Общее собрание Российской ака­демии наук приняло устав РАН, что предусматривалось зако­ном о реорганизации академии. Это бы­ло принципиально важным, потому что иначе она могла оказаться вне правово­го поля. Правда, замминистра образова­ния РФ Людмила Огородова высказала сомнение, что правительство утвердит устав в таком виде якобы из-за несоот­ветствия закону положения о том, что РАН является научной организацией.

   Но никакого правового противо­речия нет. Достаточно взглянуть на раздел закона о целях и задачах Ака­демии, где прямо написано, что она проводит фундаментальные исследо­вания, что как раз и является призна­ком научной организации. Проблема в другом. В соответствии с законом, что отразилось и в уставе, Академия сегодня не может проводить научных исследований, потому что она лишена структур, где они, собственно, ведутся, — своих институтов, сейчас подведом­ственных Федеральному агентству на­учных организаций (ФАНО).
   В нынешних условиях эта задача, так же, как и проведение экспертизы, просто нереализуема. Закон действи­тельно превратил Академию наук в клуб ученых, и устав при всем желании его составителей никак за эти ограни­чения выйти не мог.

   Что произошло за время после при­нятия закона? По признанию руковод­ства Академии, директоров институтов и профсоюза РАН, налажен достаточно конструктивный разговор с Федераль­ным агентством научных организаций.
    ФАНО пытается прислушиваться к уче­ным, и это радует. Хорошо и то, что Пре­зидент РФ Владимир Путин наложил мо­раторий на организационные изменения в течение года, что также способствова­ло известной стабилизации. Но в целом складывается впечатление о глубокой депрессии научного сообщества. Реаль­но не понятно, как система будет функ­ционировать, не понятна судьба буду­щих организаций. Хотя на собрании это настроение и не проявлялось, поскольку участь Академии в целом решена, и все уже больше интересуются судьбой сво­его подразделения и института.

   К сожалению, в связи с принятыми решениями возникла серьезная опас­ность для обвала российской науки. Уже сейчас принципиально меняется отношение молодежи к работе в Ака­демии. Неопределенность в отношении будущего обернулась тем, что они уже не стремятся в Академию наук, а те, кто в ней работает, интенсифицирова­ли поиски работы в других местах, в том числе за рубежом.

   Кроме того, сегодня на первый план выходит вопрос о роли научных инсти­тутов. Не исключается вариант пре­вращения институтов в простые бюро­кратические надстройки над конкури­рующими за гранты лабораториями и отдельными учеными. Каким-то отдель­ным группам, возможно, это принесет выгоду, но будет сопряжено с потерей целостности управления наукой.
   Особенно печально, что это проис­ходит в ситуации, когда в силу извест­ных причин роль науки может оказать­ся очень востребованной.

   Мне, честно говоря, кажется, что ра­но или поздно — лучше рано — придет­ся искать разумный выход из сложив­шегося положения. Нельзя отыграть на сто процентов все назад, да и, наверное, не нужно. Но нужно обязательно вос­создать систему научного самоуправ­ления. Она объединяла институты, ве­дущие фундаментальные исследования. И новая организация должна обладать многими правами из тех, что были у РАН. В частности, и правом распреде­ления выделяемых обществом ресур­сов между различными направлениями исследований. В противном случае нас ожидает фрагментация, распадение на отдельные группки, борющиеся за вы­деление грантов.

   ФАНО образовано под предлогом управления имуществом, а уже сей­час возникают проблемы разделения приданных ему функций между ним и Росимуществом. ФАНО просто в силу своего статуса не может не выполнять функции по управлению самой наукой, поскольку утверждает госзадания уч­реждениям.

   Россия, к сожалению, может быстро лишиться, и уже лишается, позиции фундаментальных исследований. Если стране нужна наука, значит, нужно воссоздать для нее условия нормального функционирования. И, прежде всего, воссоздать самоуправление научного сообщества, дать возможность людям работать, и особенно в фундаментальной науке, самостоятельно определять направления исследований. Лучше ученых никто все равно это сделать не может.

Одна из главных задач, стоящих перед разработчиками технологий производства солнечных батарей (фотовольтаики), – сделать батарею с высоким КПД, но при этом – с низкой себестоимостью. По словам экспертов, как только стоимость 1 КВт станет меньше 1$, мы станем свидетелями бурного расцвета солнечной энергетики. Сегодня существует несколько подходов к решению проблемы удешевления производства таких солнечных батарей. Наиболее распространенный - применение концентраторов света. Вкратце это выглядит так: небольшой по площади (а значит - недорогой) элемент солнечной батареи размещают за линзой, которая превосходит его по площади в десятки, а то и сотни раз, которая собирает солнечные лучи и фокусирует их на элементе. В результате, можно получать нужный объем энергии при значительной экономии на полупроводниковом материале.

По такому пути, в частности, пошли в Национальном Ченг Кунг университете (Тайвань), где был создан комплекс, обеспечивающий электричеством целый город. Как видно на фото, он представляет собой целое поле сборных панелей. Каждая из них состоит из линз размером 10х10 см, за которыми располагаются элементы батарей размером всего 10х10 мм. Таким образом тайваньские конструкторы добились 100-кратной экономии на материале.

А недавно их опыт изучала представительная делегация новосибирских исследователей из Института физики полупроводников СО РАН во главе с зам. директора Института по научной работе профессором Олегом Пчеляковым.

- Мы смогли посмотреть всю технологическую цепочку, начиная от выращивания гетероструктур и производства самих элементов батареи, до сборки установок и эксплуатации в полевых условиях. Практически на каждом из этапов мы нашли немало интересного и для себя.

Интерес новосибирских ученых совсем не праздный. В ИФП тоже не первый год работают над задачей удешевления процесса получения солнечной энергии и повышения эффективности самих батарей.

В частности, за счет использования арсенида галлия нашим исследователям удалось повысить КПД батарей на основе отечественных гетероструктур до 22%, что соответствует лучшим мировым показателям. Для сравнения – у большинства элементов, поступающих в массовую продажу, КПД – 5-6%, а у лучших образцов на основе кремния – 14%

А теперь представьте, что получится, если соединить эти результаты с концентраторами света. Это и является главной целью совместного проекта ИФП и университета Ченг Кунг.

О перспективности этого подхода говорит и то, что на нем основано несколько мега-проектов, которые сейчас намерены реализовать немецкие и японские производители в африканской пустыне Сахара. Там они намерены возвести огромные солнечные электростанции, которые смогут обеспечить электроэнергией чуть ли не половину Евросоюза. Правда, пока проекты находятся на стадии деклараций о намерениях. Но уже известно, что в основу будет положена как раз технология концентраторов. А учитывая, что Германия  - абсолютный мировой лидер в области фотоэнергетики, мощность солнечных станций этой страны достигла почти 18 ГВт, можно ожидать, что между заявлениями и их практической реализацией пройдет не так уж много времени.

Причем, ошибочно думать, что солнечная энергетика малопригодна для «холодной» России. Количество солнечных дней в Новосибирской области (около 250 за год) вполне позволяет использовать солнечные батареи с неплохой эффективностью. И сегодня главное препятствие – как раз стоимость солнечных батарей.

– За последние несколько лет было несколько проектов создания производства дешевых солнечных батарей в России. В них вкладывали немалые средства, но все они по разным причинам окончились неудачей. И часто эти причины трудно назвать объективными, – рассказывает Олег Пчеляков. – Например, когда по линии «Роснано» миллиарды вкладывали в проект производства поликремния для батарей на базе компании «НИТОЛ», я входил в число экспертов. И тогда мне бросилось в глаза, что большая часть тех, кого привлекли в этот проект, не обладала необходимым опытом в этой сфере. И в результате, построили предприятие, которое выдавало продукцию, не соответствующую требованиям рынка. Производство пришлось закрыть. А сегодня инвесторы и вовсе не спешат вкладываться в производство российских батарей, потому что проще и выгоднее покупать китайские аналоги.

И тогда мне бросилось в глаза, что большая часть тех, кого привлекли в этот проект, не обладали необходимым опытом в этой сфере. И в результате, построили предприятие, которое выдавало продукцию, не соответствующую требованиям рынка. Производство пришлось закрыть. А сегодня, инвесторы и вовсе не спешат вкладываться в производство российских батарей, потому что проще и выгоднее покупать китайские аналоги.

- Есть ли выход из этой ситуации, или отставание стало непреодолимым?

- Ситуацию можно изменить только по принципу «обгонять, не догоняя». Необходимо создать принципиально новую технологию и достаточно быстро развернуть производство на ее базе. Этим и занимается сегодня наш Институт. А наш главный партнер - Физико-технический институт им. А.Ф. Иоффе (Санкт-Петербург). У них работу по этому проекту возглавляет Вячеслав Михайлович Андреев. Это очень известный ученый, первый аспирант Нобелевского лауреата Алферова, сам он – лауреат Ленинской и Государственной премий, создатель солнечных батарей для станции «Мир». Так что, уровень компетенции ученых, поддержавших наш проект, достаточно высок. И первые результаты уже есть. Мы создали уникальное оборудование, которое позволяет нам выращивать полупроводниковые гетероструктуры (основа для элементов солнечных батарей) с уникальными характеристиками. Уверен, что изучение тайваньского опыта позволит нам еще больше приблизиться к конечной цели проекта: созданию российской индустрии высокоэффективных солнечных батарей.

С 24 по 30 апреля 2014 года пройдет «Экологическая неделя в Академгородке», которая объединит акции по посадке деревьев и очистке зеленых зон Академгородка от мусора, сбору ресурсов на вторичную переработку и дискуссионную площадку!

Проект реализуется по инициативе Совета научной молодежи Сибирского отделения Российской академии наук совместно с Общественным фондом «Академгородок» и Сибирским экологическим центром при поддержке мэрии города Новосибирска.

Академгородок создавался как город «диффузного» типа - город-лес для того, чтобы ценить городскую среду и близость к природе. Большая озеленённость создает комфортную среду для научной, учебной и творческой деятельности, для занятий спортом и отдыха. Но для поддержки здорового существования зеленых насаждений в городской среде требуется постоянное внимание человека: санитарная вырубка, уборка сухостоя.

В советское время от каждого института работники участвовали в субботниках и выполняли такую работу, чистили лес. Уже давно такая работа не ведется. Вопрос об ответственности за лес внутри и вокруг Академгородка по факту является открытым. Получается так, что инициативные граждане и экологические организации проводят свои небольшие мероприятия: от чистки своего двора и любимых тропинок до массивов леса, за которым никто не следит.

Во время нашей акции мы хотим не только убрать территорию леса, где жители гуляют сами, с детьми, катаются на лыжах и ходят по тропинкам на работу, но и провести научно-популярные встречи и дискуссии на тему городских лесов, и Академгородка как примера, обратить внимание на правильный сбор и утилизацию вторсырья и обязательно посадить новые деревья.

Когда человек, особенно маленький, садит небольшой тоненький саженец сосны и рядом видит большое дерево, которому потребовалось много лет, чтобы стать таким, он совсем по-другому относится к тому дару, который у нас есть – к лесу, который мы должны оберегать и защищать.

Присоединяйтесь к нашей акции, и вместе мы поможем нашему любимому Академгородку оставаться самым милым местом на Земле!

Наш адрес в интернете: http://vk.com/eco_week, www.facebook.com/events/598876433530182

Братющенко Светлана

Телефон для справок: 8-913-923-19-29 Светлана.