Системы искусственного интеллекта в перспективе будут сочетать несколько подходов, в том числе тот, который уже реализован в человеческом мозге, считает профессор Новосибирского госуниверситета Дмитрий Свириденко.

"С нашей точки зрения, должны быть алгоритмы, которые сочетают достоинства и символьного искусственного интеллекта (антропоморфного - ИФ), и машинного обучения (основанного на закономерностях, заложенных в "больших данных" - ИФ) - то, что мы называем гибридный искусственный интеллект", - сказал ученый журналистам в Новосибирске.

Он отметил, что в Институте математики Сибирского отделения РАН разработан так называемый "задачный подход", на основе которого создано большое количество приложений, от генетики до коммуникаций.

"Задачный подход - это тот самый фундаментальный подход, который позволяет создать адекватные модели организации", - пояснил Свириденко.

В свою очередь ведущий научный сотрудник лаборатории теории вычислимости и прикладной логики Института математики СО РАН Евгений Витяев отметил, что в задачном подходе применяется математическое осмысление естественного мышления и поведения человека.

"В будущем нейронные сети могут быть заменены на объяснимые (для человека - ИФ) и понятные логико-вероятностные нейронные сети, которые более точно соответствуют тому, как работает мозг, более точно оценивают целенаправленное поведение, формирование образов, прогнозируемого отражения реальности", - сказал он.

Витяев отметил, что когда ученым удастся выяснить, как человеческому мозгу удается работать "параллельно и синхронно", вся существующая компьютерная техника потребует замены.

"Существующее "железо" просто выбросят", - сказал он.

Между тем, заведующий лабораторией теории вычислимости и прикладной логики Института математики СО РАН, академик РАН Сергей Гончаров сообщил, что одной из фундаментальных проблем является так называемый "доверительный, объяснительный искусственный интеллект".

"К сожалению, в современных методах очень большая проблема заключается в использовании методов, которые не гарантируют надежности полученного результата", - сказал он.

Второй проблемой является своевременность принятия решений искусственным интеллектом, отметил академик.

В практическом плане это важно в системах управления, в том числе, например, для управления беспилотными устройствами и даже в юридических приложениях.

Гончаров также отметил, что важнейшим фактором формирования человека является его принадлежность к некоторому сообществу. "Когда мы говорим о компьютерах, такого "общества" у компьютеров нет", - добавил он.

В Новосибирске в понедельник открылась секция "Системная биология, логика и искусственный интеллект" в рамках Всемирного конгресса, посвященного проблемам искусственного интеллекта, организованного РАН. Всего на этой секции на базе Института цитологии и генетики СО РАН выступит более 30 докладчиков из разных стран.

Первый всемирный конгресс «Теория систем, алгебраическая биология, искусственный интеллект» проходит с 26 по 30 июня. Он организован Российской академией наук при участии научных центров России, Беларуси, Казахстана, Таджикистана, Китая, Индии и других стран и посвящен проблемам искусственного интеллекта. Одна из площадок Конгресса открылась в Инстиутте цитологии и генетики СО РАН.

«Одна из самых острых проблем искусственного интеллекта — это отсутствие уверенности, что метод, который решает ту или иную проблему, действительно даст гарантированный результат. Например, нам нужно сделать расчеты для управления автомобилем в горах. Если точность вычислений будет недостаточной, он упадет в пропасть. Другая проблема состоит в том, что алгоритмы не всегда вовремя дают результат, когда необходимо быстро принять решение», — рассказывает заведующий лабораторией Института математики им. С. Л. Соболева СО РАН академик РАН Сергей  Гончаров.

По словам ученых, развитие искусственного интеллекта разделилось на две части. Одна связана с попыткой смоделировать то, как мыслит человек, его функциональные возможности рассуждать логически (аналогии, дедуктивные, индуктивные правила). А вторая — с машинным обучением, обработкой больших данных и операциями с ними.

Чтобы ошибок искусственного интеллекта было меньше, должен существовать гибридный ИИ: алгоритм, сочетающий достоинства символьного искусственного интеллекта и машинного обучения.

«Мы в Институте математики им. С. Л. Соболева СО РАН решили проинтегрировать достоинства двух подходов решения задач искусственного интеллекта: математической логики и школы эмпирического подхода. Так и получился наш оригинальный сибирский “задачный подход”. Возможно, если добавить к нему еще человека, то пропадут страхи, что нейронные сети захватят мир. Всё будет во благо. Основой всего, конечно, должна быть математика. С помощью нее, фундаментальных исследований, нужно привести в порядок искусственный интеллект», — комментирует председатель совета АНО «Кластер искусственного интеллекта» доктор физико-математических наук Дмитрий Свириденко.

«Наука в Сибири»

Ученые Института экологии растений и животных УрО РАН, Уральского федерального университета, Института геологии и минералогии им. В. С. Соболева СО РАН при участии Абаканского клуба спелеологов исследовали в Хакасии пещеру Инейская, которая, как полагают исследователи, долгое время являлась логовом пещерных гиен. Вероятно, это крупнейшее такое логово в Азии. Всего палеонтологи набрали порядка 400 кг костей и отправили их в Екатеринбург. Также в пещере были обнаружены останки древних мамонтов, носорогов, бизонов, оленей и других животных. 

«В России есть подобная — Пещера географического общества на Дальнем Востоке. Но она была раскопана еще в конце советских времен. Все найденные там материалы хранятся в Зоологическом институте РАН в Санкт-Петербурге, но даже там не столь много остатков гиен и, к примеру, нет целых черепов. У нас же два целых черепа — это очень большая редкость. Их находки в России можно посчитать по пальцам одной руки. В итоге один череп остался в Абакане, второй отправили для изучения в Екатеринбург», — рассказал старший научный сотрудник лабораторий естественнонаучных методов в гуманитарных исследованиях УрФУ и палеоэкологии ИЭРиЖ УрО РАН кандидат биологических наук Дмитрий Олегович Гимранов. 

Пещера уникальна также тем, что кости в ней лежат на поверхности (их не нужно раскапывать) и сохранились в нетронутом состоянии, часть из них — во льду. Среди находок — крупные животные: мамонты, носороги шертистый и Мерка, бизон шерстистый, як, благородный и северный, гигантский большерогий олени, дзерен (антилопа, родственная сайгаку). Из хищников — древние бурый медведь, лисица, волк. Из грызунов — сурок и другие мелкие грызуны, которых еще предстоит определить. Также ученые обнаружили остатки лягушек, жаб, птиц, рыб. 

«В пещере представлено много останков животных, список фауны достаточно велик. Для Хакасии подобные местонахождения неизвестны, — отметил старший научный сотрудник ИГМ СО РАН кандидат геолого-минералогических наук Дмитрий Геннадьевич Маликов. — По останкам носорога Мерка удалось установить датировку — 42 тысячи лет. Кроме того, находки нам еще расскажут о флоре, фауне того времени, о том, чем питались животные, каким был климат на этой территории. Также мы получим немаловажную информацию из копролитов». 

Пещеру обнаружили местные жители. «Про нее мы узнали лет пять назад. Но так как район удаленный, и мы работали довольно долго на другом участке, поездку откладывали. Первый раз побывали на участке в июне 2022 года и сразу нашли вход в пещеру. Размер грота поразил, он оказался действительно большой. В Хакасии существует самый большой грот в Сибири, в пещере Бородинская. Он примерно в три раза больше этого грота. Грот Инейской, можно сказать, второй по площади», — поясняет председатель Абаканского клуба спелеологов Павел Владимирович Гриднев. 

«Останки крупных животных — с характерными следами погрызов. Кроме того, нам попался ряд костей в анатомическом порядке. Например, у носорогов — локтевые и лучевые кости вместе. Это говорит о том, что гиены затаскивали в логово части туш. Еще одна уникальная находка — в пещере много костей щенят. Дело в том, что обычно сохраняются кости крупных гиен, так как кости молодых особей очень хрупкие, рыхлые, нежные. Кроме того, их могут сгрызать те же гиены. А мы обнаружили даже целый череп молодого гиененка, много нижних челюстей и молочных зубов», — пояснил Дмитрий Гимранов. Эти находки помогут понять, как росли детеныши гиен, чем они питались, как происходила смена молочных зубов и многое другое. 

Пресс-служба ИГМ СО РАН

Древесина в качестве замены углю – такое решение в наш век цифровых технологий кажется слишком архаичным. И, тем не менее, оно оправдывается в рамках так называемой климатической политики, которая рьяно проводится в странах коллективного Запада.  По этой причине перевод угольных электростанций на древесные гранулы считается вполне «прогрессивным» шагом, направленным на снижение углеродных выбросов. Несмотря на то, что древесные гранулы дымят не меньше угля (а в некоторых случаях даже больше), переход на такое «прогрессивное» топливо вполне укладывается в канву официального «зеленого» курса. В итоге вчерашние угольные электростанции, порицаемые за использование «самого грязного» топлива, сразу же становятся «зелеными» и углеродно-нейтральными, как только в их топках оказывается древесина.

Чтобы разобраться в этом парадоксе, напомним, что древесная биомасса официально попала в категорию возобновляемых источников энергии – наряду с солнцем и ветром. Аргумент на этот счет был простой – деревья постоянно растут, а значит, биомасса восстанавливается. И в процессе роста деревья поглощают углерод из атмосферы. Стало быть, сжигание древесины не привносит дополнительного углерода (в отличие от ископаемого топлива). Данная аргументация не пользуется серьезной поддержкой у климатологов, тем не менее, она дала прекрасную лазейку для политиков и для владельцев угольных электростанций, а также для производителей древесных гранул. Здесь сложился поразительный консенсус, позволяющий не учитывать миллионы тонн (!) реальных углеродных выбросов, которыми до сих пор тайно «грешат» некоторые развитые страны (чьи лидеры, кстати, громогласно призывают спасать планету от глобального потепления).

Незадолго до нынешнего энергетического кризиса на эту тему вышел потрясающий материал, где содержатся прямо-таки убийственные факты, показывающие всю нелепость некоторых аспектов западной декарбонизации. Автор статьи начинает исследование с описания своей поездки на север Англии, где в деревушке Дракс (Drax) находится бывшая угольная электростанция с тем же названием. Электростанция существует с 1974 года и считается одной из самых крупных в Европе.

Как отмечает автор, угольных электростанций в Европе было в изобилии, но после подписания Киотского протокола в 1997 году углю вынесли приговор, подняв на щит «чистую» энергию солнца и ветра. С древесиной дела обстояли сложнее, однако случилось так, что ее оправдали. Иными словами, в Киотском протоколе получилась лазейка, позволившая (на бумаге) «озеленить» часть угольных ТЭС, банально переведя их с угля на пеллеты. Упомянутая электростанция в деревушке Дракс оказалась в их числе. Теперь она официально признается европейским лидером в области «зеленой» энергетики, а ее руководители пафосно заявляют о том, будто электростанция «смотрит в экологически чистое будущее».

Так всё это выглядит в теории, в то время как на практике дым, выходящий из высоченных труб этой огромной «зеленой» ТЭС, стал причиной кислотных дождей в… Швеции! В 2019 году, пишет автор, Drax выбросила более 15 миллионов тонн углекислого газа, что эквивалентно годовым выбросам от трех миллионов легковых автомобилей! И, тем не менее, Drax теперь считается «углеродно-нейтральной» электростанцией. Причем, такие же внушительные по мощности «зеленые» ТЭС (то есть, перешедшие с угля на древесные гранулы) есть в Дании и Бельгии.

Подчеркиваем, что климатологи и экологи, борющиеся за сохранение лесов, не согласны с такой классификацией. По их мнению, мы имеем дело с форменным обманом, поддержанным политиками. Мало того, наличие у электростанции «зеленого» статуса дает право на государственную поддержку. Во всяком случае, ЕС всячески поддерживает производство древесных гранул (в качестве «зеленой» альтернативы углю). Так, в 2017 году на это дело было выделено 6,5 миллиардов евро.  Компания Drax также не была обделена вниманием со стороны властей, получив от британского правительства более миллиарда евро субсидий. Благодаря стараниям правительств европейских стран, к 2019 году доля биомассы в структуре возобновляемых источников энергии ЕС приблизилась к шестидесяти процентам. Однако является ли такой источник энергии «зеленым» по факту?

Специалисты отмечают, что в странах ЕС ежегодно сжигается около 25 тысяч га деревьев в виде пеллет! И этот рынок постоянно растет. При текущей динамике спроса к 2027 году он может удвоиться, превысив тридцать шесть миллионов тонн. При этом, несмотря на то, что в теории леса всё время восстанавливаются, в реальности ничего подобного не происходит. Дело в том, что до сих пор нет никакого государственного или промышленного надзора за повторной посадкой деревьев. Фактически, нет никаких требований к тому, чтобы на месте вырубок заново образовывались леса.

Но даже если такие требования претворятся в жизнь, вы не сможете обмануть природу, поскольку для полного восстановления вырубленного леса должно пройти как минимум сорок лет (а зачастую и того больше), прежде чем деревья вырастут до нормальных размеров. Климатологи в таких случаях разводят руками. Ведь согласно существующим моделям климатических изменений, до критических показателей роста глобальной температуры осталось совсем ничего. И пока новые деревья вырастут, льды могут окончательно растаять, заявляют ученые. Несмотря на это, климатический саммит в Глазго (COP-26) признал необходимость двукратного увеличения древесной биомассы в качестве альтернативы ископаемому топливу. То есть ярые борцы за спасение планеты от перегрева «благословили» дальнейшую, еще более масштабную вырубку деревьев!

В настоящее время вырубка деревьев в целях производства древесных гранул активно ведется на территории США и Канады. В Канаде, например, от этого уже сильно пострадали хвойные и лиственные леса на юге страны. В Британской Колумбии под ударами лесорубов гибнут ели, сосны и красные кедры. И что особо показательно: часть этой деятельности осуществляется в первичных лесах, никогда ранее не вырубавшихся. Изготовленные здесь древесные гранулы грузятся на корабли и отправляются в ту же Великобританию. Так, упомянутая электростанция Drax получает свое «зеленое» топливо как раз оттуда. На юге Канады есть даже четыре завода по производству пеллет, принадлежащие как раз этой компании. В позапрошлом году Drax выкупила канадскую компанию Pinnacle Renewable Energy, занимавшуюся таким производством.

Тем временем эксперты отмечают весьма тревожную тенденцию. Еще не так давно канадские леса являлись одним из крупнейших поглотителей углерода в мире. Однако примерно десять лет назад из-за масштабных лесозаготовок и лесных пожаров они стали выделять углерода больше, чем поглощать.

Разумеется, сторонники использования древесной биомассы в энергетике ссылаются на то, что в дело идут только отходы глубокой переработки древесины. Безусловно, сжигание отходов лесопильного производства вполне оправданно. Однако печальная правда в том, что отходы используются здесь частично (порядка 43% в случае с Drax).  И в условиях удвоения спроса на пеллеты (о чем мы сказали выше) рубка деревьев только усилится. В этом и заключается главный парадокс «зеленых» выбросов.

Впрочем, если говорить о биомассе как о возобновляемом источнике энергии, то у нас есть все возможности использовать такой ресурс, не причиняя ущерба лесам. Речь идет, как мы понимаем, о выращивании травянистых технических культур вроде мискантуса или технической конопли. В нашей стране, где пустуют миллионы гектаров свободных земель, такой вариант вполне возможен, и об этом прямо говорят и ученые, и некоторые политики (о чем мы уже писали). Есть надежда на то, что Россия в этом плане продемонстрирует миру разумный вариант использования биомассы в качестве «зеленого» топлива. Предпосылки к этому имеются, и в теории уже кое-что просчитано. Осталось лишь перейти к практике. 

Константин Шабанов

Во времена СССР Донецк был чемпионом по количеству высаженных на территории города розовых кустов. Настоящий город-сад! Многое для этого делали сотрудники Донецкого ботанического сада. Сейчас он остался единственным научно-исследовательским институтом биологического профиля в Донецкой Народной Республике. Правда, из-за постоянных обстрелов ДНР войсками киевского режима саду приходится в буквальном смысле слова выживать. Тем не менее работа здесь идет, и проявляющий силу и стойкость коллектив старается быстрее войти в общероссийское научное пространство.

О том, что сделано в ДБС за 58 лет работы, «Поиску» рассказала его директор кандидат биологических наук Светлана ПРИХОДЬКО.

— Светлана Анатольевна, у вашего коллектива большая история. Расскажите, пожалуйста, о ней.

— Наш сад — это координирующий центр сохранения биоразнообразия, научно-экспериментальная и учебная база, а также неотъемлемая часть социальной инфраструктуры ДНР. За эти десятилетия на 203 гектарах создан, сохраняется и пополняется уникальный генофонд мировой флоры. В нашем коллекционном фонде более 7 тысяч видов, форм и сортов растений, из них свыше 3 тысяч — тропические и субтропические, в том числе около 800 видов — редкие и исчезающие. Общая площадь оранжерей — 2660 кв. м. В нашем уникальном гербарии более 136 тысяч листов. Крупнейшее в мире собрание растений с территории Донбасса включено в международный каталог гербариев (Index Herbariorum).

Коллекции растений стали основой для проведения фундаментальных научных исследований, направленных на решение экологических проблем Донбасса, обогащение ассортимента перспективных растений для аграрного сектора, «зеленое» строительство и фиторекультивацию.

— Сильно ли пострадал сад, начиная с 2014 года? И удалось ли сохранить коллектив?

— В 2014 году, когда война пришла к нам, перед учеными ДБС, в то время подведомственного НАН Украины, встал выбор: работать в Донецке или уехать в город Константиновку, куда академией был переведен юридический адрес сада. Это был переломный момент. Многие сотрудники, посвятившие саду годы, вынуждены были уехать из охваченного войной города. В итоге из 42 научных сотрудников остались 32, из 6 докторов наук — 2, из 34 кандидатов наук — 21. В общем, большинство решило остаться дома.

Даже при активных боевых действиях мы ни на день не прекращали работы, а ведь сад не раз становился объектом обстрелов. Снарядами были повреждены покрытие оранжерей, крыша административно-лабораторного корпуса, окна и двери, оборудование. Осколками посечено много деревьев. К сожалению, сегодня вероятность обстрелов только увеличилась.
С началом СВО из наших сотрудников-мужчин практически каждый второй был мобилизован. Есть среди них раненые, но вернувшиеся к работе. К сожалению, есть и погибшие. Большинство мобилизованных продолжает нести военную службу.

— Что сделано вашим коллективом за последние месяцы?

— Сейчас мы формируем экспозицию полифункционального ландшафтного объекта «Времена года». В ней будет представлен ассортимент цветочно-декоративных растений мировой флоры, адаптированных к условиям степной зоны, аборигенной флоры. Реконструируем экспозицию «Розарий», где соберем одну из богатейших коллекций роз. По инициативе Первого канала в рамках акции «Мы живы» для пополнения розария передан посадочный материал.

Сотрудниками ДБС разработан и реализован оригинальный проект озеленения новой школы поселка Мангуш близ Мариуполя. Там созданы тематические участки: плодовый и ягодный сады, математическая клумба, многокомпонентные композиции многолетних декоративных растений, «Аптекарский огород» и др.

Актуализированы данные о флористическом богатстве 60 новых особо охраняемых природных территорий (ООПТ) ДНР. Продолжен мониторинг флористического состава чужеродных видов 15 ООПТ. Исследователями ДБС выявлены новые опасные чужеродные вредители лесного и сельского хозяйства: североамериканский клоп дубовая кружевница, внесенный в Единый перечень ЕЭС, и зерновка четырехпятнистая, опасный карантинный вредитель запасов. В парке «Зарядье» в Москве в рамках проекта «Флорариум. Маршрут Россия» открыт фитобокс «Растительность ДНР и ЛНР».

— Как идет процесс интеграции сада в общероссийское правовое и научное пространство?

— Сад является членом Совета ботанических садов России и Белоруссии, Совета ботанических садов Юга России, т. е. активно интегрируется в российское научное пространство. Входит в состав Международной организации ботанических садов по сохранению растений (BGCI). Научное сотрудничество с более чем 20 научными и образовательными учреждениями РФ идет в рамках действующих договоров. Среди них могу особо выделить: Южный научный центр РАН, Никитский ботанический сад — Национальный научный центр РАН, Главный ботанический сад им. Н.В.Цицина РАН, Ботанический сад Петра Великого Ботанического института им. В.Л.Комарова РАН, Всероссийский научно-исследовательский институт цветоводства и субтропических культур, Сочинский национальный парк, Ботанический сад МГУ им. М.В.Ломоносова, Ботанический сад им. Н.В.Багрова Таврической академии Крымского федерального университета им. В.И.Вернадского.

Правда, этот процесс проходит непросто, прежде всего из-за его стремительности. За короткий срок мы должны освоить много электронных программ и систем, с которыми не было опыта работы. Больше всего трудностей с электронным документооборотом, госзакупками. Очень мешает невозможность на данном этапе приобретения современных компьютеров. Для решения проблемы один из наших кураторов — Никитский ботанический сад — решил приобрести для нас компьютерную технику. Другой куратор сада — ЮНЦ РАН — также нас поддерживает.

Хочу отметить акцию по передаче семян овощных и зеленных культур для жителей ДНР. В марте Отделение сельскохозяйственных наук РАН передало партию семян самого высокого качества (порядка 40 тысяч комплектов) для личных подсобных хозяйств в новые субъекты РФ. Содействие в их доставке в Донецк оказали сотрудники Госкомэкополитики при главе ДНР, участвовали в этом председатель комитета Роман Кишкань и специалисты ЮНЦ РАН.

В итоге мы получили семена 80 сортов 30 культур. Это томаты, огурцы, перец, фасоль, петрушка, укроп и многое другое. Наш сад, конечно, не может вырастить у себя такое огромное количество культур. Большую часть семян мы передали Донбасской аграрной академии для реализации социального агроволонтерского проекта «Добрый огород», направленного на оказание помощи одиноким пожилым людям и семьям, находящимся в сложных жизненных ситуациях. Часть семян используют на опытных участках и в теплицах аграрной академии.

Именно такие акции и постоянная забота вселяют в нас уверенность в том, что наш выбор 2014 года был единственно верным, что впереди у нашего коллектива (с поддержкой огромной России) большое и плодотворное будущее.

Геннадий Белоцерковский

НИИ клинической и экспериментальной лимфологии – филиал ИЦиГ СО РАН совместно с Новосибирским филиалом МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. С.Н. Федорова» исследует возможность создания нового вида терапии заболеваний роговицы глаза, приводящих к слепоте.  В рамках проекта ученым удалось выделить из стромальной части роговицы клетки, которые могут стать основой для нового препарата, и дать описание их функциональных и морфологических особенностей. Проект реализуется при поддержке Российского научного фонда.

Проект «Лентикулы, полученные методом RELEXSMILE, как источник фибробластов и кератоцитов стромы роговицы для лечения помутнения роговицы» осуществляется с 2023 года на базе лаборатории клеточных технологий НИИКЭЛ под руководством д.м.н. Ольги Владимировны Повещенко. Статья о проводимом исследовании опубликована в International Journal of Molecular Sciences.

В здоровой роговице присутствуют клетки – покоящиеся неподвижные кератоциты. Они образовывают и поддерживают внеклеточный матрикс, обеспечивают морфоструктурную и биохимическую стабильность, прозрачность ткани роговицы. При повреждении роговицы (например, в результате травмы) кератоциты могут трансформироваться в фибробласты и миофибробласты. Последние участвуют в регенерации роговицы, вызывая сокращение раны, организацию фиброзного внеклеточного матрикса и образование рубцов. Возникающий в результате этих процессов фиброз стромы роговицы может стать причиной слепоты. К таким же последствиям могут приводить врожденные или приобретенные заболевания, связанные с дистрофией роговицы. Роговичная слепота является третьей ведущей причиной слабовидения после катаракты и глаукомы. Распространенный метод терапии таких заболеваний – трансплантация донорской роговицы. Однако из-за нехватки донорского материала большое значение имеют поиски новых подходов к лечению роговичной слепоты.

Ученые предложили выделить клетки, которые можно было бы использовать для восстановления роговицы, не прибегая к пересадке органа. Для получения таких клеток было предложено использовать лентикулы – стромальную часть здоровой роговицы глаза, которая удаляется во время лазерных операций по коррекции зрения методом ReLEx SMILE, рассказывают врач МНТК, м.н.с. лаборатории клеточных технологий НИИКЭЛ Кристина Краснер и руководитель проекта, к.б.н. Наталья Бондаренко.

Кератоциты роговицы, выделяемые учеными из лентикул, представляют собой покоящиеся клетки, их трудно размножить in vitro в количествах, подходящих для клинического и экспериментального использования. Поэтому на первом этапе исследования из биологического материала были выделены фибробласты – клетки соединительной ткани организма, синтезирующие внеклеточный матрикс и коллаген. Эти клетки находятся в активном состоянии и обладают высоким пролиферативным потенциалом. Из них ученые выделили тип клеток, пребывающих в состоянии покоя, – так называемые фибробласты, реверсированные в кератоциты. Именно эти клетки в перспективе должны стать основой для нового метода терапии.

Исследования показали, что реверсированные клетки спонтанно образовывали 3D-сфероиды. Образование сфероидов является косвенным свидетельством того, что кератоциты, полученные в результате реверсии фибробластов, приобретают не только морфологические, но и функциональные свойства первичных кератоцитов роговицы.

– Клетки, группирующиеся в 3D-сфероиды, обладают более высокой выживаемостью, лучше взаимодействуют друг с другом. Поэтому считается, что при введении препарата они будут оказывать лучшее действие на ткани и органы, – поясняет Наталья Бондаренко.

Образовавшиеся клетки экспрессировали кератокановые и люмикановые маркеры, обладали низкой пролиферативной и миграционной активностью. Также было замечено, что реверсированные фибробласты имеют более высокую, чем в фибробластах, электронную плотность цитоплазмы и содержание органелл. То есть, находясь в состоянии покоя, клетки воспроизводят процессы, важные для нормального функционирования роговицы. 

Таким образом, было продемонстрировано, что фибробласты из лентикул ReLEx SMILE превращаются в реверсированные клетки, сохраняющие морфологию и функциональные свойства первичных кератоцитов. Синтезированные клетки обладают потенциалом для тканевой инженерии и клеточной терапии различных патологий роговицы.

Следующим этапом исследования станет проверка эффективности полученных клеток на животных моделях. Ученым предстоит выяснить, помогают ли стромальные клетки восстановить прозрачность роговицы. Если результаты будут положительными, это в дальнейшем позволит говорить о возможности клинических испытаний и на человеке. Все это позволит ответить на главный вопрос: возможно ли использовать полученные из лентикул клетки в лечении травм роговицы человека.

Пресс-служба ИЦиГ СО РАН

Исследователи смогли получить устойчивые к разрыву пленки из ксилана древесины березы. В этом помогло добавление лигнина в раствор для приготовления пленок. Лигнин препятствует кристаллизации ксилана и не дает пленкам разрушаться. Результаты исследования опубликованы в журнале Cellulose.

Ксилан — это полисахарид, который содержится в клеточных стенках растений. Он считается биоразлагаемым полимером и не оказывает негативного влияния на окружающую среду. Из-за большого количества этого полисахарида в растениях и относительно легкого извлечения, а также хорошей растворимости в воде ксиланы способны заменить полимеры на нефтяной основе.

Наиболее многообещающее применение ксиланов — в качестве пленок и покрывающих агентов. Соединения могут использоваться для создания пленок различной толщины и структуры для применения в пищевом, фармацевтическом и биотехнологическом производстве, в частности, для упаковки продуктов и лекарственных препаратов, а также для контролируемого высвобождения пестицидов и удобрений.

Ученые из ФИЦ «Красноярский научный центр СО РАН» совместно с коллегами из Южно-Китайского технологического университета (Гуанчжоу, Китай) выделили ксилан из древесины березы и нашли причину плохой формируемости и растрескивания пленок из твердой древесины при кристаллизации этого вещества. Исследователи также решили эту проблему, добавив в раствор лигнин, что позволило получать из ксилана цельные неразрывные пленки.

Специалисты изучили влияние химической структуры на кристаллизационную и пленкообразующую способности ксиланов древесины березы и выяснили, что чрезмерная кристаллизация и агрегация молекул ксилана препятствует образованию цельных пленок и приводит к их разрыву. При этом ученые определи, что лигнин — вещество, которое тоже содержится в растениях, может выступать в качестве примеси для предотвращения агрегации и улучшает способность ксиланов формировать пленку. Так, содержание лигнина более 9 % уменьшает чрезмерную агрегацию молекул и приводит к низкой кристаллизации. 

«Полученные пленки имели большую прочность на разрыв и растяжение. Лигнин может выступать в качестве примеси для предотвращения агрегации ксилана, а высокое содержание лигнина способствует образованию устойчивой пленки. Однако его добавление может сказываться на механических характеристиках вещества, что также стоит учитывать», — прокомментировал соавтор исследования старший научный сотрудник Института химии и химической технологии ФИЦ КНЦ СО РАН, доцент Сибирского федерального университета кандидат химических наук Александр Сергеевич Казаченко.

Группа научных коммуникаций ФИЦ КНЦ СО РАН

Чтения посвящены 120-летию со дня рождения профессора, доктора биологических наук Веры Вениаминовны Хвостовой – одного из крупнейших советских генетиков и цитогенетиков, ведущего ученого в области теории и практики экспериментального мутагенеза.

Еще работая в Москве, в Институте биофизики АН СССР, она часто приезжала в командировки в Новосибирск, принимала самое деятельное участие в организации,   закладывая ключевые направления исследований Института цитологии и генетики. А в 1966 г. переехала сюда на постоянную работу, возглавив лабораторию цитогенетики. Здесь и прошли последние одиннадцать лет ее работы. В своем приветственном слове участникам Чтений советник председателя Сибирского отделения РАН, академик Владимир Константинович Шумный, вспоминая этот период ее жизни отметил: «Мы должны выразить глубочайшую благодарность за все, что Вера Вениаминовна сделала для института».

Биографии и научной деятельности В.В. Хвостовой был посвящен первый доклад, с которым выступил д.б.н. Виктор Андреевич Соколов (ИМКБ СО РАН), который является одним из ее учеников. Говоря о своем учителе, он подчеркнул: «Вера Вениаминовна принадлежала к, увы, немногочисленной группе ученых, абсолютно преданных науке и ценящих науку в себе, а не себя в ней».

Эта преданность науке в сочетании с талантом ученого позволили В.В. Хвостовой оставить впечатляющий багаж научных достижений. Вспомним лишь некоторые из них. Ей принадлежит открытие эффекта положения гена Ci (Cubitus interruptus), локализованного в IV хромосоме у Drosophila melanogaster. Это направление работ стало классическим, и эффект положения гена Ci широко использовали как советские, так и зарубежные исследователи для выявления транслокаций.

В 1950-е гг. в СССР развернулись широкомасштабные исследования в области ядерной и космической программ. Встала необходимость точно понимания последствия влияния радиации и других типов излучений, условий космических полетов на наследственность живых организмов и, прежде всего, наследственность человека, чтобы использовать эти знания для решения практических задач. Не удивительно, что именно такие выдающиеся физики и организаторы науки, как академики И.В. Курчатов, Л.П. Капица, Н.Н. Семенов и другие сыграли огромную роль в возрождении генетики в нашей стране. В 1956 г. в Институте биофизики АН СССР была создана лаборатория радиационной генетики, возглавляемая членом-корреспондентом АН СССР Н.П. Дубининым, куда пригласили работать находившихся в опале генетиков. Вера Вениаминовна была в числе первых, кто включился в изучение влияния условий космических полетов и радиации на живые организмы.

Интересы В.В. Хвостовой были связаны с геномным анализом у отдаленных межвидовых и межродовых гибридов злаков.

Позже, уже в Институте цитологии и генетики, создав большой и активно работающий коллектив ученых, Вера Вениаминовна смогла развернуть широкий фронт работ по цитогенетике растений: геномному анализу межродовых и межвидовых гибридов пшеницы, цитогенетическим основам их плодовитости, зимостойкости, устойчивости к грибным болезням и т. д.

Одновременно, являясь научным руководителем более двадцати кандидатских диссертаций, воспитала целую плеяду учеников. Многие из них продолжили научную работу, у истоков в Сибирском отделении АН которой стояла Вера Вениаминовна.

По традиции на Чтениях прозвучал ряд докладов ученых, которые сегодня ведут активные исследования в тех направлениях, которые являлись областью научных интересов Веры Вениаминовны или развиваются на их основе. Ученица В.В. Хвостовой профессор Л.А. Першина (ИЦиГ СО РАН) сделала обзорный доклад «К вопросам сомаклональной изменчивости». Так, о работах в области цитогенетики животных говорил в своем выступлении член-корр. РАН Александр Сергеевич Графодатский (ИМКБ СО РАН), в области цитогенетики растений - к.б.н. Силкова Ольга Геннадьевна (ИЦиГ СО РАН). «Высокая наука рука об руку с мастерством и художественностью цитологических исследований» и д.б.н. Петр Иванович Степочкин (СибНИИРС) «Дискретный путь создания Triticale». Темой доклада профессора, д.б.н. Елены Артемовны Салиной (ИЦиГ СО РАН) был «Вклад отдаленной гибридизации в селекцию растений на примере родов Aegilops L. и Thinopyrum Á.Löve», а д.б.н. Ирины Николаевны Леоновой (ИЦиГ СО РАН) – «Интрогрессивные линии на основе Triticum timopheevii: цитогенетический и молекулярный анализ генома».

В завершение программы Чтений выступил академик РАН Николай Петрович Гончаров. Его доклад был озаглавлен – «Люди, несущие знания: Сибирский феномен проф. В.В. Хвостовой». Как отметил в самом начале докладчик – его выступление - это видение личности Веры Вениаминовны, ее вклада в науку и ее жизни в генетике.

Николай Петрович отметил ее феноменальную работоспособность, большое количество разнообразных научных работ за ее авторством (как собственных статей и монографий, так и переводов), и непростой и не всегда гладкий путь в науке, который ей довелось пройти. К примеру, во время войны в эвакуации она учила младшеклассников в одной из рязанских школ, работала библиотекарем в Киргизии, а после начала «лысенковщины», Вере Вениаминовне вновь пришлось на некоторое сменить научную лабораторию на должность главного библиографа в Библиотеке иностранной литературы.

Но раз за разом она возвращалась к главному делу своей жизни – научным исследованиям. Много лет, она, как и академик Николай Васильевич Цицин, занималась вопросами отдаленной гибридизации – одного из тех научных направлений, где отечественные ученые не просто получили замечательные, выдающиеся результаты, но фактически вывели советскую (российскую) науку на лидирующие позиции в мире, которые сохраняются до сих пор. «Последний год показал, что нам надо в первую очередь сосредотачиваться на том, что у нас хорошо получается. И отдаленная гибридизация – одно из таких направлений», - подытожил свое выступление Николай Петрович Гончаров.

Пресс-служба ИЦиГ СО РАН

Участники прошедшего в минувшую пятницу заседания Клуба межнаучных контактов попытались представить свои версии возможного развития Новосибирского научного центра. В чем-то они были схожи — практически все они соглашались с тем, что Академгородку необходимо обрести субъектность, без чего нельзя формировать стратегию развития.

«Сейчас мы просто часть Советского района, на карте города нет места с названием «Академгородок», и возникает вопрос: а что такое Академгородок, где он расположен, в каких границах. Надо сначала определиться с территорией, а потом уже говорить о ее развитии», — сформулировала общий посыл президент ассоциации «СибАкадемСофт» Ирина Травина.

С этим тезисом соглашались и другие выступающие, да и по вопросу, где находятся границы Академгородка, споров особо не было (равно как и так называемого «Большого Академгородка», включающего Кольцово и часть территории Барышевского сельсовета). Зато возможных путей развития и «точек роста» было названо сразу несколько, и каждая из них заслуживает внимания.

Первый заместитель председателя СО РАН, директор Института теплофизики им. С. С. Кутателадзе СО РАН, академик РАН Дмитрий Маркович напомнил, какую роль в свое время сыграл Академгородок. С одной стороны, он стал резервным центром научной системы страны, удаленным от границ, что было важным фактором в условиях разворачивающейся холодной войны. А с другой — стал экспериментальной площадкой, на которой проверили новый способ организации науки вместо классических западных университетских городков. Эксперимент оказался удачным, и его стали тиражировать ─ новые академгородки строили по всей стране и за ее пределами. Именно новосибирским Академгородком вдохновлялись проектировщики японской Цукубы, китайского Синхротрона (в границах Пекина), бельгийской коммуны Лувен-ла-Нёв.

Но времена изменились, и сегодня наукограды уже не строят, приходит время для новых форм, отметил ученый. И, как и в прошлый раз, новосибирский Академгородок вполне может стать первопроходцем на этом пути, моделью, которую затем можно будет тиражировать в масштабах России, обеспечивая настоящий, а не декларируемый технологический суверенитет. «Нам не надо стремиться к завершению заделов «отцов основателей», необходимо думать на полвека вперед. И анализ первого Академгородка показывает, что на таком горизонте могут радикально меняться не только механизмы достижения целей, но и сами цели», ─ подчеркнул Дмитрий Маркович.

Современный тренд развития мировых научно-инновационных центров направлен на технологические зоны и долины. В качестве примера академик привел Оксфорд и Кембридж, которые фактически объединились в единое пространство (англичане называют его Оксбриджем), и там сейчас наблюдается взрывной рост экономики за счет спин-аутов (компаний с участием университетов, внедряющих результаты их научной работы).

Схожие задачи, по его мнению, стоят сегодня и перед Сибирским отделением РАН, которое должно не просто стать интегратором работы научных учреждений, но и само превратиться в институт развития. «Известно, что в Новосибирске практически нет офисов крупнейших российских компаний. Но они придут сюда, если у нас будут нужные им кадры и компетенции», — уверен Дмитрий Маркович.

Способы обеспечения опережающего темпа развития тоже хорошо известны, и их не надо «изобретать». Это построение замкнутого цикла «интеллект — деньги — интеллект», когда доходы, полученные на территории, становятся инвестициями в ее развитие. Это развитие запускает дополнительные механизмы притяжения интеллектуального и финансового капитала. Также важны механизмы дифференциации территории (специальный правовой режим, местное управление своей стратегией развития и инвестициями) и ориентация на востребованность производимого продукта на глобальных рынках. Но каждый из этих инструментов, в свою очередь, требует субъектности территории, что возвращает к вопросу о необходимости определенного самостоятельного статуса у Академгородка. Не как самоцели, а как способа запустить перечисленные инструменты.

Впрочем, в выигрыше останутся все. Ведь даже обретя административную независимость, Академгородок останется на прежнем месте. И развиваясь сам, будет способствовать развитию экономики Новосибирска и области. Если пойти по такому пути, заключил академик, вполне возможно, что к середине следующего десятилетия Академгородок станет научной столицей России де-факто. «Все предпосылки для этого у нас есть: и выгодное географическое положение, и мультидисциплинарность, и высокая концентрация интеллектуального капитала, нужно просто грамотно ими распорядиться», — заключил он.

Ирина Травина в свою очередь предложила взглянуть на развитие Академгородка с другого ракурса. «Главным источником развития сегодня является человеческий капитал. По сути, либо мы вступаем на путь конкуренции за мировые таланты, либо обречены на стагнацию», — заявила она.

И сегодня в этом плане в Академгородке все не очень хорошо, что показывает высокий процент покидающих его выпускников школ и Новосибирского государственного университета. Во многом этому способствует невысокий уровень качества жизни, который может предложить молодежи его территория, считает Травина, и этот упрек адресован прежде всего руководству города.

«Политика мэрии в отношении застройки Академгородка не предусматривает сохранения его «неписаных принципов». По сути, планы мэрии по застройке могут привести к потере идентичности, к еще более плохому социальному обеспечению, к еще более сильной перегрузке улично-дорожной сети», — отметила она. К слову, на заседании Клуба были и представители муниципалитета, но в ответ на эти упреки предпочли отмолчаться.

Ирина Травина также считает, что выход из ситуации может быть найден через обретение Академгородком самостоятельного статуса, а хорошим первым шагом на этом пути может стать присвоение ему статуса муниципального округа в составе Новосибирска, что, как минимум, даст ответ на вопрос, а где на карте находится Академгородок, каковы границы территории, о развитии которой идет речь. Она напомнила, что «старый» Академгородок прижат к границе Новосибирска и не имеет возможности дальнейшего развития в рамках Советского района. Поэтому центром притяжения молодежи и одним из главных «локомотивов роста» вполне способен стать «Смарт-сити», который предполагается построить между Академгородком и Кольцово.

Еще одного кандидата в такие «локомотивы» предложил генеральный директор АО «Академпарк» Дмитрий Верховод. Он напомнил, что в 2022 году резиденты Академпарка получили выручку в 40 млрд рублей, в которой добавленная стоимость составляет около 24 млрд. «Если посмотреть статистику 2020 года, то отрасль ИТ дала 4,1% валового регионального продукта. Для сравнения: строительство и сельское хозяйство, которые считают одними из главных отраслей областной экономики, дали по 5% этого продукта. То есть деятельность, которую ведет часть Академгородка и Академпарка, имеет в экономике сопоставимую с этими отраслями долю», — отметил Верховод.

Но совсем иную картину мы видим в распределении господдержки различных отраслей. Один из самых действенных механизмов такой поддержки создан постановлением правительства в 2021 году: области позволили не возвращать кредиты, полученные из федерального бюджета, а вкладывать их в новые инвестиционные проекты, при условии, что налоги, полученные от их реализации, превысят суммы, не возвращенные в федеральный бюджет.

Таким образом было распределено 9 млрд рублей, 1,9 млрд получил Академпарк, еще 2 млрд — Агентство инвестиционного развития Новосибирской области на развитие промышленно-логистического парка. «Остальное ушло девелоперам, на освоение земельных участков с последующей их продажей под жилищную застройку. То есть большая часть средств пошла не на развитие, а на поддержку отрасли, которая на самом деле в валовый региональный продукт дает не так много, как могло показаться», — подчеркнул он.

По его словам, необходимо менять приоритеты, обосновать выгоду и перспективу инновационной и научной деятельности. Как образно выразился Верховод, доказать областной власти, что тот же Академпарк — это машина, которая дает области стабильный доход, и вложения в его развитие окупаются быстрее, чем в других отраслях, включая девелопмент.

Роль определяющей силы в дальнейшем развитии Академгородка вполне может сыграть и Новосибирский государственный университет, уверен его ректор, академик РАН Михаил Федорук. По крайней мере, такая попытка уже была в 2013–2014 годах, в разгар реформы Академии наук. Тогда тоже остро зазвучал вопрос, какое будущее ждет Новосибирский научный центр, кто вместо СО РАН может выступить интегратором работы его научных институтов. В качестве одного из вариантов предлагался как раз НГУ, в формате создания Научно-образовательного инновационно-технологического центра «СО РАН — НГУ». Эту инициативу поддержали и тогдашний руководитель СО РАН академик Александр Асеев, и министр образования Дмитрий Ливанов, да и правительство РФ в целом. Но резко против выступила РАН в лице ее президента, академика Владимира Фортова. И проект, как говорится, не взлетел. Однако это не значит, что тот вариант стоит отбросить навсегда. В конце концов, ранее уже приводился успешный пример Оксбриджа, который развивается вокруг двух старейших английских университетов. Да и неслучайно одним из двух реализуемых в настоящее время пунктов программы «Академгородок 2.0» стал новый кампус университета.

В целом же, словно подводя некий промежуточный итог дискуссии, Федорук констатировал: «Мы говорим, говорим, говорим, но ничего не происходит…» И предложил начать наводить порядок с состоянием Академгородка хотя бы на том уровне, где можно это делать уже сегодня, напомнив знаменитое булгаковское выражение, что разруха начинается в головах.

Обсуждение продолжалось еще некоторое время, практически все его участники сходились в том, что статус Академгородка надо пересматривать, и это позволит использовать потенциал территории на порядок эффективнее. Но проблема заключается в том, что никто из выступавших не имеет полномочий для инициирования этого процесса. А присутствовавшие (в онлайн-режиме) представители мэрии и областного руководства от комментариев по этому поводу воздержались. Это может говорить о понимании, что Академгородок — это ценный актив, и городским властям совсем не хочется с ним расставаться. Но также и о том, что ни у мэрии, ни у областного правительства нет своего альтернативного плана его развития в существующем административном статусе, который можно было бы представить в качестве противовеса аргументам за выделение Академгородка из Новосибирска. И вопрос останется подвешенным. Главное, чтобы за это время поезд, как говорится, не ушел.

«Нас пугают, но нам не страшно» - наверное, так мог бы высказаться руководитель не одной страны относительно панических разговоров по поводу глобального потепления. Примерно месяц назад  Генеральный секретарь ООН Антониу Гуттериш в очередной раз заявил о надвигающейся климатической катастрофе, сославшись на данные последнего доклада МГЭИК. По его образному выражению, человечество находится сейчас на тонком льду, который быстро тает. Углеродные выбросы не снижаются, глобальная температура растет, а значит, нас ждут настоящие казни египетские. Чтобы предотвратить катастрофу, Гуттериш предложил ускорить процесс отказа от ископаемого топлива, включив данное решение в повестку дня. В первую очередь речь идет об отказе от строительства новых угольных электростанций и полном отказе от угля к 2030 году для стран ОЭСР, и к 2040 году – для всех остальных стран.

Конечно, ничего нового для нас здесь не прозвучало. Разговоры об ускоренной декарбонизации ведутся уже не первый год, однако на глобальном уроне никаких серьезных перемен в плане снижения выбросов, не происходит. Скорее, наоборот. По итогам прошлого года выбросы от ископаемого топлива достигли рекордно высокого уровня. Причем, на уголь пришлось не менее 40% выбросов в общем объеме. Как мы уже знаем, немалую лепту в это дело вносят такие бурно развивающиеся страны, как Китай и Индия. Совокупно мировое производство электроэнергии за счет угля в прошлом году не только не снизилось, но даже выросло на 0,6 процента.

Сколько бы ни велось разговоров о выходе угольной энергетики на пик, о долгосрочном спаде угледобычи и тому подобном, на ближайшие десятилетия намечено возведение новых угольных электростанций в том же Китае, в Индии, в Индонезии. В этой связи эксперты не исключают, что угольная энергетика сохранит свое серьезное значение для мировой экономики вплоть до 2050 года. Данный сценарий энергоперехода вытекает из анализа конкурентоспособности ключевых секторов экономики, когда не вводятся ограничительные меры так называемой климатической политики. Хотя при этом допускается, что доля мировых потребностей в угле к указанному сроку может упасть с нынешних 36% до девяти процентов. В данном сценарии Китай всё еще остается крупнейшим потребителем угля, хотя мощности угольной генерации могут упасть более чем на 70 процентов. Что касается Индии, то ее потребность в угле будет расти на протяжении 2030-х годов, прежде чем пойдет на убыль.

В целом развивающиеся страны пытаются найти баланс между необходимостью экономического роста и решением климатических проблем. Тем не менее, экономические проблемы могут оказаться важнее, и по этой причине потребление угля станет расти, поскольку растущая экономика увеличит спрос на электроэнергию. Причем, на дешевую электроэнергию, выработка которой будет осуществляться благодаря углю ввиду его относительной дешевизны в сравнении с другими источниками энергии. Именно так обстоят дела во многих азиатских странах. Если брать Китай, то он регулярно обновляет парк угольных ТЭС. Почти 90% угольных электростанций в этой стране эксплуатируется менее 20 лет! В Индии данный показатель составляет как минимум 80 процентов.

Понятно, что «угольные» активы азиатских стран могут спокойно работать еще десятки лет. Следовательно, график ускоренного отказа от угля, озвученный Генеральным секретарем ООН, для «азиатских тигров» не является актуальным. Да и вообще - реалистичным с точки зрения экономических интересов. И в самом деле: насколько разумно закрывать угольные электростанции под предлогом «спасения планеты», если они еще не выработали своего ресурса и не вернули инвестиционные вложения? Да еще в условиях набирающей силу конкуренции со странами коллективного Запада.

Что касается западных стран, то там срок эксплуатации многих угольных электростанций уже перевалил за 30 лет. На сегодняшний день эти ТЭС уже не так эффективны и не соответствуют современным требованиям. Мало того, они не приспособлены для быстрого переключения мощности, в результате чего их работу очень сложно согласовывать с работой «зеленой» генерации, зависящей от погодных условий. По этой причине угольные электростанции в США и в Европе физически готовы к тому, чтобы их досрочно «отправили на пенсию». Поэтому для западных стран отказ от угля по ускоренному графику вполне возможен.

Тем не менее, необходимо понимать, что отказ от угольной генерации напрямую связан с государственной политикой. Иначе говоря, он не вытекает сам по себе из некой экономической целесообразности. Эксперты обращают внимание на то, что для ускоренного энергоперехода приходится использовать финансовые рычаги, переключая поток денежных средств с ископаемого топлива на «чистую» энергию. Согласно расчетам, чтобы реализовать график ускоренной декарбонизации в целях достижения нулевых выбросов, необходимо добиться того, чтобы к 2040 году объемы инвестиций в «зеленый» сектор выросли как минимум в шесть раз -  с нынешних 1,3 триллиона долларов до 7,9 триллионов долларов. Это еще раз говорит о том, что создание так называемой «низкоуглеродной» экономики осуществляется не в условиях свободной рыночной конкуренции технологий, а благодаря целенаправленному вмешательству со стороны властей, «корректирующих» денежные потоки в нужном направлении (применяя и метод кнута, и метод пряника).  

Главный парадокс сложившейся ситуации в том, что судьба энергетического перехода западных стран (которые как раз и демонстрируют пример ускоренной декарбонизации) технологически зависит от производственных мощностей того же Китая, ускоренно «омолаживающего» свою угольную генерацию. К примеру, в прошлом году 95% импорта солнечных панелей пришлось как раз на Китай. Это касается и другого оборудования, необходимого для «озеленения» энергетики. Так, аккумуляторы, произведенные в Китае, оказываются на 33% дешевле, чем произведенные в Европе. Одна из причин (а их несколько) дешевизны китайских товаров связана с тем, что китайская индустрия получает относительно дешевую энергию, значительная часть которой производится на угольных электростанциях!

Как видим, возникает порочный круг: чтобы осуществить «зеленый» энергетический переход, необходим массовый выпуск соответствующего оборудования. А для него нужна дешевая энергия. Больше всего такой дешевой энергии производится с помощью «грязного топлива», от которого борцы за «зеленое» будущее предлагают избавиться как можно скорее. В настоящее время и американцы, и европейцы совершают много усилий для преодоления зависимости от китайских (шире – азиатских) поставок. Тем не менее, именно в Азии, где вовсю используют уголь, осуществляется наращивание производства «зеленого» оборудование, столь необходимого коллективному Западу. Аналогичное производство внутри западных стран в любом случае остается локальным, ориентированным только на внутренний спрос, и потому не способным честно конкурировать с наплывом дешевой продукции из азиатских стран.

Как будут США и Европа выходить из ситуации? Без государственных субсидий, как мы понимаем, дело не обойдется, и именно этот механизм совсем недавно был «включен» в США (вызвав, кстати, критику со стороны ЕС). Ограничатся ли на Западе такой мерой, сказать пока сложно. В этой связи, ввиду активизации технологической войны между глобальным Севером и глобальным Югом, совсем не исключено использование санкций и таможенных барьеров.  Но если всё же будут реализованы и такие радикальные шаги, то можно себе представить, насколько дорогим окажется для нас ускоренный «зеленый» энергопереход, к которому призвал Генсек ООН.

Андрей Колосов