Хирурги Новосибирского научно-исследовательского института патологии кровообращения им. акад. Е.Н. Мешалкина провели первую в России робот-ассистированную операцию на брюшной аорте. Единичные медицинские центры по всему миру располагают этой методикой.

Специалисты ННИИПК им. акад. Е.Н. Мешалкина освоили новую технологию лапароскопического (через небольшие проколы) аорто-бедренного шунтирования: обхода пораженного отдела аорты с помощью сосудистого протеза с использованием роботизированного хирургического комплекса da Vinci. Операция выполнена пациенту с хронической окклюзией бифуркации аорты (на уровне деления брюшной аорты на подвздошные артерии) и направлена на восстановление кровообращения в конечностях.

«Мы выполнили обходное шунтирование с помощью двухбраншевого протеза, по которому кровь из здорового отдела брюшной аорты, минуя окклюзированный отдел, попадает в бедренные артерии», — поясняет кандидат медицинских наук руководитель группы эндовидеохирургии ННИИПК Алексей Николаевич Архипов.

Операция проведена в рамках программы миниинвазивной и робот-ассистированной хирургии, развиваемой в ННИИПК с 2011 г. Эндоскопические методики позволяют хирургам минимизировать травму, нанесенную организму человека во время оперативного вмешательства, сократить количество осложнений во время операции, уменьшить кровопотерю и болевой синдром.

«К сожалению, малотравматичные эндоваскулярные технологии не всегда применимы и эффективны пациентам с поражением брюшной аорты нежели “открытое” хирургическое вмешательство. Большинство наших пациентов — люди старших возрастных групп, с большим количеством сопутствующих заболеваний, поэтому одна из задач — уменьшить объем операционной травмы. Операции с помощью лапароскопической системы da Vinci для таких пациентов являются приоритетными», — комментирует заведующий кардиохирургическим отделением сосудистой патологии и гибридных технологий ННИИПК Павел Владимирович Игнатенко.

По словам хирургов, ожирение и ряд сопутствующих патологий пациента при «открытой» операции привели бы к осложнениям в послеоперационном периоде. Миниинвазивная робот-ассистированная операция была наиболее оптимальным способом лечения.

«Тактика лечения пациентов с аневризмой аорты или хронической окклюзией определяется коллегиально, решение принимают на основании обсуждения показаний, противопоказаний, сопутствующих патологий. К выбору способа лечения каждого пациента специалисты подходят индивидуально. В арсенале хирургов “открытые”, эндоваскулярные и лапароскопические робот-ассистированные методы лечения данной категории больных. Мы выбираем наиболее оптимальный способ лечения конкретного пациента», — рассказывает Алексей Николаевич.

Робот-ассистированные операции в сердечно-сосудистой хирургии применяют в единичных кардиохирургических центрах мира, что связано с технологической сложностью вмешательства. Как правило, такие операции проводят в центрах с высоким уровнем технической оснащенности и большим опытом «открытой» хирургии. ННИИПК им. акад. Е.Н. Мешалкина — единственный в стране центр, развивающий технологию лапароскопических операций с помощью робота da Vinci в сосудистой хирургии.

«Хирурги ННИИПК единственные в России выполняют робот-ассистированные операции в сердечно-сосудистой хирургии. Специалисты Института освоили все направления кардиохирургических операций. Сегодня в программу миниинвазивной робот-ассистированной хирургии включена сосудистая хирургии. В не более пяти центрах по всему миру проводят такие операции. Самый большой опыт у профессора Петера Штадлера в Праге, обучение у которого проходили специалисты ННИИПК», — заключил Алексей Николаевич.

Дарья Семенюта

Еще в конце 1990-х профессор кафедры философии НГУ Владимир Фофанов озвучил свою концепцию «мещанского социализма». Суть ее сводилась к тому, что советские граждане не особо рвались проявлять социалистическую сознательность на казенных предприятиях, зато после работы с немалой долей усердия вкалывали ради своего маленького «мещанского» благополучия. Например, возделывали находящиеся в личном пользовании земельные участки. Социалистическая плановая экономика, как правило, эту неоформленную трудовую деятельность особо не учитывала (хотя во времена Хрущева с ней пытались бороться), но именно благодаря ей многие семьи в нашей стране обеспечивали собственную продуктовую безопасность (поскольку полностью отовариваться продуктами в магазинах или на рынках было очень накладно). Как мы знаем, на любую неблагоприятную тенденцию в отечественной экономике граждане оперативно реагировали увеличением посадок картофеля и овощей.

В наши дни эти подсобные хозяйства никуда не делись, хотя качественно несколько изменились. В большинстве случаев речь уже не идет о банальном выживании, а лишь об увеличении домашнего ассортимента плодоовощной продукции, которая до сих пор ценится выше покупной.

Отношение к домашним подсобным хозяйствам в наше время неоднозначное. С «прогрессивной» точки зрения это есть пережиток доиндустриального общества, а точнее – пережиток времен крепостничества. Считается, что в нормальной рыночной экономике ему места нет, поскольку массовое специализированное производство, оснащенное новейшей техникой, резко увеличивает доступность любой продукции. И в этом смысле тратить время и силы на обработку собственного участка совершенно неразумно. Гораздо разумнее, якобы, потратить это время на зарабатывание денег или же на отдых, на восстановление сил после трудового дня.

Сейчас данная точка зрения становится в нашей стране очень модной. Как-то, беседуя с одним девелопером, занимавшимся малоэтажным строительством, я поинтересовался, почему в проектах домов не предусмотрены погреба или какие-либо подсобные помещения, предназначенные для хранения овощей и заготовок. На что получил полупрезрительный ответ:

"Мы создаем современный поселок, а все эти погреба с заготовками – вчерашний день. Сейчас всё можно купить в магазине. Поэтому ни один нормальный человек заниматься такой ерундой не станет».

Судя по ответу, этот девелопер считал себя очень современным человеком и искренне верил в то, что социально-экономический и технический прогресс начисто убьет подсобное хозяйство. А кто думает иначе, то тот, мол, просто отстал от жизни.

В данном случае мы вынуждены разочаровать отечественных прогрессистов, поскольку исторические тенденции нисколько не соответствуют их прогнозам. Да, в советские времена люди вкалывали на своих земельных участках большей частью ради элементарного выживания. Но в то же время параллельно формировалась «дачная агрокультура», носителями которой выступали достаточно интеллигентные и образованные горожане. Здесь уже речь шла не о выживании, а о своеобразном творчестве, направленном на создание более высокого качества жизни. «Продвинутый» дачник, образно говоря, создавал на шести сотках свой маленький «райский уголок», вкладывая в это дело свою душу и знания. И без этих «райских уголков» жизнь горожанина совершенно тускнела.

Важно отметить, что люди занимаются не только выращиванием ягод и овощей. Они возводят на своих участках дома, создают элементы благоустройства, систему полива, строят теплицы, бани, сауны, бассейны. Как бы мы к этому ни относились, но это тоже система занятости, направленная на появление вполне конкретных материальных благ, возникающих помимо поточного производства. Можно ли назвать подобную трудовую деятельность досадным пережитком прошлого?

Дело в том, что та же тенденция давно уже отмечается в развитых странах Запада. И это – несмотря на эффективное массовое производство и отлаженные рыночные механизмы. Как указывал Элвин Тоффлер, принцип «сделай сам» является нарастающей и вполне закономерной тенденцией, с которой американский футуролог связывал общество будущего.

Иначе говоря, наши прогрессисты поторопились отменить людскую самодеятельность. На самом деле, следуя утверждениям Тоффлера, вера в абсолютное господство массового производства, ориентированного на продажу, – это и есть самый настоящий предрассудок индустриальной эпохи, клонящейся к закату.

Тоффлер различает эти две сферы деятельности. Он условно выделяет сектор А, связанный с работой человека исключительно «для себя», и сектор Б, связанный с работой исключительно на продажу. Оба сектора существовали во все обозримые эпохи. Менялись лишь их пропорции. Так, в доиндустриальную эпоху господствовал сектор А, тогда как сектор Б был представлен незначительно. После промышленной революции ситуация поменялась зеркально. То есть сектор Б вышел на первый план, фактически загнав сектор А в тень, сделав его «невидимым». Во всяком случае, экономисты просто перестали замечать и учитывать в жизни людей работу «для себя», полагая, что со временем она исчезнет окончательно. Но не тут-то было. С конца XX века сектор А начинает заявлять о себе всё сильнее и сильнее. И наша страна с ее «дачной агрокультурой» четко вписывается в тот же тренд.

В свете сказанного, кстати, в ином свете выглядят досужие суждения о так называемой «русской лени». Мол, наши граждане, не усвоив протестантской этики, не горят желанием отдавать все силы на производстве. Однако никто не учитывает, сколько сил, энергии, знаний и фантазии они вкладывают в обустройство своих участков, сколько времени после основной работы они тратят на создание своих «райских уголков». Достаточно проехаться по садовым и дачным обществам, чтобы убедиться в этом. Разве не впечатляет хотя бы тот факт, что силами любителей-дачников у нас осуществляется самая настоящая интродукция нетрадиционных для суровых климатических условий культур.

Новосибирские любители выращивают на своих участках виноград, сливы, абрикосы и даже персики – культуры, которые в близлежащих академических институтах пока еще не исследуют научно! Но ведь кто-то на своих дачах собирает немалые урожаи того же самого винограда европейских сортов. Иной раз речь идет о центнерах!

Мы называем это любительством, хотя по сути своей речь идет об опытных участках, где аккумулируются серьезные знания о конкретных растениях, осуществляются постоянные фенотипические наблюдения!

В нашем случае принципиально важно то, что точно такие же упреки относительно «лени» (о чем пишет Тоффлер) с определенных пор стали адресовать европейцам (англичанам и немцам), не замечая элементарного охлаждения людей к поточной работе на фабрике или в офисе, и параллельного усиления творческого энтузиазма применительно к работе «для себя». Та же тенденция начинает просматриваться и у китайских рабочих. Индустриализм подсознательно воспринимается человеком как нечто чуждое, нечто «адское» по своей сути. И не удивительно, что он пытается противопоставить ему свой «райский уголок». Это можно рассматривать как необратимую историческую тенденцию.

Самодеятельное создание какого-либо продукта становится делом всё более и более увлекательным, переключая на себя внимание современного человека. Причем, этому в немалой степени начали способствовать новые технологии, превратившие такой труд в развивающее творчество и интересную игру. К примеру, самостоятельное обустройство собственного дома и земельного участка уже не выглядит тяжелой отупляющей рутиной. Человек начинает раскрывать свою фантазию, свой вкус, воплощать свои маленькие мечты, усваивая для этой цели необходимые знания и приобретая некоторые навыки, которые раньше числились исключительно за профессионалами. То же самое касается выращивания на своем участке различных растений, в том числе ягод и овощей. Современный «продвинутый» дачник нисколько не напоминает крепостного крестьянина. В своей работе «для себя» он уже в состоянии состязаться с профессионалом. Благо, с каждым годом (в основном – благодаря Интернету), он может добыть  по интересующему предмету любую информацию и даже заочно, в режиме онлайн, получить настоящий мастер-класс.

В каком-то смысле возрождение сектора А есть некое воспроизведение диалектического витка на более высоком, так сказать, уровне. Здесь типичная гегелевская триада: тезис (доиндустриальная эпоха, когда сектор А доминировал), антитезис (сектор А начинает отрицаться и вытесняться сектором Б) и, наконец, синтез, когда этот сектор возрождается на новой основе, не вступая в противоречие с сектором Б, а образуя с ним гармонию. Специально отмечу, что речь совсем не идет об отходе назад. В будущей эпохе эти сектора уже не будут находиться в состоянии вражды и противодействия. Скорее всего, рынок и поточное производство начнут содействовать развитию производственной самодеятельности. К примеру, «продвинутый» дачник будет приобретать различные «умные» приспособления для своего сада: систему автоматизации полива, различные датчики и индикаторы, конструктивные элементы для теплиц, систему подогрева почвы в теплицах, солнечные батареи, ветряки, а также различные компьютерные программы для полной автоматизации всех процессов. Примеров таких можно привести огромное множество – вплоть до домашней микро-фабрики, способной разместиться в маленькой комнате и даже на кухонном столе.

Иными словами, личное подсобное хозяйство станет «умным» и наукоемким. И понятное дело, что в этих условиях роль науки не только не уменьшится, но многократно возрастет. А общение с учеными-специалистами станет нормой для простого человека. И сама наука станет тогда подлинно «народной».

Олег Носков

У ученых Сибири и Беларуси связи давние и прочные. Сибирь в равной степени осваивалась и русскими, и украинцами, и белорусами, а в число основателей Сибирского отделения Российской Академии наук (СО РАН) входит, например, академик Андрей Трофимук – уроженец Беларуси, первооткрыватель башкирской нефти и нефтегазовых месторождений Западной Сибири. Другой белорус – академик Валентин Коптюг – руководил Сибирским отделением РАН с 1980-го года на протяжении 17 лет, в переломную эпоху.

Сотрудничество сибирских и белорусских исследователей продолжается и в наши дни. Академик, вице-президент РАН, председатель Сибирского отделения РАН, иностранный член Национальной академии наук Беларуси Александр Асеев рассказал о самых важных совместных разработках. Вот некоторые из них.

1. “Оптическая спектроскопия и электронная структура наноструктур Ge/Si с молекулами из квантовых точек Ge”

Научные коллективы: “Научно-практический центр Национальной академии наук Беларуси по материаловедению” и Институт физики полупроводников им. А.В. Ржанова СО РАН

Комментарий Александра Асеева: Если говорить грубо, “квантовые точки” – это искусственные атомы. Всем известно, что все вокруг нас состоит из атомов, но число их ограничено периодической системой Менделеева (если вместе с трансурановыми элементами, то за сотню). Искусственные атомы можно создавать с любыми энергетическими уровнями, любыми спектрами, они обладают совершенно особыми свойствами. Работа получила премию им. Валентина Коптюга в 2016 году – этой наградой отмечаются российско-белорусские исследования.

2. Базовые лидарные комплексы

Научные коллективы: Институт физики НАНБ и ИОА СО РАН.

Комментарий Александра Асеева: Работа, которой мы гордимся. Лидарный комплекс - это такая система, которая генерирует лазерный луч в атмосферу на много километров в высоту и регистрирует отклик атмосферы на это оптическое облучение. С помощью комплекса можно получать метеорологические данные, изучать давление на разных высотах, скорости потоков, но самое главное – состав атмосферы и содержание в ней разных примесей. Подобные станции есть и в Минске, и в Томске.

3. Нанокомпозитные пеноматериалы для водородной энергетики

Научные коллективы: Институт катилиза им. Борескова СО РАН, Институт теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН, Институт порошковой металлургии НАН Беларуси.

Комментарий Александра Асеева: У водородной энергетики, на которую, в принципе, могут быть переведены в будущем автомобили, есть, прежде всего, проблема безопасности. Как хранить водородное топливо – ведь оно легко взрывается? Институт катализа и Институт теплофизики вместе с Институтом порошковой металлургии НАНБ изобрели такой пеноматериал, который довольно безопасно позволяет хранить большие количества водорода.

4. Нитротриазолы – синтез и применение

Научные коллективы: Институт проблем химико-энергетических технологий СО РАН, НИИ Физико-химических проблем БГУ и Институт общей и неорганической химии НАН Беларуси.

Комментарий Александра Асеева: У этой работы очень большое количество применений. Это не только ракетное топливо или взрывчатка. Нитротриазолы применяются и в пиротехнике, и в газогенераторах, и для защиты металлов от коррозии, и в медицине.

5. Синтетические трансформации высших терпеноидов для создания перспективных лекарственных препаратов

Научные коллективы: Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова СО РАН, Институт биоорганической химии НАНБ.

Комментарий Александра Асеева: Терпеноиды – это химические вещества, которые выделяются из обычной березы. Природные препараты для лечения самых разных заболеваний – воспалительных и аутоимунных.

6. Методы построения интеллектуальной инструментальной среды для поддержки принятия решений при определении стратегии развития энергетики России и Беларуси с позиций энергетической безопасности

Научные коллективы: Интеграционный проект ИСЭМ СО РАН и Института энергетики НАНБ.

Комментарий Александра Асеева: Важная работа, посвященная изучению стабильности и безопасности энергетических систем – механизмам построения решений при эксплуатации больших энергетических систем. Эта работа практически используется; разработан и апробирован прототип интеллектуальной среды и технологии поддержки принятия решений при развитии энергетических систем с учетом требований безопасности.

7. Проект фундаментальных исследований НАН Беларуси и СО РАН "Механизмы формирования и наследования устойчивости к биотическим и абиотическим стрессам у мягкой пшеницы"

Научные коллективы: Институт цитологии и генетики СО РАН и Институт генетики и цитологии НАНБ.

Комментарий Александра Асеева: Не секрет, что у нас климат неустойчивый, высокорисковый для земледелия. Наш институт – вместе с белорусским – успешно работает над гибридизацией пшеницы с тем, чтобы она была устойчива ко внешним стрессам, неблагоприятным погодным условиям, а также разного рода заболеваниям. 

По материалам организованного Постоянным Комитетом пресс-тура для представителей российских, белорусских и союзных СМИ "Новосибирский Академгородок – территория опережающего развития".

Алексей Архипов

Продолжаем анонсировать инновационные решения, которые будут представлены на форуме «Инновационная энергетика». Вчера мы рассказывали вам об оборудовании, позволяющем использовать солнечную энергию в бытовых нуждах. А сегодня предлагаем познакомиться с перспективным направлением исследований в области биоэнергетики.

Еще в августе, во время проведения «Дня поля», внимание ученых неожиданно привлекала одна интересная тема, напрямую никак не связанная с продовольственной безопасностью, но в то же время актуальная для экономики региона (а может быть, и экономики страны). Речь зашла о хозяйственном использовании в наших краях такой технической культуры, как мискантус. Точнее, мискантус сам попался на глаза представителям научной делегации. Он  густо рос на опытных участках Сибирского научного-исследовательского института растениеводства и селекции (СибНИИРС), неподалеку от картофельных делянок. Руководство Института, ввиду актуальности указанной темы, не преминуло воспользоваться случаем, чтобы познакомить иногородних гостей с этой удивительной культурой.

Мискантус привлекателен тем, что является богатым источником целлюлозы – «хлеба» химической промышленности. Собственно, именно такое значение ему придают специалисты Института цитологии и генетики СО РАН, занимающиеся изучением данного растения. Мысль очень дерзкая – освоить культуру мискантуса в наших условиях, сделать ее сырьем для химических предприятий. Предложение нестандартное, но довольно заманчивое, не так ли?

Давайте признаемся честно: Новосибирскую область вряд ли можно увязать с высокопродуктивным сельских хозяйством. Во всяком случае, это прямо касается хлеба. Здесь тягаться с нашим южным соседом – Алтайским краем – занятие не очень перспективное. Почему бы тогда не пойти таким вот нестандартным путем? Может, именно так наш регион зарекомендует себя с наилучшей стороны: в полях – мискантус, в городе – предприятия по производству и переработке целлюлозы (которая, заметим, стоит намного дороже муки!). А еще, скорее всего, понадобятся машиностроительные заводы, способные делать спецтехнику для уборки того же мискантуса. А также – поставщики специального оборудования для перерабатывающих предприятий. На круг выходит достаточно много игроков разного профиля. Такое сельское хозяйство наилучшим образом подходит именно Новосибирску, давно зарекомендовавшему себя в роли большой промышленной площадки.

В настоящее время в ИЦиГ СО РАН разрабатываются как минимум три технологии, связанные с переработкой биомассы мискантуса. Первое направление – это получение биоэтанола для моторного топлива. Данное направление, кстати, постепенно превращается в «технологический мейнстрим». Не только у нас, но и за рубежом ведется активный поиск технологий, связанных с получением этанола из непищевого растительного сырья (даже из соломы). Наши разработчики уверены, что предложенная ими технология получения биотоплива на основе биомассы мискантуса по себестоимости будет вполне конкурентной с существующими технологиями нефтехимической промышленности.

Второе направление – получение молочной кислоты для производства биоразлагаемых пластиков. И третье направление – получение целлюлозы для производства волокон.

Чтобы снять возможные скептические отклики на подобные предложения, сразу отметим, что культуру мискантуса примерно с теми же целями уже вовсю осваивают в развитых странах, где она дает неплохие урожаи. В наших сибирских краях это растение также чувствуется себя очень даже неплохо. По словам сотрудников ИЦиГ СО РАН, на третий год послед посадки плантация мискантуса представляет собой сплошные заросли растений высотой с человеческий рост – до 2,5 метров. Густота стояния оценивается на уровне 140-150 стеблей на один кв. метр. В последующие годы плотность стеблей стабилизируется на уровне 200-220 стеблей на «квадрат». На глубине до 20 см корневища образуют сплошную сеть. При этом урожайность сухой массы составляет 10-15 тонн на гектар.

Очень важно отметить еще один момент. Среднегодовой прирост биомассы мискантуса намного выше, чем средний прирост древесины в российских лесах. Если сравнить с конкретными деревьями, то осина ежегодно прирастает на 2,7 тонн на гектар, береза – на 3,4 тонны, сосна – на 3,6 тонн. Мискантус дает ежегодный прирост до 9,3 тонн на гектар! В наших условиях это поистине «фантастический» показатель, особенно учитывая то обстоятельство, что биомасса мискантуса примерно на 70% состоит из целлюлозы.

В принципе, даже не вдаваясь в сложные технологии переработки биомассы, она вполне пригодна для изготовления очень востребованного твердого топлива. И в этом качестве может запросто использоваться как для отопления индивидуальных домов, так и в объектах малой энергетики.

Напомним, что многие дома в нашем регионе привычно отапливаются дровами и углем. Чаще всего – и углем, и дровами. Что касается дров, то вырубку леса с этой целью иначе как варварством, назвать нельзя. Что касается угля, который используют наши «частники», то иной раз он настолько плохого качества, что после сжигания чуть ли не наполовину превращается в перемешанный с землей шлак, горами накапливаясь на приусадебных участках. В этом случае легкие пеллеты из мискантуса оказались бы для людей достойной заменой дровам и углю.  

Кстати, не так давно в Комитете по энергетике мэрии Новосибирска рассматривали возможность использования твердого топлива на основе растительного сырья для небольших котельных. В этой связи даже изучался опыт скандинавских стран, где для этих целей специально высаживается ивняк (и даже разработана спецтехника для срезания веток). У нас подобные предложения всё еще вызывают ухмылку. Причину понять не сложно – Россия по сию пору позиционирует себя в образе «энергетической державы», опирающейся на запасы природного топлива. И на этом фоне альтернативная энергетика воспринимается как что-то совершенно несерьезное. Не удивительно, что прогресс в энергетике мы по сию пору связываем с газификацией поселений, тогда как в преддверии Шестого технологического уклада привычные для нас газопроводы – вчерашний день. Развитые страны уже делают шаг в альтернативную энергетику, развивая, в том числе, и возобновляемые биоресурсы.

Таким образом, разработки наших ученых в очередной раз на целый шаг опережают решения наших политиков. В этой связи необходимо сделать так, чтобы данная тема получила массовое освещение и публичное обсуждение. Заинтересованных сторон в этом деле может оказаться гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Олег Носков

«Скиапарелли» разбился при посадке на Марс, однако проект «Экзомарс» на этом не заканчивается — на орбите планеты находится в целости и сохранности аппарат TGO, который будет изучать атмосферу Марса. Когда аппарат начнет научные наблюдения и что ученые планируют узнать?

Долгожданная посадка модуля «Скиапарелли» 19 октября оказалась не такой мягкой, как ожидалось. Отделился от орбитального модуля и вошел в атмосферу аппарат успешно, а вот дальше двигатели, которые должны были затормозить «Скиапарелли» при посадке, не сработали из-за зависания программы, и он упал с высоты 2-4 километров, разбившись о поверхность на скорости 300 км/ч. Тем не менее речи о том, что запуск марсохода, который планируется отправить на Марс в 2020 году в рамках второй части проекта «Экзомарс», будет отменен или отложен из-за неудачной посадки «Скиапарелли», нет.

«Основной целью модуля была отработка технологии. Поэтому он передавал данные прямо во время посадки, документируя все, что с ним происходит. Это очень ценная информация для разработки новых спускаемых модулей. Так что его падение неприятно, но проект продолжается, и большого влияния эпизод со «Скиапарелли» на него не окажет», — рассказал Александр Трохимовский, главный специалист лаборатории экспериментальной спектроскопии отдела физики планет и малых тел Солнечной системы Института космических исследований.

На орбите все в порядке

Проект «Экзомарс-2016» состоял из двух частей — «Скиапарелли» и орбитального модуля TGO (Trace Gas Orbiter). Планируется, что TGO послужит ретранслятором для будущего марсохода. Также у TGO есть научная программа. Основное его назначение — исследование газов, содержащихся в атмосфере Марса.

«В тот самый момент, когда «Скиапарелли» садился, TGO выходил на орбиту. Его сигнал на российской станции в Медвежьих Озерах приняли одновременно с коллегами на европейских станциях. Сейчас мы готовимся к работе: ученым выделили 10-дневный интервал в конце ноября для калибровки инструментов, тестов, наблюдений Марса. Правда, выдающихся научных результатов пока не будет: промежуточная орбита не позволяет проводить так называемые затменные эксперименты, дающие крайне точные измерения. Регулярные научные наблюдения, скорее всего, можно будет начать к концу следующего года», — рассказал Трохимовский.

На TGO установлены два российских прибора — ACS и FREND. ACS предназначен для измерения концентраций десятков газов в атмосфере Марса.

«Некоторые из них в атмосфере Марса еще никогда не находили, содержание других было измерено с низкой точностью. А так как аппаратура на два порядка чувствительнее, чем предыдущие аналоги, то по каждому пункту из списка газов мы ждем результатов», — отметил ученый.

Метан интригует

Один из самых упоминаемых газов из этого списка — метан. На Земле 90-95% метана образуется в результате деятельности живых организмов, небольшая часть вырабатывается в геологических процессах. Обнаружение этого газа на Марсе могло бы свидетельствовать о прошлой или настоящей геологической, а может быть, даже биологической активности на планете, хотя есть теории, согласно которым газ на Марсе образуется в пылевых смерчах.

Впервые метан обнаружили на Марсе в районе Южного полюса планеты в 1969 году по данным спектрометра зонда «Маринер-7». Тогда ученые, заявившие об открытии, отозвали статью через месяц, когда стало понятно, что за метан могла быть принята замерзшая углекислота. Затем, в 2003 и 2004 годах, метан в атмосфере красной планеты снова обнаружили с помощью наземных телескопов и орбитальных марсианских зондов.

«Все эти измерения были на пределе, с допущениями и большой погрешностью. За последующие лет 10 появлялись новые данные и работы, однако публиковались все меньшие и меньшие значения концентрации метана. Но с точки зрения химии, насколько мы ее сейчас себе представляем, содержание этого газа в атмосфере не может так быстро падать. Поэтому мы в своих результатах и заключениях будем стремиться к максимальной прозрачности, чтобы ни у кого не было возможности заподозрить подкручивание результатов», — сказал исследователь.

Оазисы по-марсиански

Второй российский прибор, установленный на TGO, FREND — это «нейтронный телескоп», который позволит искать воду в марсианском грунте на глубине до метра с точностью 20-30 километров. С помощью аналогичного прибора был найден лед на полюсах Луны.

Особенно интересны для исследователей те области, в которых, если на Марсе все-таки есть метан, найдется и метан, и вода, так как именно в таких «оазисах» вероятнее всего обнаружить жизнь.

«Мне лично кажется, что жизнь на Марсе могла зародиться в прошлом, если действительно, как утверждает главенствующая сейчас теория, раньше условия на нем были более теплыми, влажными и комфортными для жизни. Сейчас на поверхности ее точно нет, а вот в микроорганизмы где-то в глубине марсианской почвы я еще готов поверить», — заключил Трохимовский.

Организаторы форума «Инновационная энергетика», который пройдет в Академгродке 10-11 ноября, не раз подчеркивали, что на нем будут представлены, прежде всего, готовые технологические решения и разработки. Более того, некоторые из них были представлены прессе накануне форума, когда руководство департамента промышленности, инноваций и предпринимательства мэрии Новосибирска и журналистов пригласили на экскурсию в научно-производственную фирму «Энергия». Гендиректор «Энергии» Владимир Фомичев на предстоящем Форуме выступит одним из модераторов секции «Малая распределенная энергетика». А предприятие, которое он возглавляет, является поставщиком решений в области альтернативной энергетики с 2001 года. Солнечные коллекторы, ветрогенераторы, солнечные модули, инверторы – неполный перечень оборудования, которое они продают и устанавливают более чем в 50-ти городах России от Калининграда на западе до Камчатского полуострова на востоке.

А офис «Энергии», куда пригласили журналистов, одновременно является и демонстрационной площадкой, поскольку практически полностью обеспечивается теплом и электричеством за счет того самого оборудования. Собственно и целью пресс-тура было рассказать о том, какие продукты и решения сегодня доступны новосибирскому пользователю и как они работают.

Важным фактором при выборе типа возобновляемого источника энергии (так принято называть комплекс технологий «зеленой энергетики») являются природные особенности региона. Так, по словам Владимира Фомичева, использовать ветрогенераторы в Новосибирске малоэффективно: средняя скорость ветра в городе составляет 3,5 м/сек, а необходимо не ниже 5 м/сек. Зато для солнечной энергетики перспективы более широкие – по данным синоптиков, в нашем городе солнечных дней 298 в году. К тому же современное оборудование (речь о котором ниже) может работать и в пасмурную погоду. Более того, у нас в городе уже есть дома, в которых такие технологии используются довольно широко. Ниже расскажем подробнее о некоторых из них.

Когда говорят о солнечной энергетике, первыми на ум приходят широко известные солнечные фотоэлектрические модули. Такие системы могут быть использованы как основной источник бытового электричества, там, где нет городской сети, так и в качестве вторичного источника энергии для обеспечения большей автономии в системах бесперебойного питания.

Принцип действия фотоэлектрических панелей состоит в прямом преобразовании солнечного света в электрический ток. При этом генерируется постоянный ток. Энергия может использоваться как напрямую различными нагрузками постоянного тока, так и запасаться в аккумуляторных батареях для последующего использования или покрытия пиковой нагрузки, а также преобразовываться в переменный ток напряжением 220 В для питания различной нагрузки переменного тока.

Для того, чтобы обеспечить автономное питание жилого дома с выходом переменного тока, помимо панелей потребуется еще контроллер заряда аккумуляторной батареи, который предотвращает губительный для батареи глубокий разряд и перезаряд; батареи аккумуляторов (АБ); инвертор, преобразующий постоянный ток в переменный.

Но помимо электричества, солнечная энергия может обеспечить дом теплом и горячей водой – благодаря другой интересной разработке: солнечному вакуумному коллектору. Он состоит из стеклянных вакуумных трубок, преобразующих поток солнечного излучения в тепловую энергию, где осуществляется первичная передача полученного тепла в накопительный резервуар через циркулирующий в системе теплоноситель (незамерзающая жидкость).

Количество энергии, собранной с помощью любого коллектора, варьируется в зависимости от места установки, длины светового дня и погодных условий: ясно или облачно, наличие осадков. Но в среднем, по данным сотрудников НПФ «Энергия», одной трубки коллектора в условиях Новосибирска хватает для отопления 1 м² помещения.

Далее, в зависимости от типа солнечного коллектора, энергия солнца, преобразованная в тепло, используется непосредственно для нагрева воды или для нагрева теплоносителя, принудительно циркулирующего в медных трубках. В качестве теплоносителя может выступать вода или незамерзающая жидкость (антифриз).

Еще раз отметим, что все это оборудование уже работает у целого ряда клиентов «Энергии», оно установлено на турбазах Алтая, в коттеджах Новосибирска и даже на ряде сельскохозяйственных предприятий. Но пока широкого распространения эти технологии не получили. И тому есть ряд причин, как объективных, так и не очень.

Прежде всего, это причины экономические: солнечная энергия лишь в последние годы стала по стоимости получения приближаться к полученной из традиционных энергоносителей. И до сих пор, в случае наличия под боком централизованных магистралей, выгодность ее использования, мягко говоря, спорная. А вот если речь идет об относительно небольшом и удаленном объекте (коттеджный поселок, турбаза, комплекс новостроек на окраине города), куда линии электропередач и тепломагистраль надо прокладывать (а стоит это немало), то привлекательность альтернативной энергетики резко возрастает.

Другой комплекс причин можно назвать законодательно-техническими. На сегодня в нашей стране нет до конца разработанных нормативов и стандартов для широкого внедрения такого оборудования. Вплоть до того, что электросчетчики старого образца (которыми оборудовано большинство квартир и офисных помещений) не способны корректно разделять энергию, полученную из общей электросети, и автономных источников. А сами здания часто плохо приспособлены для установки солнечных коллекторов и фотоэлектрических панелей.

А ведь есть еще и психологические барьеры, неизбежно возникающие на пути практически любой новой технологии. В результате, для нас эти решения пока проходят по разряду «технических диковин», а вот в Германии или Китае уже не редкость, когда их закладывают в дома уже на стадии строительства.

Возможно, некоторые изменения в ситуацию сможет внести предстоящий форум, на котором организаторы намерены не просто продемонстрировать это оборудование, но и провести переговоры с управляющими компаниями и ТСЖ на предмет его использования в многоквартирных жилых домах (там, где это оправдано экономически и есть соответствующие технические возможности).

Георгий Батухтин

Объем видимой науки, ее формализованных знаний растет с той же скоростью, которая заставляет нас сомневаться в возможностях контроля качества. Отчаянная погоня ученых за высокими рейтингами неизбежно провоцирует разнообразные нарушения академических практик — как самими исследователями, так и учреждениями. Влияние результатов научных работ на мировые рынки определяет распространение наукообразного лоббизма и искажает научные знания.

По словам выступающих, академическое сообщество должно сделать усилие, направленное на борьбу с индустриализированным мошенничеством, с бесконтрольным распространением «мусорных» журналов, которые в огромных количествах публикуют статьи в погоне за выгодой, а не за качеством. В противном случае есть риск дискредитации самих себя.

– Во многих странах ученых обвиняют в том, что они бездельничают или делают проекты, не приносящие денег государству, либо просто занимаются наукоподобной деятельностью. Такая утрата доверия к научному знанию подрывает весь устой общества, – утверждает руководитель направления решений для научно-исследовательской деятельности Elsevier S&T кандидат химических наук Алексей Валериевич Лутай.

В первую очередь нужно понимать правила. Например, существуют индексы цитирования, а Scopus — это самая обширная база мировой науки, которая выдерживает стандарты по отбору изданий. Поэтому любой достойный журнал имеет все шансы попасть туда и быть индексированным. Сейчас в его базе находятся 18 тысяч научных изданий.

Чтобы в конечном итоге попасть, допустим, в Scopus, существует множество инструментов научной коммуникации. Буквально в прошлом году Утрехтский университет в Нидерландах попросил прислать информацию о тех современных средствах, которые используют ученые на практике. Затем результаты разделили на шесть групп: инструменты для поиска информации, для работы, например, со статистическими данными, для написания и подготовки статей, для публикации, для распространения или самопиара и, наконец, для оценки популярности – эффекта, который статья производит. В итоге список составил сто один инструмент. После этого исследователи провели большой международный опрос о том, какие сервисы авторы применяют.

– С моей точки зрения, показательно, что многие из этих названий нам в принципе неизвестны. Но если вы их нашли, то попадаете в струю, стоите на одной волне с западными коллегами, которые всё чаще используют такие инструменты, — рассказывает консультант по ключевым информационным решениям Elsevier S&T кандидат экономических наук Андрей Петрович Локтев.

По словам спикеров, для того чтобы создать успешную и цитируемую публикацию, необходимо, во-первых, уделить достаточно времени и усилий подготовке качественного списка источников, во-вторых, оценить возможность визуализации результатов в выбранном журнале, затем поработать над поисковой оптимизацией — ключевыми словами.

После публикации эксперты рекомендуют использовать средства для продвижения статей, например социальные сети для ученых.

Организаторами семинара выступили Министерство образования и науки РФ, Российская

академия наук, оператор — Национальный фонд подготовки кадров.

На днях стало известно, что Министерство финансов не согласовало предложение Минобороны о выделении дополнительных десяти триллионов рублей на государственную программу вооружения (ГПВ) на период 2018-2025 годов. Так, в Министерстве обороны считают, что на указанную программу вооружений необходимо выделить порядка 22 трлн рублей, в то время как глава Минфина предлагает ограничить сумму до 12 трлн рублей. Минфин мотивирует свое решение тем, что в нынешних экономических реалиях бюджет просто не выдержит такой большой нагрузки. Кроме того, обращается внимание на то, что резкий рост оборонных расходов негативно отразится на реализации других программ, в том числе социальных. 

Напомним, что принятая ранее государственная программа вооружений, рассчитанная до 2020 года, ставила своей целью доведение доли современных вооружений в российской армии до 70 процентов. Именно на этом показателе настаивает руководство Минобороны, запрашивая означенную сумму.

Что касается государственной программы вооружений 2018-2025 годов, то она должна была вступить в силу в 2016 году. Однако президент Владимир Путин перенес ее принятие из-за нестабильной экономической ситуации. Теперь он поручил до конца 2016 года завершить обобщение предложений. Проект для утверждения должны предоставить президенту не позднее 1 июля 2017 года.

Мы не случайно коснулись вопроса финансирования госпрограммы вооружений. Дело в том, что тема государственной поддержки предприятий ВПК была затронута в ходе недавнего  «круглого стола» в ТАСС (Новосибирск), посвященного ситуации в машиностроительной отрасли Новосибирска. Поскольку основными докладчиками на этом мероприятии были руководители известных в городе оборонных заводов («Новосибирский завод имени Коминтерна», АО «Швабе – Оборона и Защита»,  АО НИИЭП, ОАО «Катод» и другие), то тема развития ВПК как раз и вышла на первый план.

В этой связи очень показательным было выступление генерального директора АО «НИИ измерительных приборов – Новосибирского завода имени Коминтерна» Павла Заболотного. Завод занимается выпуском РЛС для систем ПВО «Бук» и С-400. На очереди – создание более совершенной системы С-500. По словам руководителя завода, на сегодняшний день они имеют довольно серьезный заказ по линии Минобороны. Кроме того, есть еще экспортные заказы в рамках межгосударственных соглашений. В структуре портфеля госзаказы составляют, по его словам, 50 процентов. И на сегодня, – говорит Павел Заболотный, – практически все мощности предприятия перепрофилированы и перенастроены на продукцию военного назначения.

Как выяснилось, на сегодняшний день оборонный заказ играет существенную роль и в работе других предприятий новосибирского ВПК. Так, ОАО «Катод» также переключился на выпуск военной продукции в рамках оборонного заказа, объемы которой уже составляют порядка 80 процентов.

Хорошо это или плохо, что наше государство направляет в оборонку такие суммы? Однозначно, как ни странно, ответить на этот вопрос невозможно, поскольку государственная забота и внимание не является безусловно благоприятным, а тем более – постоянно действующим фактором. Судя по выступлениям руководителей предприятий, оборонный заказ не воспринимается ими как панацея и как единственный источник заработка. В этой связи ими не прекращаются работы по созданию чисто гражданской продукции.

В частности, «завод Коминтерна», по словам генерального директора, в части гражданской продукции работает сразу по четырем направлениям. Первое направление связано с радиолокационными системами для аэродромов гражданского назначения, включая и малую авиацию. Как утверждает Павел Заболотный, на рубеже 2018-2019 годов – когда по некоторым предположением возможно снижение оборонного заказа – предприятие будет уже активно работать с гражданской продукцией «как минимум двойного назначения». Помимо этого, завод ведет тематику робототехники, куда входит (в том числе) создание беспилотных аппаратов – летательных, надземных, подводных.

«Это очень перспективная тема, которая так или иначе связана с локацией, поскольку без невидимых «глаз и ушей» управлять беспилотниками невозможно. Этим занимается наш научный блок», – пояснил Павел Заболотный.

Еще одна тема, в определенной степени связанная с темой беспилотников – это тема датчиков. Речь идет о датчиках любого типа – начиная от измерений температуры и давления. Уже сегодня предприятие по многочисленным заказам серийно выпускает образцы подобной техники – более двух тысяч штук в год.

Наконец, есть еще одно направление – это выпуск медицинской техники. Сейчас руководство предприятия ведет активные маркетинговые исследования, касающиеся данного сегмента рынка. «Если нам удастся, то мы попытаемся разработать что-нибудь и в этой области», – сказал Павел Заболотный. Помимо перечисленного, не исключено также создание программного обеспечения и прочих программных продуктов специализированного прикладного значения. Предприятию такая задача вполне по силам, поскольку в их изделиях решающее значение имеет математика, и «айтишное» направление здесь достаточно сильно развито.

Отметим, что как раз способность оценить рынок и перейти на выпуск востребованной гражданской продукции позволило многим высокотехнологичным новосибирским предприятиям ВПК выжить в лихолетья 1990-х. И в этой связи абсолютно нельзя исключать того, что наработанный опыт позволит с меньшими осложнениями перенести в будущем повторение той же самой ситуации. Иначе говоря, для таких предприятий урезание оборонного заказа окажется болезненным, но не смертельным.

Казалось бы, странно говорить об этом сейчас, когда на оборонку выделяются гигантские суммы. Тем не менее, уникален сам факт: в то время как государство (судя по декларациям и оборонному бюджету) готовится к войне, самые продвинутые оборонные предприятия готовят себя к жизни в мирных условиях. То есть абсолютного упования на государственную опеку с их стороны не наблюдается. Опора на собственные силы, на собственный интеллектуальный ресурс, похоже, играет для них более существенную роль. И исторический опыт, кстати, оправдывает такую позицию.

Давайте вспомним, что во второй половине 1980-х Советское руководство провозгласило «асимметричный ответ» на американскую программу «звездных войн» (известную как «Стратегическая оборонная инициатива»). В рамках стратегии «асимметричного ответа» предусматривался широкий комплекс мер, связанных как с повышением устойчивости советских стратегических ядерных вооружений,  так и с повышением способности наших баллистических ракет преодолевать многоэшелонную противоракетную оборону противника. Программа во многом была амбициозная, требующая привлечения немалых ресурсов, в том числе интеллектуальных. В целом же создавалось впечатление нового технологического рывка, связанного с созданием суперсовременной техники. Казалось, что советский ВПК ждут десятилетия процветания.

Чем всё закончилось на самом деле, известно. С наступлением 1990-х годов нашу оборонку урезали до неприличия, и часть высококвалифицированных сотрудников военных заводов и НИИ пошли торговать китайским ширпотребом или переквалифицировались в бухгалтеров. И нет никаких гарантий, что и на этот раз ситуация с оборонным заказом в точности не воспроизведет указанный исторический период.

Впрочем, успокаивает то, что  руководители предприятий, сумевших выжить в тех непростых условиях, сегодня полностью готовы к такому сценарию и не строят для себя никаких упоительных иллюзий. Во всяком случае, это ясно показал тот разговор, который произошел во время упомянутого «круглого стола».

Олег Носков

«Это долгожданное событие, поскольку в связи с реформой РАН выборы в её состав не проводились пять лет, — сказал председатель Сибирского отделения академик Александр Леонидович Асеев. — Объединение с бывшими сельскохозяйственной и медицинской академиями привело к увеличению среднего возраста, который достиг у академиков 75, а у членов-корреспондентов — 70 лет. Академию стали критиковать за косность и архаику, и она приняла вызов: обозначила 30 % вакансий академиков и половину членов-корреспондентов заполняемыми с возрастными ограничениями — до 61 и 51 года соответственно».

«Понятие «молодежная вакансия» следует воспринимать с юмором», — заметил директор Института нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука  СО РАН академик Михаил Иванович Эпов, выделив, тем не менее, двух младших коллег, избранных членами-корреспондентами. Директор иркутского Института земной коры СО РАН Дмитрий Петрович Гладкочуб — специалист в области геологии Евразии с хорошими наукометрическими показателями, «у него большие перспективы и на научном, и на организационном поприще». Заведующий лабораторией ИНГГ Иван Юрьевич Кулаков  — «международно известный ученый, формирующий новую научную школу из талантливых молодых людей». «Скамейка достойных претендентов была очень длинная,  — акцентировал Михаил Эпов. — С Кулаковым конкурировало еще пятеро профессоров РАН, но первым становится только один».

На тему конкуренции высказался и директор Института теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН Сергей Владимирович Алексеенко, избранный академиком. «То, что появились «молодежные вакансии» — это здорово, но на них претендовало не так много кандидатов». Учёный предложил повысить возрастной ценз для членов-корреспондентов до 55 лет и избегать парадоксальных ситуаций, «…когда ученики проходят в Академию, а их наставники нет».

Говоря о выборах иностранных членов РАН, академик А. Асеев указал, что когорта из 62 выдающихся ученых, включая семерых лауреатов Нобелевской премии — это показатель международного авторитета РАН, которая «…во всем мире признана одной из лучших научных организаций».

«Наша Академия — это особая среда, в которой наука стоит на первом месте»,— подчеркнул глава Сибирского отделения.

Академик А. Асеев акцентировал, что выборы в РАН прошли на исходе третьего года ее реформирования, которое «…не привело к быстрому развитию, а в некоторых направлениях ситуация заметно ухудшилась, и ухудшения стали принимать необратимый характер». Руководитель Сибирского отделения сослался на дискуссию, состоявшуюся в ходе Общего собрания РАН, основные итоги которой отражены в резолюции научного форума. В частности, речь идет о требовании вернуть учредительство Академии наук в отношении региональных научных центров и о приостановке реструктуризации входящих в них институтов. Александр Асеев подчеркнул, что все ресурсы академических учреждений относятся к федеральной собственности, но «…в ситуации, когда интересами науки пренебрегают, можно ожидать всего». «Реструктуризация дошла до абсурда, — сказал председатель СО РАН. — В Екатеринбурге хотят объединить сразу 20 институтов, похожая ситуация складывается в Якутске, хотя работы в Арктике являются стратегическими для России». «Группы влиятельных лиц заинтересованы не только в имуществе, но и в ликвидации для Академии наук многолетней монополии на науку»,— считает академик А.Л. Асеев.

Коснулся глава Сибирского отделения РАН и обострившейся ситуации с руководством технопарка новосибирского Академгородка (Академпарка). Академик напомнил, что распорядителем имущества здесь является правительство Новосибирской области, которое внесло в качестве пая «великолепные здания» и вправе принимать те или иные кадровые решения: «Задача технопарка — выращивание наукоемкого бизнеса и его распространение. Когда фирма выросла, стала производящей, она должна уйти из технопарка». При этом Александр Асеев подчеркнул, что технопарк признан лучшим в России: «Это является свидетельством того, что он вырос на благодатной почве… Здесь, в Академгородке,  появляются и будут появляться разработки, конкурентоспособные на мировом уровне. Большинство сотрудников фирм-резидентов — выпускники НГУ, которые в своей работе используют результаты институтов Сибирского отделения».

Уже на следующей неделе начнет свою работу XII Новосибирский Инновационно-Инвестиционный Форум «Инновационная Энергетика». О том, что ждет его участников и гостей, организаторы рассказали на пресс-конференции.

Как было отмечено в самом начале, хоть этот Форум уже двенадцатый, но у каждого была и есть своя особая тема. В этом году ею стала инновационная энергетика, а в состав оргкомитета, помимо мэрии Новосибирска, вошли Институт теплофизики СО РАН, НГТУ, АО «СИБЭКО», АО «Технопарк Новосибирского Академгородка».  

– Когда мы говорим о реиндустриализации, новой индустриальной революции и так далее, мы должны понимать, что без развития сферы энергетики осуществить их будет невозможно, – объяснил выбор темы для Форума начальник департамента промышленности, инноваций и предпринимательства мэрии Александр Люлько. – К тому же мы видим, что мир стоит на пороге кардинальных изменений в сфере энергетики. И нам бы не хотелось, чтобы наш город оставался на обочине этого процесса. Тем более, у наших ученых есть очень интересные и перспективные разработки в этой сфере.

Подчеркну, на Форуме мы хотим представить не просто научные доклады, а технологии, готовые к внедрению, в том числе и в городское хозяйство Новосибирска. Поэтому, помимо разработчиков, в его работе будут участвовать производственники и потребители, например, представители Горводоканала и метро.

Среди технологий, о которых говорил Александр Николаевич, немало тех, что уже известны читателям нашего портала. Например, ТЭЦ, способная вырабатывать энергию в процессе утилизации мусора. Причем, поскольку утилизация проводится посредством сжигания плазмой, то и вредных выбросов от работы практически нет. Эта технология была создана учеными Института теплофизики СО РАН, и сейчас идут переговоры о запуске в Новосибирске экспериментальной установки небольшой мощности.

Другая разработка Института теплофизики, о которой пойдет речь на Форуме, водно-угольное топливо. Работы в данном направлении ведутся давно как в нашей стране, так и за рубежом. Однако именно наши ученые находятся здесь в бесспорных лидерах. Напомним, что данный вид топлива представляет собой смесь измельченного до состояния пыли угля (его там порядка 60%) и воды. Еще примерно один процент приходится на пластификаторы, благодаря которым угольная взвесь не «отслаивается» от воды и не оседает на дно. То есть ВУТ – это такая густая черная жижа, которую можно транспортировать не только в бочках, но и по трубопроводам, как нефть.

В ходе пресс-конференции организаторы несколько раз напомнили, что богатые запасы природных ресурсов – одно из главных конкурентных преимуществ России в мировой экономике. Касается это и энергоносителей, причем, не только газа и нефти (которые давно уже стали основным источником бюджетных доходов), но и угля. Как отметил в своем выступлении зам. гендиректора ЗАО «ЗиО – КОТЭС» Феликс Сирант, списывать «черное золото» со счетов еще рано:

– Наша компания занимается проектированием ТЭЦ, в настоящее время заказов для российского рынка у нас нет, зато есть заказчики из Европы. Хочу напомнить, что в Евросоюзе гораздо более строгие требования к экологии, чем у нас. И при проектировании электростанции, работающей на угле, нам необходимо эти требования учитывать. Задача эта вполне решаемая, поскольку благодаря современным технологиям (в том числе, обогащения угля) производство энергии из него становится довольно «чистым». И этот опыт, который мы нарабатываем в ходе выполнения европейских контрактов, потом будет востребован и для России.

Подробнее об этих разработках будет рассказано в рамках секции «Новые виды топлива», одним из модераторов которой и выступает Феликс Анатольевич.

Другая популярная в последние годы тема – распределенная энергетика. Мы также не раз рассказывали о том, как обстоят с этим дела в Новосибирске. В частности – о создании Ассоциации «Партнерство по развитию распределенной энергетики Сибири». А руководитель Ассоциации, доктор технических наук Александр Фишов выступит на Форуме модератором соответствующей секции.

– Распределенная энергетика не случайно стала очень популярным в мире трендом, –  отметил Александр Георгиевич. – Помимо того, что такой подход значительно повышает надежность и безопасность энергосистемы в целом, он еще и способствует развитию территорий. Поставить небольшую электростанцию несложно, а вокруг нее можно строить хоть жилой массив, хоть индустриальный парк. Что и делают сегодня, в том числе, и в Новосибирске.

Один из таких примеров демонстрирует концерн «Сибирь», несколько лет назад построивший собственный энергоблок для снабжения теплом и электричеством нового высотного микрорайона в Первомайском районе Новосибирска.

Но помимо достижений, есть в развитии этого направления и немалые проблемы, о которых также намерены поговорить организаторы Форума. И прежде всего они связаны с недостатком законодательных основ: современные нормативы и правила рассчитаны на крупных энергопроизводителей. В итоге, как справедливо отметил один из организаторов, сегодня проще подключить электростанцию с мощностью в мегаватт, чем небольшой энергоблок, производящий пару киловатт.

А у таких небольших объектов тоже есть своя ниша на рынке, причем, часто они играют важную социальную роль, о чем рассказал гендиректор ООО НПФ «Энергия» Владимир Фомичев (второй модератор секции Малая распределенная энергетика):

– В Республике Алтай есть село Язула, в нем около тридцати домов, ближайшая линия электропередач находится от него в ста километрах. Электричество у них вырабатывал дизельный электрогенератор, который работал по несколько часов утром и вечером. И селяне жили в таком режиме десятилетия. Мы вместе с ребятами из Горноалтайска установили там накопитель, энергосберегающие лампы, другое современное оборудование. И теперь в селе электричество есть круглосуточно.

Через несколько месяцев приехали в село снова и стали опрашивать жителей, как все работает. И одна бабушка сказала» «Сынки, я прожила восемьдесят лет и теперь, когда днем есть свет, можно и помирать». У меня даже слезы на глаза навернулись. Ведь то, что для нас привычная деталь, для жителей села стало осуществлением несбыточной мечты.

Мы летаем в космос, запускаем спутники, напомнил Владимр Фомичев, но с них видно, что значительная часть нашей страны вечером погружается во тьму. В том числе, территории, где живут и работают люди. Так что малая энергетика может решить крайне важную задачу, обеспечив их электричеством на постоянной основе.

Для решения этой задачи как раз и будут востребованы технологии т.н. альтернативной энергетики – солнечные батареи и нагревательные установки, ветрогенераторы и т.п. И этой теме также будет посвящен ряд докладов на Форуме.

Напомним, что сам Форум пройдет 10 и 11 ноября на площадке Технопарка Новосибирского Академгородка. Наш портал является информационным партнером Форума, и мы еще не раз в ближайшие дни вернемся к теме инноваций в сфере энергетики.

Георгий Батухтин