Что было общего между «Железной леди» Маргарет Тэтчер и 40-м президентом США Рональдом Рейганом (кроме схожести их политических взглядов)? Оба они на старости лет пострадали от деменции. И хотя им были поставлены разные диагнозы, симптоматика была схожей. В обоих случаях речь шла о поражении клеток головного мозга.

Судьба этих двух ярких политиков недавнего прошлого стала своеобразным сигналом для всего человечества. Рейган, которому был поставлен диагноз «болезнь Альцгеймера», до того, как полностью лишился памяти, даже написал послание американскому народу. В нем он рассказал о своей болезни, объясняя этот шаг желанием привлечь внимание общественности к данному недугу и избавить от чувства стыда семьи, столкнувшиеся с деменцией своих близких. 

Послание оказалось актуальным и своевременным. Сегодня ученые заговорили о деменции как об эпидемии XXI века, переходящей в неинфекционную пандемию из-за взрывного и неконтролируемого числа заболевших во всех странах мира. Так, если в 1990-е годы насчитывалось примерно 25 миллионов человек с деменцией, то к нашему дню данный показатель превысил 57 миллионов человек (то есть рост составил 140%). Причем, главными драйверами роста являются теперь не только развитые страны, но также Китай и Индия. Согласно прогнозам ВОЗ, если не будет найдено радикальное лекарство, то к 2050 году число людей с различными видами деменции (включая болезнь Альцгеймера, которая здесь лидирует) достигнет 140-150 млн человек.

Об этой угрозе напомнил в своем пленарном докладе знаменитый российский генетик - академик РАН Евгений Рогаев, принявший участие в 15-й Международной мультиконференции «Биоинформатика регуляции и структуры геномов/системная биология» (BGRS/SB – 2026), которая традиционно состоялась на территории новосибирского Академгородка 6-11 июля этого года.

Напомним, что Евгений Иванович Рогаев является ученым с мировым именем. Его главная заслуга заключается в том, что он внес один из самых фундаментальных вкладов в историю изучения болезни Альцгеймера, открыв ее ключевые генетические причины. Главный вопрос, который был им затронут в упомянутом пленарном докладе: является ли болезнь Альцгеймера просто ускоренной формой старения мозга или это отдельная патология, отдельное заболевание? Он подчеркнул, что мы уже на грани перехода этой болезни к масштабу пандемии, но от нее о сих пор нет никаких эффективных лекарств.  Даже для онкологии уже есть какие-то препараты, а вот средств от деменции еще не получено.

И тем не менее ученый уверен, что деменцию можно будет лечить. В этой связи он сослался на эксперимент начала 1920-х годов, когда австрийский психиатр Юлиус Вагнер-Яурегг открыл терапевтический эффект заражения малярией при лечении прогрессивного паралича. За это открытие ему была присуждена Нобелевская премия. Прогрессивный паралич имел еще одно название – «нейропаралитическая деменция», которая являлась поздней, терминальной стадией нейросифилиса. В те годы она считалась неизлечимой, вызывала быстрое слабоумие и паралич, приводя к 100-процентной смертности в течение нескольких лет.

Вагнер-Яурегг обратил внимание на то, что у пациентов с психозами наступало улучшение после того, как они переносили инфекции, сопровождавшиеся высокой температурой. Тогда он намеренно заразил малярией больных нейросифилисом, перелив им кровь от раненых солдат, страдавших от этой инфекции. Высокая температура тела, поднимавшаяся до 40 градусов, буквально «сжигала» бактерию-возбудителя сифилиса (бледную трепонему) в головном мозге пациентов. Затем оставалось лишь вылечить малярию, что уже тогда научились делать без всяких проблем с помощью хинина. Конечно, после изобретения пенициллина этот метод лечения стал считаться устаревшим, однако он рассматривается как весьма успешный и показательный опыт в области биологической психиатрии, который можно принять во внимание при поисках средства против деменции.

Сегодняшние генетики ссылаются на этот опыт, подчеркивая фундаментальный медицинский принцип: использование контролируемого стресса для активации защитных систем клеток мозга. Правда, в отличие от эксперимента Вагнера-Яурегга, который «выжигал» трепонему, современная биомедицина пытается с помощью аналогичного шока заставить мозг самостоятельно растворять токсичные белки (амилоидные бляшки и тау-клубки).

Например, ученые тестируют химические соединения, которые имитируют эффект высокой температуры без необходимости заражать человека инфекцией. Как показали эксперименты на трансгенных мышах, такие вещества способствуют «распутыванию» токсичных белковых бляшек и выведению их из тканей мозга. Есть также клинические исследования по воздействию инфракрасного излучения на пациентов с ранними когнитивными нарушениями. Ученые установили, что регулярное кратковременное повышение температуры усиливает микроциркуляцию в мозге и открывает барьер для вывода «белкового мусора». При этом временно активируется процесс аутофагии, при котором клетки утилизируют собственные поврежденные компоненты. 

Что касается академика Евгения Рогаева и его команды, то их главная заслуга в том, что они открыли гены пресенилинов. Эти гены кодируют ферменты-протеазы, которые «режут» белки внутри клеточной мембраны. Если данный фермент работает неправильно, то образуется дефектный белок (патологический бета-амилоид), вызывающий слабоумие. Благодаря этому открытию лаборатории многих стран проводят сегодня эксперименты, цель которых заключается не в том, чтобы заблокировать упомянутый фермент полностью (это может быть опасно), а в том, чтобы скорректировать его работу с помощью малых молекул. То есть добиться того, чтобы он разрезал белки «правильно», не создавая бляшек.

Фактически, работа команды академика Евгения Рогаева заложила под этот процесс генетический фундамент, который полностью изменил стратегию поиска лекарства от болезни Альцгеймера и напрямую привел к концепции модуляторов гамма-секретазы – сложного молекулярного комплекса, выполняющего роль «внутримембранных ножниц». В данном случае речь идет о конвейере из четырех разных белков, куда как раз входят упомянутые выше пресенилины – «сердце и мотор» всего комплекса. Команда академика Рогаева как раз изучала мутации в генах пресенилинов, которые становятся главной причиной ранней наследственной формы болезни Альцгеймера. Это открытие было сделано еще в середине 1990-х годов и именно оно очень сильно повлияло на современные эксперименты в данной области исследований.

До работ Рогаева фармацевтические компании пытались создавать полные блокираторы гамма-секретазы. Однако открытие пресенилинов показало, что мутации не «выключают» фермент, а заставляют его работать неаккуратно, производя опасный длинный бета-амилоид вместо безопасного короткого. В итоге эксперименты переориентировались. Вместо того, чтобы грубо разрушать фермент, ученые стали искать молекулы-модуляторы, которые связываются с пресенилином и работают как его «исправители». Они заставляют его точнее удерживать белковую цепь и разрезать ее правильно.

Еще один важный момент. Как отметил Евгений Рогаев, эксперименты на обычных лабораторных мышах бесполезны для поиска таких молекул-модуляторов, поскольку грызуны не болеют человеческой формой деменции.  Поэтому на основе конкретных мутаций в генах, исследованных командой Рогаева, ученые создали трансгенные линии мышей. Сегодня именно на этих «рогаевских» мышах поверяется эффективность всех новых модуляторов.  

Кроме того, нельзя не отметить еще один важный аспект исследований команды академика Рогаева. Так, генетические исследования долгожителей показали, что у некоторых людей к 90 годам мозг заполнен амилоидными бляшками, но деменция не развивается, поскольку их нейроны оказываются устойчивыми к токсинам. Поэтому ученые также ищут генетические факторы этой устойчивости. В данном случае препараты должны быть направлены на защиту соединений между клетками от разрушения, чтобы мозг мог нормально функционировать даже в условиях патологии.

Таким образом, ученые приходят к выводу, что генетические бляшки запускают патологический каскад, но сами по себе они не являются прямой причиной гибели нейронов. Сегодня это самый обсуждаемый и интригующий парадокс в нейробиологии, и исследования генетиков – включая команду академика Рогаева – помогают его объяснить.

Здесь всё встает на свои места, если болезнь Альцгеймера разделить на два разных генетических типа. В первом случае, когда мы сталкиваемся с ранней (наследственной) формой, у клеток мозга нет шансов защититься, поскольку каскад разрушений запускается в относительно раннем возрасте (30-50 лет). В этом случае деменция развивается со 100-процентной неизбежностью, и «амилоидных долгожителей» просто не появляется.

Совсем по-другому происходит развитие данного сценария после 80 лет. У таких здоровых долгожителей амилоидов может быть очень много, но их нейроны имеют генетическую устойчивость и не позволяют запустить патологию. Отсюда следует, что бляшки амилоида являются фактором риска и триггером, но не окончательным приговором. В свете сказанного команда академика Рогаева приходит к заключению, что амилоид запускает болезнь, но вот то, разовьется ли из-за этого деменция или нет, зависит уже от генетической способности конкретного мозга сопротивляться токсинам. По этой причине современная биомедицина нацелена на создание комбинированных лекарств, которые одновременно убирают «амилоидный мусор» и стабилизируют внутреннее состояние клеток мозга. 

И хотя эффективного препарата до сих пор не создано (как подтверждает сам академик Рогаев), путь к его созданию, судя по всему, уже понятен.

Константин Шабанов

Группа российских ученых разработала математическую модель для прогнозирования распространения туберкулеза в регионах РФ и проверили ее на данных пяти субъектов с самой высокой заболеваемостью. Модель указывает, что для борьбы с инфекцией нужно увеличить охват населения рентгеновскими исследованиями и применять чувствительные методы для диагностики заболевания, сообщила доктор физико-математических наук, сотрудник университета "Сириус" Ольга Криворотько.

"Туберкулез, как и другие заболевания, мутирует, изменяется, и модели тоже должны адаптироваться. Более того, возникают другие коинфекции, которые влияют на распространение и на этиологию заболевания, поэтому это тоже нужно учитывать. <...> Мы в содружестве с медиками построили математическую модель распространения туберкулеза <...> и попробовали ее валидировать на реальных данных регионов страны", - сказала она на конференции "Биоинформатика регуляции и структуры геномов / системная биология" в Новосибирске.

Особенность модели в том, что она учитывает тех, кто болеет скрытой формой туберкулеза, которая может перейти в открытую. Затем исследователям удалось вывести формулу для расчета распространения инфекции. В нее входит параметр, отражающий контагиозность (заразность) туберкулеза, а также показатели частоты выявленного заболевания. Формула позволяет выделить закономерность, которая влияет на распространенность наиболее опасных клинических форм туберкулеза, тех, при которых происходит выделение бактерий, несущих высокий риск заболеваемости и летальности.

Для проверки модели ученые использовали данные из Республики Алтай, Новосибирской области, Забайкальского края, Иркутской области и Республики Тыва. Как отметила Криворотько, это связано с тем, что в этих регионах сохраняется высокий процент штаммов с повышенной лекарственной устойчивостью. Этот фактор учитывался при построении модели. В результате проверки исследователи сделали выводы о том, от чего зависит уровень заболеваемости в регионах.

В своем докладе ученый отметила, что неоднородность показателей по туберкулезу в исследованных регионах связана с тем, что в них по разному устроены медицина и социальная поддержка: активность передачи инфекции зависит от того, насколько активно медики выявляют контакты заболевших. На уровень заболеваемости и распространения открытых форм туберкулеза также влияет то, как широко в субъекте проводят рентген обследования и используют точные методы диагностики, в том числе молекулярные. Именно усиление такой работы, по мнению ученых, поможет лучше бороться с туберкулезом.

О конференции

15-я Международная мультиконференция "Биоинформатика регуляции и структуры геномов / системная биология" (BGRS/ SB-2026) проходит с 6 по 11 июля 2026 года на базе Новосибирского государственного университета (НГУ). Организатором выступил Институт цитологии и генетики СО РАН.

С начала 2026 года малые и средние предприятия в сфере научных исследований и разработок привлекли с господдержкой более 2 млрд рублей — в два раза больше, чем за аналогичный период прошлого года. Такие данные приводит Корпорация МСП. Всего в России насчитывается 24,3 тысячи компаний, для которых наука является основным видом деятельности, и еще почти 103,5 тысячи – где научные разработки ведутся как дополнительное направление.
 
Среди регионов — лидеров по числу научных МСП – Новосибирская область занимает одну из ведущих позиций. На нее приходится 3% от общего числа таких компаний по стране. Примечательно, что самое старое в России научное предприятие в этом сегменте было основано именно в Новосибирске – в 1988 году. Оно выпускает измерительные оптические приборы и разрабатывает специализированное ПО. Самый молодой предприниматель в этой сфере – тоже новосибирец, ему 17 лет.

Одним из инструментов, который помогает таким компаниям заявлять о себе и находить партнеров, стал Каталог производителей Новосибирской области. Бесплатная площадка для продвижения локальных брендов создана на базе центра «Мой бизнес» по национальному проекту «Эффективная и конкурентная экономика». Сейчас в каталоге представлены порядка 100 региональных производителей, в том числе наукоемкие предприятия.

Среди них – ООО «МедиКрафт», инновационная компания, резидент «Сколково» и Академпарка. Предприятие ведет полный цикл разработки и производства медицинских изделий, сотрудничая с ведущими НИИ СО РАН. В портфеле компании – медицинские контактные среды для инструментальной диагностики и аппаратной косметологии.

Еще один участник каталога – научно-производственная компания «Алсигем», которая разрабатывает и производит гемостатические средства для остановки кровотечений. Продукция компании предназначена для применения в полевых условиях, в медицине, при чрезвычайных ситуациях, а также в быту и спорте.

Также в каталоге представлено ООО НПП «БиоИнновации» – предприятие, которое занимается разведением шмелей для опыления сельскохозяйственных культур.

«То, что Новосибирская область входит в число регионов-лидеров по числу научных МСП, – закономерность: у нас сильная академическая школа и технологические традиции. Каталог производителей – еще один шаг к тому, чтобы наукоемкий бизнес был не просто заметен, но и доступен для заказчиков из реального сектора», – прокомментировал руководитель центра «Мой бизнес» Михаил Космынин.

Прием заявок на участие в Каталоге производителей открыт на сайте mbnso.ru. Карточка предприятия включает логотип, описание продукции и фотографии. Чтобы присоединиться к проекту, предпринимателю достаточно иметь статус субъекта МСП, соответствовать необходимым кодам ОКВЭД и быть зарегистрированным в Новосибирской области. Дополнительную информацию можно получить в центре «Мой бизнес» по телефону 8 800 600 34 0 или лично по адресу Сибревкома, 9.
 
Информацию подготовили: Дарья Гончарова, Александра Кисилева

Изображение - скриншот Каталога производителей на сайте mbnso.ru

На мультиконференции BGRS/SB‑2026 представлены результаты исследования, которые помогут ускорить создание высокоурожайных сортов.

Исследователи Института цитологии и генетики СО РАН выявили новые генетические локусы мягкой пшеницы, которые устойчиво связаны с ключевыми компонентами продуктивности. Результаты были представлены на 15‑й Международной мультиконференции «Биоинформатика регуляции и структуры геномов / системная биология» BGRS/SB‑2026 в Новосибирске. Работа направлена на создание молекулярных маркеров, которые помогут селекционерам быстрее получать новые высокоурожайные сорта.

Продуктивность мягкой пшеницы – один из главных, но самых сложных для селекции признаков. Она зависит одновременно от множества генов и от условий выращивания, из‑за чего результаты отдельных экспериментов часто плохо воспроизводятся в других климатических и агротехнических условиях. Команда ИЦиГ СО РАН поставила задачу найти именно те участки генома, которые стабильно проявляют свое действие на разном генетическом материале и при разных погодных условиях.

«Наша цель была выявить стабильные локусы, которые воспроизводятся в различных климатических условиях, и подобрать к ним маркеры для селекции сортов с лучшей продуктивностью», – объяснила научный сотрудник ИЦиГ СО РАН, к.б.н. Антонина Киселева.

В своей работе исследователи использовали сразу несколько комплементарных подходов. Они провели QTL‑анализ двух картирующих популяций, полногеномный анализ ассоциаций (GWAS) на коллекции сортов с многолетними фенотипическими данными, а затем независимо проверили результаты на дополнительной выборке почти из 300 сортов мягкой пшеницы различного происхождения. Такой дизайн позволил отфильтровать случайные сигналы и выделить наиболее надежные участки генома. В итоге были обнаружены стабильные локусы на хромосомах 2D, 4A, 5A, 5B, 6A, 6B и 7A, связанные с массой тысячи зерен, числом зерен в колосе и массой зерна с колоса.

Для наиболее перспективных локусов сотрудники ИЦиГ СО РАН разработали KASP‑маркеры, пригодные для практической селекции. В ходе независимой проверки три из них показали устойчивую связь прежде всего с массой тысячи зерен, а также с отдельными компонентами продуктивности и урожайностью в целом.

«Мы подтвердили, что как минимум три маркера стабильно ассоциированы с массой тысячи зерен – одним из ключевых признаков продуктивности мягкой пшеницы», –отметила Антонина Киселева. Эти маркеры можно использовать в программах маркер‑ассоциированной селекции для отбора перспективных растений уже на ранних этапах работы, сокращая сроки создания новых сортов.

Исследование имеет как фундаментальное, так и прикладное значение. С точки зрения базовой науки оно расширяет представления о генетической архитектуре урожайности пшеницы и показывает, какие участки генома наиболее стабильно участвуют в контроле компонентов продуктивности в разных условиях выращивания.

С практической точки зрения, подтвержденные KASP‑маркеры дают селекционерам инструмент для более точного отбора, снижая зависимость от многолетних полевых испытаний и погодных колебаний. Следующий шаг – расширенная проверка разработанных маркеров на более широком наборе сортов и линий в различных эколого‑географических условиях, а также поиск конкретных генов, лежащих в основе выявленных локусов.

Одним из ключевых элементов работы стали биоинформатические методы. Ученые обработали большие массивы генотипических и фенотипических данных, построили генетические карты, провели QTL‑анализ и полногеномный анализ ассоциаций, сопоставив результаты разных подходов.

«Переоценить роль биоинформатики в современной генетике растений невозможно: от фенотипирования до поиска генов‑кандидатов мы опираемся на биоинформатические методы», – подчеркнула Киселева.

По ее словам, участие в конференции BGRS/SB‑2026 позволяет сопоставить свой опыт с результатами других групп, получить обратную связь и идеи для дальнейших исследований в области системной биологии и биоинформатики в селекции.

Пресс-служба Института цитологии и генетики СО РАН

Фото из архива ИЦиГ СО РАН

Исследователи из Института мерзлотоведения им. П.И. Мельникова СО РАН совместно со специалистами Управления автомобильной дороги «Вилюй» и Российского дорожного научно-исследовательского института предложили простой и экономически доступный способ справиться с пучением на дорогах в зонах вечной мерзлоты. Суть метода — добавлять в грунт негашеную известь. Результаты опубликованы в журнале «Геология. Инженерная геология. Гидрогеология. Геокриология» (2026, № 1).

Как объяснили специалисты, изменение климата и повышение среднегодовых температур в криолитозоне активируют процессы разрушения транспортной инфраструктуры. В частности, весной суглинки (глинистые грунты), которые часто используют для строительства дорожных насыпей, переувлажняются, а затем замерзают и в результате вспучиваются. При оттаивании переувлажненного земляного полотна образуются пучины, в покрытии появляются трещины, провалы и колеи.

Это вредит дорожному хозяйству и создает опасные ситуации для водителей. Традиционный способ борьбы с подобными явлениями — замена проблемного грунта на песок или скальную породу, однако это дорого. Доступной альтернативой может стать негашеная известь: при стоимости цемента около 500−600 рублей за 1 кг, негашеная известь стоит примерно 18−25 рублей за 1 кг.

По словам исследователей, негашеная известь при смешивании с влажным грунтом поглощает до 32% от собственного веса воды из окружающего грунта с образованием гашеной извести. При этом влажность грунта снижается, а его пластичность уменьшается. То есть он становится более плотным и твердым.

Специалисты изучили состояние дорог в Центральной Якутии, нашли деформации на 44 участках и взяли пробы грунта. Потом в лаборатории они смешивали грунт с негашеной известью в разных количествах и наблюдали за изменениями свойств.

Так ученые выяснили лучшую пропорцию: если добавить всего 6% извести в грунт, который на 20−40% состоит из воды, он перестает вспучивать от мороза. То есть дорога на таком грунте не будет трескаться и проваливаться зимой. При этом температура самого грунта почти не меняется — а это важно, чтобы не нарушить вечную мерзлоту под дорогой.

По мнению исследователей, этот способ пригодится не только для дорог: его можно использовать, например, при строительстве аэродромов, площадок для техники и других объектов, где нужно защитить основание от мороза.

6 июля в начала свою работу 15-я Международная мультиконференция «Биоинформатика регуляции и структуры геномов / системная биология» BGRS/SB-2026. Организаторами конференции выступают Институт цитологии и генетики СО РАН, Новосибирский государственный университет, Сибирское отделение Российской академии наук (СО РАН), Научный совет по биоинформатике СО РАН и Вавиловское общество генетиков и селекционеров.

Отличительная особенность BGRS/SB – ее мультидисциплинарность. В программу конференции входят симпозиумы и секции, рассматривающие широкий круг проблем, решение которых требует интеграции теоретических и экспериментальных подходов.

В течение недели несколько сотен ученых из 35 стран будут обсуждать свежие достижения в ряде научных дисциплин – биоинформатике, биомедицине, микробиологии, фармакологии, математике геронтологии и др. Как отмечают сами участники, на конференциях такого уровня всегда происходит что-то важное и интересное, звучат доклады, которые значительно меняют понимание тех или иных научных задач и подходов.

В приветственном слове сопредседатель конференции, научный руководитель ФИЦ ИЦиГ СО РАН, академик РАН Николай Колчанов напомнил, что развитие технологий секвенирования генома (а также ряда других исследовательских методов) сделало биологию одним из главных источников т.н. больших данных (по оценкам специалистов, сегодня объем информации, которая генерируется в результате генетических исследований составляет 40 петабайт ежегодно).

Анализ больших генетических данных привел к   трансформации базовой парадигмы современной генетики. Центральным объектом становятся генные сети – группы координированно функционирующих генов, которые взаимодействуют друг с другом. В ходе исследований выявлена огромная сложность регуляции генных сетей, проявляющаяся в том, что функционирование любого отдельного элемента генной сети может контролироваться десятками и сотнями элементарных регуляторных процессов.

Еще одна фундаментальная особенность живых систем, выявленная при анализе больших генетических данных, – исключительно высокий уровень геномной изменчивости в популяциях человека, животных, растений и микроорганизмов.

«Ответ на эти вызовы, поставленные Большими генетическими данными, состоит в разработке информационно-программных систем нового поколения, интегрирующих классические методы биоинформатики и системной компьютерной биологии с методами искусственного интеллекта и глубокого машинного обучения, что обеспечивает многократное повышение глубины, точности и скорости анализа больших генетических данных», – подчеркнул академик Колчанов.

С приветственным словом к участникам конференции обратился председатель Сибирского отделения СО РАН академик РАН Валентин Пармон. «Эта конференция давно уже стала ведущим научным форумом по биоинформатике, привлекающим ученых со всего мира. И не случайно, что она зародилась и проходит здесь, в Академгородке, который называют научной столицей нашей страны. А площадкой для проведения стал новый кампус Новосибирского университета – одного из ведущих российских университетов, где также проводят передовые научные исследования в области биологии, математики и информационных технологий», — отметил он.

Работа конференции продлится до 11июля. С подробной программой и другой информацией по BGRS/SB-2026 можно ознакомиться на сайте конференции https://bgrssb.icgbio.ru/2026/

Пресс-служба Института цитологии и генетики СО РАН

Фото — из фотоархива ИЦиГ СО РАН

Вопросы развития региональной авиации и перспективы внедрения беспилотных авиационных систем в авиаперевозки обсудили представители регионов Сибири в рамках заседания Координационного совета Межрегиональной ассоциации экономического взаимодействия субъектов Российской Федерации «Сибирское соглашение» по транспорту.

22 июня 2026 года состоялось заседание Координационного совета Межрегиональной ассоциации экономического взаимодействия субъектов Российской Федерации «Сибирское соглашение» (МАСС) по транспорту. В мероприятии принял участие генеральный директор АНО «Научно-производственный центр беспилотных авиационных систем Новосибирской области» (АНО «НПЦ БАС НСО») Тимур Бъядовский.
 
Заседание прошло под председательством главы Республики Тыва Владислава Ховалыга. В формате видеоконференцсвязи к дискуссии присоединились руководители исполнительной власти регионов Большой Сибири, представители Росавиации, аппарата полпреда Президента РФ в СФО и Исполнительного комитета МАСС.

Ключевой темой повестки стало внедрение беспилотных авиационных систем (БАС) в гражданские перевозки на территории субъектов МАСС. Участники обсудили потенциал цифровизации и автоматизации процессов управления авиаперевозками, а также роль БАС в реализации национального проекта «Беспилотные авиационные системы» и выполнения поручения Президента России об ускоренном развитии отрасли для достижения технологического лидерства к 2030 году.

Выступая перед собравшимися, Тимур Бъядовский представил опыт Новосибирской области по формированию научно-производственной инфраструктурной среды для разработки, испытаний и производства БАС и перспективы внедрения грузовых беспилотных перевозок на территории Новосибирской области.

«Для Сибири, где значительная часть территорий относится к районам с ограниченными сроками завоза грузов и труднодоступным населённым пунктам, применение беспилотников открывает колоссальные возможности — от мониторинга пожаров и состояния инфраструктуры до доставки медикаментов и лёгких грузов», — отметили участники заседания.

Новосибирская область выступает одним из драйверов развития БАС в макрорегионе. АНО «НПЦ БАС НСО» создано в соответствии с распоряжением Правительства Новосибирской области от 15 мая 2024 года № 227-рп. Целью центра является реализация проектов по разработке, испытанию, производству и выводу на рынок беспилотных авиационных систем, а также развитию смежных отраслей на территории региона.
 
По итогам обсуждения Исполкому МАСС поручено обратиться в Правительство РФ с предложениями о внесении изменений в нормативные акты в части систематизации информации о зонах радиоэлектронного подавления и доступа к ней для организаций-эксплуатантов, а также об организации научно-исследовательской работы по оценке соответствия навигационной инфраструктуры новым маршрутам полётов беспилотников. Регионам рекомендовано предоставить в Исполнительный комитет ассоциации данные о готовности наземной инфраструктуры для работы беспилотных систем и потребностях реального сектора экономики в их применении.
 
В завершение заседания председатель Координационного совета Владислав Ховалыг поблагодарил участников за конструктивный диалог и выразил уверенность, что выработанные решения позволят вывести транспортную доступность субъектов МАСС на новый уровень.
 
Фото: организаторы

Пищевой суверенитет как новое политическое слово

Еще недавно глобальная продовольственная система казалась отлаженным механизмом: мир жил по логике «специализации и торговли», где каждая страна делает лучшее для себя и докупает остальное на общем рынке. Тайвань концентрируется на чипах, Нидерланды – на семенах, Перу – на ягодах, крупные дистрибьюторы собирают это в единую логистическую сеть.

Пандемия, локальные войны, транспортные кризисы и санкции показали, насколько хрупкой оказалась эта конструкция. В дипломатическом и деловом словаре укрепилось слово «суверенитет» – не только энергетический или технологический, но и продовольственный: способность страны хотя бы на ограниченный период кормить свое население, не ожидая решения чужой администрации открыть или закрыть пролив.

За этим стоит простая вещь: еда перестала быть исключительно товаром и стала фактором безопасности. Если государство не уверено, что сможет закупать зерно, удобрения или семена в нужный момент, оно будет пытаться выстраивать собственные системы, даже если это дороже.

Здесь надо вспомнить, что современное сельское хозяйство технологически связано с углеводородами куда сильнее, чем привыкли видеть потребители. Азотные удобрения производятся из природного газа, их логистика завязана на те же маршруты, по которым ходит нефть. Любая турбулентность на рынке энергоресурсов почти мгновенно отражается на цене удобрений, а затем и на стоимости базовых продуктов.

То, что еще вчера обсуждалось на языке «устойчивого развития» – как сократить расход удобрений, как уменьшить углеродный след, – сегодня все чаще переводится в язык рисков. Для ряда стран снижение зависимости от удобрений превращается из экологического жеста в вопрос элементарной способности прокормить население, если внешние цепочки поставок на время исчезнут.

В этом контексте технологии, позволяющие вносить удобрения точечно и экономно, получают дополнительный смысл. Уже не только как вклад в климатическую повестку, но и как страховка от следующего ценового шока или логистической аварии.

Смена политических администраций и общий разворот крупных экономик к «своим» интересам изменили словарь, на котором разговаривают инноваторы и агрокомпании. Еще недавно аргумент «это экологично» был достаточным для части корпораций и регуляторов. Сейчас в США и у их ключевых партнеров этот довод работает слабее, тогда как в Европе «зеленая» риторика сохраняет значительный вес.

При этом сами технологии не исчезли. Решения, которые позволяют фермеру экономить воду, удобрения и пестициды, теперь продаются иначе: как способ снизить зависимость от внешних поставок и уязвимость к логистическим сбоям. Идея ответственности перед планетой в публичной коммуникации постепенно дополняется идеей самосохранения – и для бизнеса, и для государства.

Это не делает экологический эффект менее важным, но подчеркивает: в мире риска и фрагментации устойчивость хозяйства – такой же аргумент, как снижение выбросов.

Голод, которого как будто нет

Статистика дает картинку, которая выглядит удивительно благополучно: среднее потребление калорий в мире сегодня превышает 2000 килокалорий в сутки. По историческим меркам это радикальный сдвиг – еще 50 лет назад большая часть человечества систематически недоедала. Отсюда рождается удобный тезис: проблема голода решена, теперь надо заниматься только ожирением.

Но средние цифры скрывают разрыв, который становится политическим фактором. Северное полушарие производит еду практически на пределе того, что позволяют технологии: крупные хозяйства, развитая агрономия, доступ к семенам и удобрениям. Южное полушарие в среднем работает примерно на 40% своего потенциала, но при этом обеспечивает до трети мировой еды и до 80% продовольствия для собственного населения. За этим стоит структура: в странах Юга доминируют мелкие семейные фермы с разрозненной инфраструктурой, слабым доступом к современным сортам и ограниченным финансированием. Когда глобальные цепочки поставок дают сбой, именно эта часть мира оказывается наиболее уязвимой. Парадокс в том, что даже при росте доходов качество питания может ухудшаться. Исследования показывают: доступ к дешевым переработанным продуктам вытесняет более питательные категории, и в рационе снижается доля белка и сложных углеводов, даже если формальная калорийность остается «в норме».

Не менее интересные нюансы скрываются и за кулисами «климатической статистики». Обсуждение климата в публичном поле часто сводится к повышению температур, но для агросектора гораздо более чувствителен другой сюжет – перемещение болезней и вредителей. Термин climate change оказывается точнее, чем «глобальное потепление»: где‑то становится суше, где‑то влажнее, смещаются сезоны, меняются ареалы насекомых, грибков, вирусов.

Для фермера это проявляется в конкретном ударе по урожаю. В теплице или поле появляется организм, которого раньше либо не было, либо он не представлял серьезной угрозы. Агроном может попросту не знать, как реагировать, нужного пестицида нет в локальных поставках – его никогда не требовалось заказывать. Пока идет поиск, тендер и доставка, часть урожая уже потеряна.

Здесь на сцену выходят технологии компьютерного зрения и ранней диагностики. Системы, которые автоматически обнаруживают признаки болезней в теплицах и полях и позволяют вмешаться до того, как вспышка уничтожит значительную часть другой работы сезона, превращаются из «крутой инновации» в практический инструмент управления риском. Одновременно они формируют новую инфраструктуру коллективного знания: фермеры из разных регионов быстрее делятся данными о новых угрозах и учатся реагировать на них.

Чтобы понять, где в принципе появляется место для технологий, полезно взглянуть на старт любого сезона. У фермера есть три ключевых «входа»: семена, средства защиты растений и удобрения.

Семенные компании живут в мире постоянных компромиссов. Сорт должен выдерживать климат региона, противостоять болезням, переносить длительное хранение и транспортировку (тот самый shelf life) и при этом иметь вкус, который устроит потребителя. В результате крупные сети часто выбирают сорта, которые без потерь путешествуют на тысячи километров, но проигрывают по вкусу локальным.

Пестициды встроены в ту же систему. Полный отказ от них пока невозможен: есть биологические альтернативы и устойчивые сорта, но это решает только часть задач. Удобрения – отдельная история. Их массовое исчезновение означало бы фактическое возвращение к сельскому хозяйству столетней давности с низкой урожайностью и ростом риска голода. Поэтому усилия сосредоточены на «умном» использовании: чуть меньше, точнее, с меньшими потерями в почве и атмосфере.

Проигранная битва за ГМО

Темой, которая пересекает все эти сюжеты, остается история генетически модифицированных организмов. С точки зрения современной селекции и биоинформатики жесткие ограничения на ГМО выглядят одной из самых дорогих уступок общественному страху. Хорошо сделанный модифицированный сорт способен сочетать устойчивость к болезни, засухе, длительному хранению и приемлемый вкус – и делается намного быстрее, чем при классической селекции. Блокировка этих технологий на уровне потребительской политики приводит к парадоксу: в ряде стран фермеры продолжают воевать с проблемами, которые уже решены биологически, а индустрия тратит огромные ресурсы на обход запретов.

Наиболее вероятный разворот здесь – экономический. Когда страны, не разделяющие западный регуляторный скепсис, начнут массово использовать ГМО‑сорта и получать устойчивое преимущество в производительности и себестоимости, мировому рынку придется адаптироваться. Это будет фактическим признанием того, что публичное обсуждение в свое время ушло от научной логики и увело за собой регуляторов.

Предыдущий виток агротеха строился на идее, что сельское хозяйство можно почти «переписать», превратив его в управляемую инженерную систему. Вертикальные фермы – многоэтажные помещения с искусственным освещением и контролируемой средой – обещали салат и зелень прямо в городах, без пестицидов и с минимальным расходом воды.

Инвестиции исчислялись миллиардами, к ним прилагалась красивая риторика о «будущем еды», а истории успеха быстро попадали на обложки деловых медиа. Но экономика реальных проектов оказалась жестче: высокие энергозатраты, дорогая инфраструктура, сложности масштабирования и зависимость от дешевого капитала. 2025 год прошел под знаком банкротств и реструктуризаций крупных игроков отрасли.

Эта история стала своеобразным диагнозом: попытка жить по лекалам классического техбизнеса – быстрые раунды, агрессивный рост, ставка на то, что рынок поверит в идею раньше, чем появятся доказательства – встретилась с фундаментально медленной отраслью. Сезон в сельском хозяйстве длится полгода или год, фермер – консервативный клиент, для которого ошибка означает не провал презентации, а потерю урожая.

Даже когда технология работает, а пилотный проект показывает впечатляющие результаты, это еще не гарантия масштаба. Если фермер за один‑два сезона не может четко посчитать, сколько денег ему принесло или сэкономило новое решение, на третий сезон оно просто исчезает из его практики.

Цифровой продукт в агро должен не просто «давать инсайт», а встраиваться в реальную операционку: в ритм обхода теплиц, в отчеты агронома, в систему принятия решений управляющим. Инструмент, который открывают раз в месяц из любопытства, не выживает в отрасли с низкой маржей и высокой нагрузкой.

К этому добавляется структурная проблема: у агроиндустрии почти нет собственных отлаженных каналов продаж цифровых сервисов. Классические дистрибьюторы умеют продавать семена, удобрения, оборудование, а вот сложные программные решения требуют другой модели – консультационной, с обучением персонала и сопровождением внедрения. Стартапы вынуждены строить продажи сами, что дорого и плохо сочетается с венчурной логикой быстрого роста.

ИИ в агро: не революция, а тяжелая интеграция

На этом фоне нынешняя волна интереса к искусственному интеллекту выглядит сдержаннее, чем хайп вокруг вертикальных ферм. Большие языковые модели в их массовом применении пока не дают сельскому хозяйству того эффекта, который обеспечивают компьютерное зрение, биоинформатика или анализ временных рядов.

Зато полезной оказывается более приземленная работа: распознавание болезней по изображениям, аналитика микроклимата в теплицах, оптимизация графиков работ, прогноз вспышек вредителей на основе данных прошлых сезонов. Такие решения строятся вокруг конкретных операционных задач и встраиваются в рутину хозяйства – от уведомлений на смартфоне до связи с роботизированной техникой.

Эволюция агротех‑компаний показывает взросление отрасли: от установки камер «ради данных» к ежедневной поддержке решений фермеров, а затем – к интеграции в инфраструктуру, включая сельскохозяйственных роботов и автономные системы. Выход из теплиц в открытое поле остается следующим инженерным вызовом: там нет стабильного освещения, однородных посадок и контролируемой среды.

По оценкам международных организаций, к середине 2030‑х профессия farm worker может стать одной из самых дефицитных в мире. Агрономические факультеты сокращаются, сельская жизнь редко воспринимается как привлекательная карьера, а медийная романтизация ферм концентрируется скорее на покупке дома в Тоскане, чем на реальной работе в поле. Разрыв между растущим спросом на работников и падающим предложением не может быть полностью закрыт технологиями, но может быть сглажен: через автоматизацию, роботов, системы поддержки решений, которые снижают требования к квалификации на отдельных участках.

Это означает, что агротеху нужен приток людей из смежных областей – биоинформатики, робототехники, машинного зрения, операционного менеджмента. Индустрия, которую еще недавно считали закрытой и «старомодной», превращается в одну из самых сложных прикладных сред для тех, кто умеет работать со системами.

Еда перестала быть темой узкой отрасли. Через цену хлеба сегодня читаются движения нефтяных рынков, через доступ к семенам – способность страны к технологической независимости, через распространение болезней растений – реальный масштаб климатических изменений.

Агротех стоит в точке, где технологическая амбиция встречается с медленными и сложными системами реального мира. У игроков, которые остаются здесь надолго, уже нет иллюзий насчет одного эффектного демо или универсального решения. Любая технология должна выдерживать проверку реальным хозяйством, реальным сезоном и реальным кризисом.

Если мир действительно движется в сторону большей фрагментации, роста рисков и запроса на устойчивость, сельское хозяйство станет одной из отраслей, где будут приниматься самые тяжелые – и самые интересные – решения ближайшего десятилетия.

Сергей Исаев

Иллюстрация сгенерирована нейросетью

Команда Стартап-студии Новосибирского государственного университета разработала сервис Talk Tuner — интеллектуального помощника для преодоления языкового барьера. Проект стал победителем бизнес-ускорителя А:СТАРТ и призером акселератора Catalyst. Сервис предлагает пользователям персонализированные тренировки устной речи на базе искусственного интеллекта.

Talk Tuner — участник Платформы университетского технологического предпринимательства федпроекта «Технологии» нацпроекта «Эффективная и конкурентная экономика». Решение ориентировано на тех, кто владеет базовой грамматикой и лексикой, но нуждается в регулярной практике для свободного общения.

В основе идеи лежит профессиональный опыт лингвиста Катерины Фомель, чей преподавательский стаж превышает 10 лет. За время работы она заметила, что главная проблема учеников — страх ошибок и стеснение. Существующие зарубежные нейросети часто сложны в оплате из России, а обычные боты не дают подробного разбора ошибок. Talk Tuner создает безопасную среду для тренировок и предоставляет детальную обратную связь.

– Я давно работаю в сфере преподавания иностранных языков, и мне было интересно интегрировать в этот процесс возможности искусственного интеллекта. Мы сфокусировались на самой распространенной проблеме — отсутствии разговорной практики. Проведенные исследования подтвердили актуальность нашего запроса: пользователям важна безопасная среда и качественная обратная связь в удобном формате, — рассказала основательница проекта Катерина Фомель.

Сейчас ИИ-тренер реализован в формате чат-бота в Telegram. Механика работы строится на полноценном голосовом диалоге: пользователь отправляет аудиосообщения, а нейросеть отвечает ему голосом на выбранную тему. Тренер не просто поддерживает беседу, но и проверяет правильность речи. ИИ находит грамматические и лексические пробелы, указывая пользователю на ошибки в текстовом виде.

Техническая архитектура сервиса объединяет сразу несколько нейросетей. Для точного распознавания речи человека используется модель Whisper. За генерацию голоса ИИ-тренера отвечает Deepgram TTS API. Логику диалога и проверку ошибок обеспечивает текстовая модель DeepSeek. При этом архитектура позволяет разработчикам менять нейросети в зависимости от учебной задачи.

В стартап-студии НГУ проект прошел путь от идеи до формирования продуктовой модели. Костяк команды составляют представители вуза: основательница Катерина Фомель учится в магистратуре, а менеджер Ксения Михалкина — в бакалавриате НГУ.

Важной вехой развития стало участие в акселераторе Catalyst. Программа помогла команде определить ключевые параметры MVP и приступить к его созданию.

– Изначально у нас была только идея без четкой концепции реализации. Сейчас мы сформировали команду, определили видение продукта и приступили к техническому воплощению MVP. Благодаря анализу рынка мы четко понимаем, какой именно инструмент необходим современному потребителю, — отметила Катерина Фомель.

На текущий момент чат-бот запущен, им пользуются первые тестеры и клиенты, совершены первые продажи. Кроме того, Talk Tuner одержал победу в бизнес-ускорителе А:СТАРТ, по итогам которого команда получила приглашение в бизнес-инкубатор Академпарка. В будущем команда планирует внедрить функцию глубокого анализа произношения, добавить базу видеоуроков, а также выпустить мобильное приложение и веб-версию сервиса.

Пресс-служба Новосибирского государственного университета

Фото - https://ru.wikipedia.org

Превратить научную разработку в готовый бизнес — задача реальная, однако для ее решения необходима выверенная траектория. Именно такой маршрут на протяжении более 15 лет предоставляет программа бизнес-ускорителя А:СТАРТ. 

Осенний сезон пройдет с 25 сентября по 29 октября 2026 года. Дедлайн подачи заявок на участие — 1 сентября 2026 года. Победители А:СТАРТ получат билет в Бизнес-инкубатор Академпарка, эффективность которого подтверждена статусом «Лучшая региональная практика поддержки стартапов и венчурных инвесторов в России» по итогам 2025 года. 

Участие в А:СТАРТ рекомендовано широкому кругу инноваторов, включая:
●    ученых и инженеров, ориентированных на коммерциализацию своих разработок;
●    представителей традиционного бизнеса, внедряющих технологические решения и инструменты внутреннего предпринимательства;
●    основателей IT-компаний, приборостроительных, биомедицинских и нанотехнологических стартапов;
●    профильных специалистов (разработка, маркетинг, дизайн), стремящихся создать новый продукт или войти в проектную команду;
●    студентов с амбициозными идеями в сфере высоких технологий.

Ресурсы и возможности для резидентов Бизнес-инкубатора Академпарка

Победителям А:СТАРТ предоставляется доступ к современной технопарковой инфраструктуре, широкому спектру бизнес-сервисов и пулу практикующих экспертов. Ключевая задача наставников — помочь масштабировать инновации и вывести продукт на рынок. Для инноваторов это реальная возможность получить признание на региональном и федеральном уровнях, а также привлечь венчурное финансирование.

Что ждет участников за 5 недель?

В ходе интенсивной работы совместно с экспертами и менторами команды смогут:
1.    Упаковать технологический продукт в соответствии с рыночными требованиями.
2.    Провести глубокое исследование рынка и найти первых или новых корпоративных клиентов.
3.    Проработать бизнес-модель, финансовую стратегию и подготовить эффективный питч-дек.
4.    Публично представить свой проект инвесторам и партнерам экосистемы Академпарка на финальном Демо-дне 29 октября 2026 года.

Для лучших команд результатом акселерации станет приглашение в Бизнес-инкубатор Академпарка, где им откроются возможности долгосрочного сопровождения и доступ к ключевой инфраструктуре для масштабирования разработок.

Программа реализуется при поддержке Правительства Новосибирской области, мэрии города Новосибирска, а также Инфраструктурного центра HealthNet. 

Успейте подать заявку на участие в 33-м сезоне Бизнес-ускорителя А:СТАРТ на официальном сайте программы до 1 сентября: https://astart.academpark.com/.

Для тех, кто стремится попасть в программу, минуя обязательный конкурсный отбор и без организационного взноса, предусмотрена возможность участия в открытом мероприятии Easy pitch. Оно пройдет 19 сентября в формате публичной презентации стартапов и предпринимательских инициатив. Следите за нашими новостями, чтобы не пропустить актуальные условия участия в Easy pitch.

Для справки: А:СТАРТ — это акселерационная программа для молодых ученых, разработчиков и предпринимателей, организованная командой Бизнес-инкубатора Академпарка, который в 2025 году был признан лучшей в России практикой поддержки технологического предпринимательства. Благодаря А:СТАРТ в Академпарке создаются и развиваются инновационные стартапы в области ИТ, приборостроения, медицины, нано- и биотехнологий. За 15 лет проект помог создать более 380 успешных стартапов.