что мы сейчас называем планшетом, была предпринята еще в 1968 году исследовательским подразделением компании Xerox PARC. Был создан Dynabook, который так и остался в состоянии прототипа. Действительно популярными планшеты стали с выходом первого Apple iPad в 2009 году на iOS. За ними последовали многие компании и многие другие операционные системы. На данный момент рынок планшетов очень разнообразен – продается невероятное количество моделей разной мощности, с разными диагоналями экрана и разных по цене. Данный сегмент развивается очень стремительно, и, по данным многих розничных сетей электроники, уже в третьем квартале 2013 года продажи планшетов превысили продажи ноутбуков.

Для всех было бы шоком и то, что в 2014 году Internet Explorer даже не войдет в тройку самых популярных браузеров. Когда-то Microsoft Internet Explorer вообще не имел конкурентов среди используемых браузеров, но совсем не благодаря своим достоинствам, а в основном потому, что устанавливался вместе с Windows по умолчанию, и юзеру не нужно было совершать лишних действий. Сейчас же в среде неленивых интернет-пользователей лидирует браузер от поискового гиганта Google Chrome, а Internet Explorer в шутку называют программой для скачивания Chrome.

С Google все вообще намного интереснее. Десять лет назад «Корпорация Добра» воспринималась исключительно как поисковый гигант, мало кому могло прийти в голову, что компания позже создаст самую популярную мобильную операционную систему и будет заниматься разработками в самых разных сферах - от сети широкополосного доступа в интернет с помощью оптоволоконной связи Google Fiber, проекта беспроводного доступа в интернет с помощью воздушных шаров Loon и до робототехники. Одним из инициаторов активного развития роботов в Google был Энди Рубин – бывший глава Android-подразделения. Компания очень активно начала заниматься скупкой фирм, занимающихся роботами. Только за 2012 год таких было куплено восемь штук, начиная с разработчиков промышленных роботов и заканчивая компаниями, которые выполняли военные заказы и занимались созданием человекоподобных роботов. На данный момент Google принадлежат Boston Dynamics, Meka Robotics, Bot & Dolly, Holomni, SCHAFT Inc., Redwood Robotics, Industrial Perception Inc. и Autofuss. Google уже демонстрировал прототип автономного роботизированного автомобиля, и, скорее всего, у них еще очень много новых идей. Вот уж действительно самая разностороння компания в мире, наверняка футурологам очень сложно предугадывать их тактические шаги.

Еще одним вау-эффектом для человечества десять лет назад оказалось бы то, что самым популярным «телевидением» сейчас стал сайт YouTube.

На данный момент YouTube, ежедневная посещаемость которого составляет порядка 4 миллиардов человек, является самым известным и популярным видеосервисом в мире. По легенде, три бывших сотрудника PayPal, которые и стали отцами-основателями сервиса, собирались на вечеринку. В результате один из друзей заболел и не смог пойти, а два других очень хотели поделиться с ним видеоверсией происходящего вокруг. Так и пришла мысль создать сервис обмена видеороликами. Еще рассматривался вариант развития проекта в сервис видеознакомств, но от него вовремя отказались. Скорее всего, эта история так и останется легендой, но факт остается фактом – YouTube был создан в 2005 году и уже через год был успешно продан за 1,65 миллиарда долларов.

Никто также не мог предугадать невероятный успех ничем не выдающегося сервиса без системы монетизации и без стратегии развития. Необыкновенно популярный сейчас мобильный сервис обмена фотографиями Instagram образовался в 2010 году из другого сервиса под названием Burbn, который по своей сути являлся аналогом нынешнего Foursquare (Swarm). У этого сервиса нет какой-то особенной истории создания, однако известно, что занимались проектом изначально два человека, а к августу 2011 года команда разрослась до пяти энтузиастов. Сервис совершенствовался, но какого-то определенного плана действий на будущее у разработчиков не было, как и какой-либо системы монетизации. Появились хештеги, фильтры, и вышла версия для ОС Android (первоначально была только на iOS). Счастье пришло неожиданно: в 2012 году Facebook объявил о покупке Instagram за 1 миллиард долларов. За этим последовали некоторые изменения в рекламе, плотная интеграция с соцсетями и, соответственно, большие финансовые поступления. В 2013 году появилась возможность публикации видеороликов.

Отсюда же следует и еще одно «удивление десятилетия» – фотографии еды. С увеличением популярности Instagram появилась удивительная в своем роде мода выкладывать фотографии своих завтраков, обедов, ужинов и перекусов для всеобщего обозрения. Мода приняла массовый характер, и некоторые психологи приписывают пользователям, публикующим фотографии еды в соцсетях, психические расстройства. А еще появились хэштеги #незаинстаграмилнепоел и анекдоты, вроде этого:

– Мама, можно я уже покушаю?

– Погоди, видишь, у матери Instagram не грузит, выложу, потом поешь.

Таким узнаваемым персонажам быстро придумали обозначение «фудстаграмеры». После чего различные рестораны и кафе начали использовать фудстаграминг в коммерческих целях. Сфотографированная на айфон еда и выложенные в YouTube видео с посещениями кафе и ресторанов теперь служат отличной рекламой.

С социальными сетями вообще произошла сплошная неожиданность, и «детская» в том числе. Как все знают, первый сайт с миллиардом зарегистрированных пользователей был основан двадцатилетним студентом Марком Цукербергом и его соседями по комнате во время обучения в Гарвардском университете в 2004 году. Изначально сайт был создан для студентов Гарварда, позже был открыт доступ для всех учащихся, у которых есть почтовый ящик в домене .edu. По состоянию на июль 2014 года на Facebook зарегистрировано 1,32 миллиарда пользователей. В том же 2004-м был создан и проект «ВКонтакте», таким же двадцатилетним студентом из Ленинграда Павлом Дуровым. Десять лет назад никто не мог предугадать, во-первых, такой необычайный успех «интернета для общения», а во-вторых, того, что создателями такого продукта будут столь молодые люди. Налицо омоложение IT-индустрии.

И про краудфандинг. Еще десять лет назад никто не подозревал, что пользователи смогут сами финансировать разработку игр или нужных им гаджетов, не дожидаясь, пока это сделает кто-то другой.

История краудфандинга берет свое начало еще в далеком 1997 году, тогда поклонники британской группы Marillion организовали и провели интернет-кампанию по сбору средств для музыкального тура. В 2000 году откроется первая краудфандинговая платформа для артистов ArtistShare. На данный момент самыми популярными краудфандинговыми платформами являются IndieGoGo, основанная в 2008 году, и Kickstarter, появившаяся годом спустя. Они собирают средства на все, начиная с музыки и заканчивая играми. Тут любой желающий сам может финансировать понравившийся проект на приемлемую для него сумму и получить профинансированный товар в числе первых за более низкую цену.