Исследователи из Института теоретической и прикладной механики им. С. А. Христиановича СО РАН разработали новый композитный материал, объединив титан с частицами карбида бора. Он обладает повышенной износостойкостью, которая вдвое превосходит обычные титановые сплавы. Статья об этом опубликована в международном журнале Surfaces and Interfaces.  

Композитные материалы представляют собой сочетание двух или более разнородных веществ, обладающих разными свойствами. Такие композиты сочетают в себе лучшее от каждого из компонентов, что позволяет получать изделия с повышенными физико-механическими свойствами. Благодаря этому они востребованы там, где важны высокая прочность, легкость и долговечность конструкций.

Один из эффективных способов получения металлокерамических композитов — армирование металлической матрицы керамическими частицами. Эта технология используется и учеными ИТПМ СО РАН: специалисты повысили свойства классического титанового сплава ВТ6 добавлением керамических частиц карбида бора. Так, по сравнению с исходным сплавом ВТ6 износостойкость композитного материала увеличилась примерно вдвое, ведь карбид бора обладает рекордной твердостью среди известных керамик и защищает итоговое изделие от износа.

Однако важно было не только создать сам композит, но и разработать эффективный способ его нанесения, который гарантирует высокое качество готового покрытия. Для этого ученые создают опытные образцы с помощью 3D-печати металлических изделий, а роль принтера выполняет специальный лазерный комплекс. Основа установки — мощный волоконный лазер, закрепленный на подвижном роботе-манипуляторе с соплом, через которое подается порошок. Робот перемещается точно по заданным координатам, что обеспечивает нужную форму будущего изделия. Процесс печати выглядит так: лазер расплавляет металлическую основу из титана (подложку), из-за чего образуется небольшая зона жидкого металла (в науке для этого используют термин «ванна расплава»), куда из сопла подается порошковая смесь. Затвердевая слой за слоем, металл образует готовое изделие точно заданной формы.

Опытный образец будущего покрытия выглядит следующим образом. Материал выращивают на подложке размером около 5 × 5 см. Толщина покрытия составляет около 3 мм и больше, ширина — около 2 см, длина — примерно 5 см.

«Главная сложность при работе с керамикой — трещины. При наплавлении слоев материал растрескивался, необратимо теряя свои уникальные свойства. Из-за таких дефектов композит становился полностью непригодным — восстановлению он уже не подлежал. Чтобы решить проблему, мы создали специальное устройство — модуль подогрева подложки. Данная модификация установки поддерживает температуру подложки вблизи 500 °C, на которую наносится материал. Благодаря этому методу скорость охлаждения слоев заметно снижается, трещины больше не возникают. Однако прорыв даже не в том, что нам удалось получить композит без дефектов. Теперь мы можем создавать изделие при практически любом технологическом режиме установки, что позволит нам впервые варьировать свойства металлокерамического изделия во время синтеза», — рассказывает младший научный сотрудник ИТПМ СО РАН Илья Сергеевич Герцель.

Когда определена температура подожки, при которой получается образец без трещин, можно варьировать энергию, передаваемую с помощью лазерного излучения. Иногда случалось так, что керамика полностью растворялась в металле, превращаясь в единую массу. Иногда наоборот — оставалась отдельной частичкой и никак не смешивалась с основой. Ученые нашли середину: теперь керамические частицы покрыты тонким слоем, благодаря которому не теряют свои свойства, но крепко соединены с основным материалом.

«Мы заметили тонкий промежуточный слой между титаном и керамикой на электронном микроскопе. Дело в том, что на снимке тяжелые атомы выглядят светлыми, легкие — темными, а эта прослойка отличалась от привычных соединений, которые легко распознать визуально. Тогда мы провели специальный спектральный анализ (EDX). Результаты показали наличие большого количества титана и компонентов керамики — бора и углерода. Однако точность метода ограничена, поэтому решили воспользоваться другим способом — дифракцией синхротронного излучения. Для этого нужно взять кусочек образца, направить сквозь него узкий луч рентгена и наблюдать, как лучи, проходя сквозь материал, образуют на детекторе кольца (так называемые кольца Дебая). По результатам анализа мы определяем точную структуру вещества», — поясняет исследователь.

Эксперты сравнили экспериментальные результаты с базами данных, но поняли, что обнаруженное вещество отличается от известных соединений. Более глубокое исследование показало, что нечто похожее ранее предположил академик Геннадий Петрович Швейкин, один из основоположников научного направления «химия твердого тела» в России. Он считал возможным существование соединения, образованного титаном, бором и углеродом.

Поскольку созданный образец продемонстрировал отличную стойкость к механическим нагрузкам, специалисты внимательно рассмотрели его кристаллическую структуру. Дополнительно в химической базе данных нашли сходство с известным соединением, что окончательно доказало гипотезу: найденная прослойка — это особое трехкомпонентное соединение, которое играет роль оболочки.

Новый композит перспективен для защиты многих деталей летательных аппаратов, которые испытывают трение или соприкасающихся с абразивами, такими как пыль или песок. Особенно полезен он будет в конструкциях, где требуется не только высокая износостойкость, но и низкая удельная плотность. Материал можно использовать в качестве защитного покрытия, которое продлит срок службы наиболее уязвимых частей конструкции.

«Результаты нашего исследования, как нам представляется, могут повлиять на понимание процессов синтеза металлокерамики. Наблюдение прослойки в одной из систем может свидетельствовать о ее наличии и в других родственных системах. Это, в свою очередь, позволяет надеяться на продвижение в области управляемого синтеза композитов с прогнозируемыми свойствами. Сейчас наши силы направлены на верификацию полученных результатов в системах, не менее актуальных в промышленности. Как следует из полученных результатов, синхротронное излучение играет существенную роль в решении задач материаловедения. Можно предположить, что развитие соответствующих методик на станциях ЦКП СКИФ способно обеспечить не только углубленное изучение сложных химических систем, но и создать предпосылки для новых промышленных решений», — подытожил Илья Герцель.

Результаты были достигнуты в рамках совместного проекта между Минобрнауки России и СО РАН соглашения № 075-15-2025-459 по теме: «Научное обоснование и создание инфраструктуры на основе использования синхротронного излучения для диагностики функционально-градиентных материалов».

Ирина Баранова

Фото автора

В современном дизайне интерьеров довольно распространено создание искусственных покрытий, имитирующих текстуру, цвет и внешний вид натуральных материалов. Шикарный мрамор в ванной, деревянный пол в гостиной и стена с каменной отделкой в гостиной часто оказываются обработанным пластиком, хотя, часто понять это совсем не просто. Но не стоит думать, что такая имитация – плод исключительно современных технологий.

В эпоху раннего железного века на ряде территорий юга Западной Сибири и севера Центральной Азии широко распространяется имитация некерамических вместилищ в глиняных сосудах. В глиняной посуде часто встречаются некерамические мотивы, заимствованные из конструкции и оформления посуды из других минеральных и органических материалов (металла, кожи, рога, дерева). Подробнее об этом – в новом интервью с главным научным сотрудником Института археологии и этнографии СО РАН, д.и.н. Андреем Павловичем Бородовским.

– Расскажите подробнее, о каких предметах идет речь?

– При раскопках на Быстровском некрополе – памятнике эпохи раннего железа на территории Искитимского района была найдена группа сосудов, имитирующих посуду из различных минеральных и органических материалов. Среди них были сосуды, имитирующие кожаную посуду (высокогорлые кувшины), деревянную посуду (миски, бочонки), посуду из рога (рожки), а также из металла (сосуды на поддоне).

Схожие предметы находили при раскопках на территории Тувы, но в гораздо меньшем количестве.

А вообще, это довольно распространенная история, если брать, к примеру, Средневековье, то такого рода имитации находили от Китая (у киданей – народ, населявший северную часть этой страны) до Центральной Европы (у венгров).

– И обычно речь шла об изделиях из керамики?

– Дело в том, что Керамика – это материал, который, во-первых, не имеет своей исходной формы. Взять, к примеру, деревянные долблёные бочонки. У них форма определена самой структурой. Или, например, роговые ритоны, у них тоже есть изначальная форма, которая отражается в сосуде. А керамика – это всегда есть некая степень отражения окружающей материальной культуры. Поэтому мастера имели возможность придавать ей внешнюю схожесть с другими материалами.

– А зачем это делали? Пытались подражать более развитым соседним культурам?

– На самом деле, картина несколько сложнее. При раскопках Быстровского некрополя, как я уже говорил, нашли керамические сосуды, имитирующие кожаную посуду.  А она, как правило, атрибут кочевой жизни или, по крайней мере, хозяйства, сильно связанного со скотоводством. Кожаные кувшины переживают дальние переезды намного лучше глиняных. Появление же на таких территориях керамики, имитирующей кожаную и роговую посуду вполне, можно связывать с более оседлым типом хозяйства, с ограниченными по расстоянию сезонными перекочевками и длительным проживанием на одном месте. И тогда такие имитации из керамики можно рассматривать как артефакты переходного периода, когда одна хозяйственная модель уже сменилась другой, но определенные культурные традиции сохранялись.

Это явление, кстати, характерно для самых разных эпох, включая совсем недавние. Когда на советских резиновых сапогах имитировали швы кожаных сапог. Можно сказать – это некая культурная память, когда на новом материале пытаются воспроизвести проверенные образцы предметов, которыми человек пользовался на протяжении определённой культурной традиции.

– И все же, в таких имитационных сосудах проявлялись только внутренние процессы в жизни носителей той или иной культуры, или еще и влияние соседей?

– Конечно, влияние соседей тоже имело место. Но в большей степени это характерно, например, когда в керамике начинают имитировать металлические изделия. Такие примеры известен у сарматов, чья керамика делалась похожей на металлическую посуду из соседней Персии. Вот. И в этом плане, действительно, такая имитационная керамика отражает некий более высокий статус предмета.

– Что дает изучение таких находок для лучшего понимания истории древних культур? Какие-то новые знания о технологиях, которыми они владели?

– Ну о технологии по таким кувшинам вряд ли мы узнаем много нового. Гораздо важнее узнать мотивацию формования керамики. Это, кстати, очень серьёзная проблема, потому что на самом деле многие формы в глине изначально что-то копируют. И по целому ряду сосудов можно выстраивать некие культурные цепочки, когда мы видим, как изначально вещь, существующая, например, в коже, в дереве, в металле, потом появляется именно в керамике. И потом уже закрепляется как особая форма.

В качестве примера могу привести вот так называемые сосуды в виде бочек, которые распространены вплоть до настоящего времени. На них воспроизводятся уже чисто орнаментальном виде детали этого бочонка, из которого он сооружён, ободья, которыми он стянут. Но это выполняет уже не функциональный, а исключительно морфологический характер. И вот как раз значения исходных оригиналов, которые воспроизводятся в керамике, изучение хозяйственных и культурных изменений в жизни людей, которые отражаются в таких имитациях – это очень перспективное направление для исследований.

– А на сегодня уже многое исследовано в данном направлении?

– Нет, это тема новаторская. Обычно люди задаются вопросами, как сделана керамика, изучают её структуру, рецептуру, обжиг. А вопрос о формообразовании, он как бы вроде бы как бы всем понятен, но по сути это определённое белое пятно, которое требует своего осмысления.

И самое главное – это ещё один ресурс для историко-культурных интерпретаций, который раньше условно говоря, выпадали из интереса исследователей. Как вариант, детальное картографирование подобных феноменов имитации в керамике при учёте культурно-хозяйственных факторов, исторических факторов позволяет нам фиксировать исторические процессы, которые независимо друг от друга, например, могут происходить в Китае или в Венгрии в эпоху Средневековья, или, например, в Туве и Приобье в эпоху раннего Железного века. И это позволяет нам выявлять некие закономерности, которые достаточно чётко проявляются в материальной культуре, в частности, в керамических сосудах.

Сергей Исаев

С помощью коллег из Беларуси ученые СО РАН рассчитывают в ближайшее время начать опытную эксплуатацию Попигайского месторождения в Якутии. О этом сообщил доктор геолого-минералогических наук, научный руководитель института геологии и минералогии им. Соболева СО РАН, академик РАН Николай Похиленко.

 — Основная проблема с Попигайским месторождением в том, что оно чудовищно богатое и стоит на балансе в федеральном реестре как месторождение импактных алмазов. Главная проблема — это стоимость лицензии на разработку. В прошлом году правительство РФ приняло решение перевести месторождение из разряда «алмазов» в разряды «абразивы», для которых есть технология. Но, честно говоря, Росгеология боится сделать такую переоценку, потому что тогда стоимость федерального имущества упадет на триллионы рублей, — комментирует Похиленко.

Ситуацию с мертвой точки, по его словам, может сдвинуть совместный проект с белорусами.

— Помимо алмазов, в этом месторождении есть тагамид — природная нанокерамика. Мы с нашими белорусскими коллегами посмотрели ее абразивные свойства. Она блестяще подходит для полировки рельсов скоростных магистралей, которые мы собираемся активно строить. Она прекрасно подходит для того, чтобы резать граниты, делать облицовочные материалы, для строительства дорог и т.д. — перечислил ученый.

Он напомнил, что сейчас Россия закупает абразивные материалы у Индии и Бразилии, а в месторождении лежат триллионы тонн этого материала. Также на месторождении есть графит, необходимый для производства аккумуляторов, в том числе литиевых.

— Там тоже редкие редкоземельные металлы. Плюс марганец, плюс благородные металлы: платина, золото. Иногда это идет в промышленных концентрациях, — добавил он.

Николай Похиленко не исключил, что Попигайский кратер также нужно включать в кластер редких и редкоземельных металлов, который планируется сформировать в России.

Напомним, сибирские ученые еще в 2015 году направили в ФАНО документы по освоению месторождения импактных алмазов Попигайского метеоритного кратера. Представитель Института геологии и минералогии СО РАН рассказывал Infopro54, что в использовании импактных алмазов очень заинтересованы различные компании, в том числе те, которые производят буровой инструмент, так как импактные алмазы обеспечивают больший срок службы инструмента и более высокую производительность. Они могут работать при бо́льших температурах и при бо́льших скоростях, чем инструмент на основе синтетических алмазов. Это важно при сложном бурении, особенно сланцевых месторождений.

На 2015 год оцененные запасы импактных алмазов по двум фрагментам Попигайского кратера составляли 147 млрд карат. Прогнозная оценка превышала 1 трлн карат. Запасы всех синтетических алмазов в мире, которые применялись в промышленности, в 2015 году составляли 11 млрд карат.

Как ни странно, но выход США из Парижского климатического соглашения привел к резкой поляризации позиций относительно этой проблемы, когда на одну крайность начинают отвечать другой крайностью, прямо противоположной.

С одной стороны, в той же Америке заметно оживились климатические скептики, приветствуя очередные решения республиканской администрации. Напомним, что в начале января этого года президент Дональд Трамп вывел США из Рамочной конвенции ООН по климату, а также из Межправительственной группы экспертов по изменению климата. Одновременно министр финансов Скот Бессент объявил о том, что Соединенные Штаты выходят из Зеленого климатического фонда, созданного для развивающихся стран. Помимо этого, США вышли из более чем 60 других международных организаций, включая организации ООН.  

Американские правые консерваторы разразились по этому поводу восторженными комментариями, подчеркивая невероятную «смелость и рассудительность» Трампа. По их мнению, таким путем Америка, наконец-то, избавилась от влияния деструктивных организаций, управляемых глобалистами. От этого, по их мнению, выиграет весь мир.

Поступок американского президента рассматривается ими как давно назревший, хотя произошел он неожиданно для многих. Фактически он знаменует собой решительный отход от международной климатической политики, которая (как считают правые консерваторы) управляется на основе псевдонаучного консенсуса, подменявшего объективные научные данные. Так, упомянутая выше Рамочная конвенция ООН функционировала как самовоспроизводящаяся глобальная бюрократическая структура, которая намеренно продвигала заранее одобренную климатическую концепцию, используемую для оправдания высоких цен на энергоносители. При этом данная структура откровенно игнорировала другие, альтернативные точки зрения на причину климатических изменений.

По сути, упомянутые международные организации блокировали любые возможности открытой научной дискуссии по проблемам климата, навязывая единственную точку зрения так, словно она является религиозной догмой. Откровенно говоря, с этими упреками трудно не согласиться. Тем не менее, пока что у нас нет уверенности в том, что шаги, предпринятые американской администрацией, создадут условия, благоприятные для честного диалога. Скорее мы можем ожидать смены одной крайней позиции на другую, с противоположным знаком (то есть когда климатические изменения игнорируются, либо отрицаются вообще).

Иными словами, действия Трампа лишь обострили «эскалацию» между представителями противоположных точек зрения. И пока в одном «лагере» празднуют падение сторонников антропогенного влияния, в другом «лагере» продолжают нагнетать страхи по поводу глобального потепления, призывая к принятию крайних мер по «спасению» планеты.

Такой крайней мерой является так называемая геоинженерия, или система методов прямого воздействия на климатическую ситуацию. Ранее мы уже обращались к этой теме. Отношение к геоинженерии, скажем так, далеко неоднозначное даже в стане убежденных борцов с глобальным потеплением. Но весьма показателен тот факт, что о ней опять заговорили в самом начале этого года, то есть как раз в то время, когда Трамп осуществлял свой громкий климатический демарш.

Сторонники геоинженерии, как ни в чем не бывало, продолжали рассказывать об ужасах глобального потепления, пытаясь убедить общественность в том, что мероприятия по снижению углеродных выбросов пока что не дали ощутимых результатов. Так, 2024 год стал первым годом, когда глобальная температура оказалась на полтора градуса выше, чем за весь XIX век.

Потепление, отмечают они, нарастает слишком быстро, а значит, тяжелых последствий избежать практически невозможно. Парниковые выбросы также продолжают расти, и, несмотря на политику декарбонизации, 2025 год поставит новый рекорд по использованию ископаемого топлива. Технологии улавливания углекислого газа также не решают проблемы, ибо их вклад в улучшение обстановки незначителен. В год таким путем извлекается лишь несколько десятков тысяч тонн CO₂, тогда как по-хорошему необходимо ежегодно извлекать десяток миллиардов тонн. 

Что же тогда делать, чтобы компенсировать приносимый нами вред? – якобы такой вопрос встает сейчас перед многими людьми. Выход один: принимать меры по искусственному охлаждению планеты путем дополнительного отражения части солнечной радиации. Оказывается, (если верить пропагандистам данного метода), научные консультанты президента Линдона Б. Джонсона предложили этот способ еще в 1965 году. В целом планета отражает примерно 30% падающего солнечного света. Если увеличить эту долю хотя бы на один процент, то можно укрепить естественную «тепловую защиту» Земли. Этот путь подсказывают нам сильные извержения вулканов. Так, произошедшее в 1991 году извержение вулкана Пинатубо привело к временному охлаждению планеты на полградуса Цельсия. Оно-то якобы и вдохновило ученых реализовать идею аэрозольного впрыска в стратосферу.

Как пишут сторонники геоинженерии, для снижения температуры на один градус Цельсия необходимо ежегодно «впрыскивать» в стратосферу примерно 12 миллионов тонн диоксида серы. Это гораздо меньше всех промышленных выбросов, однако данный способ дает более сильный охлаждающий эффект.

Впрочем, этот метод не заменит программы по сокращению парниковых выбросов. Мало того, плохо скоординированные действия на этом направлении способны дать отрицательный эффект. Но именно поэтому, отмечают авторы, необходимо проводить исследования в этой области – главным образом для того, чтобы четко понимать, стоит ли применять такой способ охлаждения планеты в больших масштабах.

Чтобы понять и правильно оценить все возможные риски на этом пути, необходимо взять пример с медицины, где уже более полувека проводятся поэтапные клинические испытания различных препаратов и методик лечения болезней. По тому же принципу предлагается испытывать технологию аэрозольного впрыскивания, чтобы проверить ее на предмет безопасности. Во всяком случае, политикам так или иначе понадобятся соответствующие доказательства, а их можно получить только в условиях «клинических» испытаний, аналогичных медицинским.

В настоящее время, отмечают авторы, мы находимся на «доклиническом» этапе, когда осуществляются лабораторные исследования и компьютерное моделирование. Эти инструменты позволяют правильно спрогнозировать возможные риски, связанные с ростом выбросов. Но их совершенно недостаточно для того, чтобы мы могли быть абсолютно уверенными в своих прогнозах относительно применения аэрозолей.

В данном случае нам не особо интересен предложенный подход к указанным испытаниям - в каком порядке и в каком масштабе будет проводиться тестирование аэрозольных впрыскиваний. Важен сам факт такой активной пропаганды геоинженерии. Мало того, уже создаются фирмы, которые намерены предлагать «услуги по охлаждению». То есть еще до всяких «клинических испытаний» это направление начинают превращать в бизнес. Понятно, что подобные инициативы не вызывают всеобщего одобрения, однако настораживает то, что на этом поприще уже появились материально заинтересованные деятели.

Самое интересное, что методы геоинженерии не ограничиваются распылением серных аэрозолей. В настоящее время в западной прессе высказываются совершенно оригинальные предложения по предотвращению глобального потепления. Так, уже начали говорить о способах сохранения ледникового покрова, отражающего солнечный свет. Как мы знаем, борцы с глобальным потеплением давно уже пугают общественность подъемом уровня мирового океана вследствие таяния ледников. В последние годы у ученых большую озабоченность вызывает ледник Туэйтса, находящийся в Западной Антарктиде. Его площадь превышает площадь штата Флорида. Озабоченность связана с тем, что он разрушается намного быстрее, чем принято было считать ранее. Согласно расчетам, полное разрушение этого ледника и прилегающих к нему ледяных бассейнов способно поднять уровень мирового океана более чем на три метра. В связи с этим ледник Туэйтса получил новое, более зловещее название -  ледник Судного дня.

Понятно, что борцы с глобальным потеплением уже начали звонить во все колокола, рисуя страшные картины всемирного потопа. Соответственно, они стали искать способы оперативного вмешательства в ситуацию в целях предотвращения катастрофы. Одно такое решение как раз находится в области геоинженерии. Его авторы предлагают охлаждать основание ледника с помощью пассивных тепловых насосов, для чего придется пробурить в нем скважины до самого дна. Как они пафосно заявляют: мы не может сидеть сложа руки и спорить, пассивно ожидая волну прилива у наших берегов. Необходимо-де занять активную позицию. Иными словами, пора действовать!

По поводу самих действий особых вопросов у них нет. С технической точки зрения, как им кажется, здесь всё понятно. Главный вопрос, как всегда, - финансовый. Дескать, международное сотрудничество по этому леднику с 2018 года получило от США и Великобритании где-то 7 миллионов долларов. Это считается «крупной инвестицией» в исследования такого рода. Однако данная сумма слишком мала в сравнении с тем ущербом, который приносят наводнения в прибрежных районах. А чтобы осуществить оперативную подготовку к стремительно надвигающемуся повышению уровня моря, потребуются миллиардные суммы.

Однако ученые, отмечают авторы, давно уже предвидели такой сценарий. Но теперь – вместо пассивного ожидания угрозы затоплений – они предлагают прямо вмешаться в ситуацию. С помощью упомянутого использования тепловых насосов они намерены замедлить темпы повышения уровня моря. Понятно, что для реализации такого проекта потребуется немало денег, но, следуя логике авторов, это должно быть дешевле тех затрат, что пошли бы на спасение людей в условиях быстрого затопления прибрежных территорий.

В общем, всё опять упирается в финансирование. Естественно, под благородным предлогом спасения человечества от климатической катастрофы.  

Николай Нестеров

26 февраля в Москве в рамках Форума будущих технологий Правительство Новосибирской области, Правительство Нижегородской области и Государственный комитет Республики Башкортостан по науке и высшему образованию подписали трехстороннее соглашение о сотрудничестве в сфере научно-популярного туризма. Документ скрепили подписями заместитель Губернатора Новосибирской области Ирина Мануйлова, заместитель Председателя Правительства Нижегородской области Екатерина Солнцева и председатель Госкомитета Башкортостана по науке и высшему образованию Светлана Мустафина.

Ключевым проектом партнерства станет запуск межрегионального тура «Межрегиональный научный экспресс», который объединит научные, образовательные и производственные центры Нижнего  Этот новый формат туризма станет первым в стране межрегиональным научно-популярным маршрутом. Тур рассчитан на школьников, студентов, победителей всероссийских олимпиад и конкурсов. В течение поездки участники смогут посетить десятки уникальных объектов: от лабораторий ведущих вузов и институтов Российской академии наук до высокотехнологичных предприятий и технопарков.

Программа тура, который стартует в Нижнем Новгороде и завершается в Новосибирске, включает знакомство с симуляционным центром Приволжского медицинского университета, заводом «ОДК-Уфимское моторостроительное объединение», геопарком ЮНЕСКО «Торатау», зоопарком им. Ростислава Шило, Институтом цитологии и генетики СО РАН, где участников ждут мастер-классы по выделению ДНК, работа с микроскопами, музеями "Эволюция Земли" в НГУ, "Академ в Центре" и многими другими объектами. Старт первых поездок по новому маршруту запланирован на 2026 год.

Заместитель Губернатора Новосибирской области Ирина Мануйлова, комментируя подписание соглашения, подчеркнула: «Наша инициатива реализуется в рамках Десятилетия науки и технологий, объявленного Президентом Российской Федерации Владимиром Путиным. Одним из его ключевых проектов является развитие научно-популярного туризма. Сегодня такие маршруты разработаны уже в 32 регионах России. Они призваны стать настоящим приключением: туристы посещают уникальные научные объекты, многие из которых ранее были закрыты для широкой публики. Оригинальные программы имеют популяризационный, образовательный и профориентационный характер. Они позволяют не просто прикоснуться к науке, а ощутить себя ее полноценными участниками и погрузиться в увлекательный мир открытий и перспектив будущего. Наш «Межрегиональный научный экспресс» как раз дает такую возможность — увидеть своими глазами, как развивается отечественная наука от Поволжья до Сибири, познакомиться с достижениями разработчиков и передовыми лабораториями».

«Всего в Новосибирской области действует 5 научно-популярных маршрутов разной продолжительности, более 70 экскурсий по программам. Также разработан 4-дневный маршрут «Наука на вкус. Новосибирск», который претендует на получение статуса Национального туристического маршрута. В 2025 году объекты, включенные в маршруты научно-популярного туризма в регионе, посетило более 39 тыс. человек», – сообщила министр экономического развития Новосибирской области Светлана Шарпф.  Ознакомиться с полным списком научно-популярных туров по Новосибирской области можно на официальном сайте Десятилетия науки и технологий наука.рф в разделе «Маршруты в регионах». 
 
Подписанное соглашение станет основой для долгосрочного сотрудничества трех регионов в деле популяризации науки, профориентации молодежи и развития внутреннего туризма.
 
Фото: Сергей Шинов

Ученые Института цитологии и генетики СО РАН сообщили о создании нового химического соединения, способного регулировать внешний путь апоптоза (программируемой клеточной смерти) в опухолевых клетках. Речь идёт о молекуле – ингибиторе белка c-FLIP(L), который «переключает» сигнальные каскады на уничтожение клеток. По данным исследователей, в экспериментах на клеточных моделях аденокарциномы поджелудочной железы включение этой молекулы в комбинированные схемы лечения повышало эффективность терапии, в том числе при лекарственной устойчивости.

«Мы  с коллегами из лаборатории системной фармакологии первыми создали молекулярнoе соединение, которое контролируют эффективность “лигандa гибели” и повышает вероятность направления клетки именно в апоптоз, а не в выживание и развитие резистентности», – рассказал заведующий лабораторией компьютерной протеомики ИЦиГ СО РАН к.б.н. Владимир Иванисенко.

Апоптоз — один из естественных механизмов защиты организма: повреждённые клетки «самоуничтожаются», чтобы не становиться источником угроз. В клетке выделяют два основных «маршрута» запуска апоптоза — внутренний (который запускается через митохондрии) и внешний, когда на поверхности клетки активируются так называемые «рецепторы гибели».

Последний путь считается очень перспективным, но в фармакологии пока особо не используется. По словам учёных, он долго оставался недостаточно изученным, кроме того, один и тот же сигнал иногда может привести не к гибели клетки, а, наоборот, усилить её выживаемость и устойчивость к терапии.

Именно эту проблему исследователи и попытались решить. Созданная ими молекула, как поясняют в ИЦиГ СО РАН, снижает вероятность «неправильного» ответа опухолевой клетки на сигнал смерти и увеличивает долю клеток, которые переходят к программируемой гибели. Это важно для развития новых терапевтических подходов для лечения целого ряда онкологических заболеваний, в том числе, аденокарциномы поджелудочной железы – одного из самых агрессивных типов опухолей, для которой часто характерна лекарственная резистентность.

В работе показано, что соединение проявляет высокую эффективность в сочетании с препаратом химиотерапии гемцитабином и ингибитором белка Mcl-1 (S63845). Полученные данные, подчёркивают авторы, могут стать основой для дальнейших доклинических исследований и развития комбинированных схем противоопухолевой терапии.

«Мы шли к этому результату несколько лет. Сначала детально изучили механику внешнего пути апоптоза, работу вовлеченных в него белков, клеточных структур, и в результате, нашли факторы, из-за которых часть клеток вместо гибели “уходит” в выживание и резистентность. Используя это знание мы с помощью компьютерного моделирования разработали соединение, которое блокирует этот уход и повышает вероятность апоптоза», – отметил Владимир Иванисенко.

Следующим шагом в работе, в настоящий момент, являются синтез данного соединения и экспериментальная проверка на лабораторных животных. Данные работы ведутся в лаборатории системной фармакологии ИЦиГ СО РАН под руководством д.б.н. Инны Лаврик.

«Исследования внешнего пути апоптоза с использованием рационально созданных соединений позволяют не только находить эффективные способы терапии онкологических заболеваний и целенаправленного уничтожения раковых клеток, но и открывать новые механизмы регуляции клеточной гибели. Эти фундаментальные открытия, в свою очередь, расширяют наши представления о работе сигнальных каскадов и выявляют дополнительные потенциальные мишени для терапевтического воздействия», — рассказала она.

Идеальный результат, по словам исследовательницы, конечно, состоит в том, чтобы уничтожить раковые клетки, не задев нормальные. Достичь его непросто, поскольку при онкологических заболеваниях происходит нарушение целого ряда сигнальных путей.

Даже если фокусироваться конкретно на апоптозе, оптимальная стратегия заключается не в воздействии на единственный белок‑мишень с помощью соединений‑лидеров, а в одновременном влиянии на несколько ключевых белков, участвующих в процессе апоптоза.

«Это можно проиллюстрировать простой аналогией: когда вы едете в машине, вам нужны все четыре колеса на трёх далеко не уедешь. Аналогично в терапии рака: без комбинаторного подхода не обойтись. Только комплексное воздействие нескольких лекарственных препаратов на множественные сигнальные пути в раковой клетке способно эффективно запустить процессы, приводящие к её уничтожению», — отметила Инна Лаврик.

Дальнейшие шаги, по словам учёных, включают проверку эффективности подхода для других типов опухолей и доработку молекулы: улучшение доставки в клетку, длительности действия и снижение рабочей концентрации вещества.

Пресс-служба Института цитологии и генетики СО РАН

Как мы уже писали в свое время, в 2020 году руководители западных стран отчетливо осознали угрозу своим планам по созданию безуглеродной энергетики. Планы, напомним, были впечатляющими, о них много заявлялось с высоких трибун. Но тут неожиданно обозначилась одна серьезная проблема: дефицит критически важных компонентов. В первую очередь это касалось лития и редкоземельных металлов.

Напомним, что развитие «зеленой» генерации требовало массового производства литий-ионных аккумуляторов, необходимых и для новой энергетики, и для производства электромобилей (которыми намеревались заменить обычные автомобили на ДВС). Для производства электродвигателей и ветряных генераторов требовались постоянные магниты, где использовались редкоземельные металлы. Проблема же упиралась в то (о чем мы также писали), что Китай практически монополизировал рынок редких земель. Когда в Европе (где были самые амбициозные планы по «зеленому» энергопереходу) осознали эту проблему, начались поиски альтернативных поставок этих критически важных компонентов. Правители европейских стран признали необходимость наладить собственную добычу и производство тех же редкоземельных металлов, чтобы добиться полной независимости от прихотей китайских властей.

В это время в их поле зрения как раз и попала Гренландия, по поводу которой в наши дни происходит столько шума. Поскольку формально этот остров принадлежит Дании, его стали рассматривать как ресурсную базу Европы. В 2020 году было даже проведено специальное совещания по вопросам разработки месторождений редкоземельных металлов.  

Интересно, что в течение последних десятилетий Гренландия регулярно фигурировала в самых тревожных климатологических сводках, выступая в роли некоего индикатора глобального потепления. Ученые отмечали необычно высокую скорость таяния гренландских ледников, в то время как климатические активисты выражали озабоченность судьбой белых медведей, страдающих-де от аномального тепла. Однако за последние пять лет парадигма сильно поменялась как раз в связи с тем, что борьба с глобальным потеплением (как ее понимают нынешние политики) требует большого количества ресурсов, значительная часть которых находится в недрах этого острова. Поэтому теперь Гренландия упоминается в совершенно другом контексте, где страдающих белых медведей отодвинули на задний план.

Когда Дональд Трамп заявил о том, что он собирается получить от европейцев «какой-то там кусок льда», он, конечно, лукавил. Его интересует не лед, а то, что имеется под ним. По мнению ученых, в Гренландии находятся как минимум три месторождения редкоземельных металлов – возможно, самых крупных в мире по объему содержащихся там полезных ископаемых. Правда, расположены они глубоко подо льдом. Согласно прогнозам ученых, под этим ледниковым покровом находится такое количество диспрозия и неодима, которого хватило бы для удовлетворения четверти всего мирового спроса в будущем. Это примерно 40 миллионов тонн. Свободная от льда территория острова составляет пока что менее 20% от его общей площади. Но под толщей льда, уверены ученые, должны находиться гигантские месторождения пока что мало изведанных ресурсов.

Что вселяет в ученых такую уверенность? По их мнению, богатство природных ресурсов острова связано с его очень длинной геологической историей. Здесь, утверждают они, можно найти одни из самых древних пород на Земле. Есть даже огромные глыбы самородного метеоритного железа. В 1970-х годах были обнаружены кимберлитовые «трубки», содержащие алмазы. В разломах и трещинах образовались залежи золота и таких драгоценных камней, как рубин. Не менее важным ресурсом являются залежи графита, необходимого для производства тех же литий-ионных аккумуляторов. Все эти минеральные богатства Гренландии подтверждается обширными совместными исследованиями датских и американских ученых. В прибрежных (в основном, свободных от льда) осадочных бассейнах имеются месторождения таких металлов, как свинец, медь, цинк, железо, которые добываются в небольших объемах еще с конца XVIII века.

Кроме того, Гренландия обладает огромным количеством углеводородов, включая нефть и газ. Так, Геологическая служба США оценивает наличие углеводородных ресурсов на суше в северо-восточной части острова (включая сюда и покрытые льдом территории) примерно в 31 миллиард баррелей нефтяного эквивалента – что соизмеримо со всеми подтвержденными ресурсами сырой нефти на территории США. Также появляется всё больше исследований, подтверждающих наличие потенциально обширных нефтяных систем по всему морскому побережью острова.

По мнению ученых, уникальность Гренландии как раз заключается в этом присутствии всех трех способов формирования полезных ископаемых – от углеводородов до редкоземельных элементов и драгоценных металлов и драгоценны камней.  При этом содержание гренландских кладовых еще окончательно не изучено. И не столько из-за объективных трудностей, сколько из-за официальных ограничений на проведение геологоразведочных и изыскательских работ. Есть резонные опасения, что масштабная добыча полезных ископаемых нанесет сильный экологический урон острову. Мало того, посодействует ускоренному таянию ледников. Как отмечают ученые, примерно с 1995 года ото льда уже освободилась площадь, равная площади Албании. Понятно, что борцы с глобальным потепление рассматривают эту тенденцию как крайне нежелательную. Но тут, на их беду, в ситуацию начала вмешиваться американская власть. И теперь есть опасения, что давление со стороны США может ослабить экологический контроль, в результате чего начнут выдаваться новые лицензии не геологоразведку и добычу.

Трамп, например, совершенно не скрывает своих намерений. А его скептическое отношение к климатической проблеме способно привести к полному отказу от экологических ограничений. В начале января он еще раз подтвердил свои притязания на Гренландию, которую недавно полушутливо назвал 52-м штатом Америки. По этой причине в Европе растут опасения относительно попыток военной аннексии острова. Подчеркиваем, в Европе заявления Трампа по Гренландии уже не воспринимаются как шутка или пафосная риторика. В качестве источника критически важных ресурсов Гренландия и в самом деле важна для укрепления позиций США на мировой арене, особенно – в свете обострения отношений с Китаем.  

Как мы уже сказали, Китай фактически монополизировал рынок редкоземельных металлов и других критически важных элементов. Редкие земли, конечно же, важны не только для развития «чистой» генерации, но также и для оборонной промышленности и высокотехнологичного производства. Америку рост глобального влияния Китая беспокоит больше всего. Разрушение китайской монополии по редким землям – одна из важнейших стратегических задач для американской власти. Сегодня США импортируют не менее 80% редкоземельных элементов, испытывая тем самым зависимость от китайской политики. Понятно, что борьба с этой зависимостью предполагает создание собственного производства этих критически важных компонентов. Соответственно, освоение гренландских месторождений напрашивается тут само собой.

Европейцы также осознают эту проблему (о чем мы сказали выше), но, учитывая мягкотелость европейских политиков и их зацикленность на экологических ограничениях, администрация Трампа вполне может взять инициативу по освоению кладовых Гренландии в свои руки.

Самое интересное, что борцы с глобальным потеплением уже сейчас рекомендуют европейским властям не идти ни на какие сделки с Америкой по вопросам Гренландии. Впечатление такое, что их вполне устраивает ситуация, когда остров остается нетронутым рукой человека. Однако здесь возникает неприятная дилемма: «зеленый» энергопереход требует всё большего и большего производства критически важных компонентов, коими богата Гренландия. Без этого их цена может резко подскочить, что поставит под вопрос реализацию амбициозных программ по переходу на «чистую» энергию.

Для борцов с глобальным потеплением эта дилемма может оказаться неразрешимой, особенно если учесть то, что основная масса этих критически важных ресурсов находится подо льдом, и в этой связи было бы весьма желательно, чтобы остров освободился от ледникового покрова как можно скорее. В противном случае все эти компоненты для «зеленой» генерации просто не удастся извлечь. Однако Гренландия без ледников – самый большой кошмар как раз для тех, кто пытается предотвратить глобальное потепление. Ситуация, таким образом, становится патовой.

Самый примечательный момент в том, что более десяти лет назад ученые Института геологии и минералогии СО РАН продвигали программу освоение месторождений редкоземельных металлов в Якутии (о чем мы также писали). Проект прорабатывался тщательно вплоть до 2014 года и даже получил одобрение в правительстве. Причем, важным аргументом в пользу данного проекта являлась всё та же борьба с китайской монополией. Проектом вполне могли заинтересоваться западные компании, поэтому здесь намечалась почва для российско-американского сотрудничества.

Однако дальнейшие события привели к резкому ухудшению отношении между Россией и странами Запада. И наоборот, началось сближение с Китаем. Впрочем, по некоторым сообщениям, во время недавних двусторонних переговоров в Анкоридже всплывала тема совместного освоения северных месторождений, где фигурировали и якутские месторождения редкоземельных металлов. Детали этих переговоров не разглашаются и по сей день. Поэтому трудно сказать, возобновится ли сотрудничество между Россией и США по теме добычи критически важных компонентов на российской территории. Или же США пойдут на конфронтацию с Европой в борьбе за Гренландию? Шаг этот может показаться безумным. Но если он состоится, то можно будет с полной уверенностью констатировать (как это заявлял главный герой голливудского фильма «Послезавтра»): «Мир уже никогда не станет прежним».

Константин Шабанов

Президиум Российской академии наук утвердил новый состав Комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований, которую недавно возглавил академик Александр Глико. Об этом RTVI сообщил член президиума РАН, академик Роберт Нигматулин.

В распоряжении RTVI оказался полный список членов комиссии. В отличие от прошлого состава, в котором было много докторов и кандидатов наук, популяризаторов науки, теперь комиссия в основном состоит из действующих академиков и член-корров РАН. Вошел в ее состав и бывший глава комиссии, академик Евгений Александров.

«Александр Олегович Глико — уважаемый человек, новый председатель, на президиуме он представил список, никаких представлений, изменений не было», — сообщил Нигматулин.

В ноябре стало известно, что вместо Александрова, который уже несколько лет просил найти ему замену, комиссию возглавит Глико. Президент РАН Геннадий Красников поблагодарил Глико за согласие занять эту должность и взяться за непростые задачи, стоящие перед комиссией. Он призвал вице-президентов, членов РАН, академиков-секретарей тематических отделений помочь в комплектовании состава комиссии.

«Дорогие коллеги, считаю эту комиссию очень важной, потому что в ней работали действительно очень крупные люди, которые внесли большой вклад в дело защиты науки, в частности, избавили нас от фильтров Петрика. Это грозило большими потерями для нашего государства», — отметил академик Глико. Ученый подчеркнул, что особый интерес для комиссии будет заключаться в работе с крупными случаями лженауки, которые потенциально могут нанести серьезный ущерб.

Комиссия РАН по борьбе с лженаукой является консультативным и экспертным органом, созданным в 1998 году по инициативе нобелевского лауреата Виталия Гинзбурга. В течение многих лет ее возглавлял академик Александров. В 2022 году Президиум РАН присудил ему золотую медаль за выдающиеся достижения в области пропаганды научных знаний, оценив его работу по противодействию лженаучной деятельности и лженаучным воззрениям, отстаивание ценности научного знания и беспристрастной научной экспертизы.

В Новосибирском государственном университете на первой конференции-семинаре «Физические проблемы технологии рентгеновской литографии» был представлен проект отечественного рентгеновского литографа «Орел-7». Оборудование предлагается создать как элемент инфраструктуры Центра коллективного пользования «Сибирский кольцевой источник фотонов» (СКИФ) и использовать для преодоления технологических ограничений российской микроэлектроники.

Литография является ключевой технологией производства микросхем: именно она задает топологию и размеры элементов на полупроводниковых пластинах. Современные решения основаны на использовании излучения с длиной волны 13,5 нанометра (EUV-литография). Однако дальнейшее повышение разрешающей способности возможно либо за счет принципиально новых подходов, либо при переходе в более коротковолновую область – в том числе в рентгеновский диапазон.

Рентгеновская литография является следующим шагом в развитии классической фотолитографии и позволяет преодолеть фундаментальный предел точности, связанный с длиной волны света.  Принцип ее работы основан на экспонировании (облучении) специального чувствительного слоя – рентгенорезиста – через маску-шаблон.

Одним из её преимуществ является более высокое разрешение при сохранении производительности. Кроме того, малая энергия излучения снижает эффекты рассеяния в резистах и подложке, а устойчивость рентгеновских лучей к загрязнениям уменьшает вероятность дефектов рисунка.

В Академгородке работы в этом направлении начались с конца 70-х годов – с попытки освоить технологию изготовления интегральных микросхем с размерами элементов около 1 мкм на построенном в Институте ядерной физики синхротроне ВЭПП-2.

В то время изготовление столь малых размеров считалось недоступным оптической литографии. Но темп развития оптической литографии, особенно с появлением источников УФ диапазона, значительно опередил рентгеновские разработки. Рентген не выдержал конкуренцию и микронный барьер первой преодолела оптика.

Рентгеновская литография в 80-х годах нашла для себя нишу в области т.н. глубокой литографии, предназначенной для изготовления микроизделий на основе толстых слоев полимеров, металлов, керамики и других материалов. А затем и в области микромеханики, базирующейся на так называемой LIGA-технологии. Причем, в этом направлении речь шла о литографах работающих именно на основе синхротронного излучения. В случае с ИЯФ все работы велись на ВЭПП-3.

Но надо учитывать, что большую часть времени ВЭПП-3 использовался для исследований в области физики высоких энергий, а для так называемых пользователей синхротронного излучения выделялась только одна рабочая смена в неделю. Ситуация улучшилась только с введением на накопителе специальной экспериментальной станции «LIGA-технология и рентгеновская литография».

Новые перспективы развития рентгеновской литографии в России связывают с использованием синхротрона СКИФ для создания передовых литографов, что позволит обойти ограничения EUV-технологий.

Один из таких проектов был разработан группой ученых Центра искусственного интеллекта НГУ, Института физики полупроводников СО РАН и Института вычислительной математики и математической геофизики СО РАН. «Орел-7» предполагает создание специализированной рентгеновской станции на базе СКИФ – источника синхротронного излучения высокой интенсивности, необходимого для работы литографического оборудования нового типа.

Развитие микроэлектроники в ближайшие годы связано с переходом к ангстремным технологиям, где элементы создаются практически на атомарном уровне. По словам участников конференции, для качественного скачка необходимы прорывные решения и объединение усилий научных центров.

«Мы видим, что Россия сегодня отстает от мировых лидеров в области микроэлектроники. Чтобы преодолеть это отставание, нужны проекты, основанные на принципиально новых идеях. Такие задачи невозможно решить силами одного института – требуется широкая кооперация. Именно о формировании такого консорциума и шла речь на конференции», – отметил в своем выступлении директор Центра искусственного интеллекта НГУ Александр Люлько.

По его словам, компетенции центра в области создания цифровых двойников оборудования для микроэлектронной промышленности (в партнерстве со «Сбером») помогут ускорить разработку литографа. Параллельно участники проекта намерены задействовать научный потенциал институтов СО РАН.

Ожидается, что реализация проекта позволит отечественной промышленности преодолеть технологический предел в 28 нанометров – минимальный уровень, необходимый для выпуска массовых российских микропроцессоров.

Концентрация сил на топологической норме 28 нм даёт возможность сделать литограф уже в ближайшие годы, а не откладывать результат на неопределённый срок, считают разработчики проекта. Одновременно с этим остаётся большой потенциал по модернизации установки по мере отработки технологий создания более качественных масок, зеркал, более совершенных узлов совмещения и других частей системы.

По мнению заведующего лабораторией ИФП СО РАН Дмитрия Щеглова, возможное развитие рентгеновской литографии на СКИФ позволит использовать его выдающиеся характеристики.

Предполагается, что на базе синхротрона будет создана специальная станция и опытный образец литографа, где можно будет детально изучить физику процессов и отработать технологические параметры. В дальнейшем аналогичное оборудование планируется параллельно разворачивать на синхротроне в Зеленограде уже для целей отладки промышленного использования.

Пока проект находится на начальной стадии. По итогам конференции участники сформировали научно-техническое видение целесообразности создания станции, обозначили ключевые проблемы и технологические барьеры, а также наметили основы будущего консорциума. Проект уже вызвал интерес не только у научных центров Москвы, Новосибирска и других городов страны, но и в микроэлектронном центре Минска.

Сергей Исаев

Рассказываем как прошла традиционная встреча губернатора Новосибирской области Андрея Травникова с молодыми учеными региона. Двери для мероприятия распахнул Новосибирский институт органической химии имени Н.Н. Ворожцова СО РАН. Во встрече также принимали участие первый заместитель Председателя Государственной думы Федерального Собрания РФ Александр Жуков и председатель Сибирского отделения РАН вице-президент РАН академик Валентин Пармон.

После того, как директор НИОХ СО РАН доктор физико-математических наук Елена Багрянская вкратце рассказала об институте, слово передали молодежи. И недаром: именно в «органике» (так жители Академгородка называют институт) создана при поддержке Правительства Новосибирской области одна из трех десятков молодежных лабораторий.

О ее успехах рассказал руководитель – кандидат химических наук Максим Миронов. Лаборатория химии и технологии вторичных метаболитов растений и животных организована в рамках Сибирского биотехнологического научно-образовательного центра и занимается получением препаратов для медицины, сельского хозяйства, пищевой и косметической промышленности из растений Сибири и Дальнего Востока. Причем сырье извлекается из отходов лесопромышленного производства (кора березы, хвоя пихты и кедра), задача молодых ученых – разработать технологию извлечения, например, фломизоиковой кислоты, которой богат кедр. Эта субстанция обладает противоопухолевым, противовоспалительным и анальгетическим действием. Береста содержит бетулин, на его основе зарегистрирован препарат-гепатопротектор «Бетамид», показавший также антиоксидантные свойства. За 2024-2025 годы в Инжиниринговом центре НИОХ СО РАН уже наладили производство «Бетамида». А древесная зелень пихты, как оказалось, на 10-20% повышает урожайность сельскохозяйственных растений и делает их устойчивыми к инфекциям и морозу.

Сотрудниками лаборатории уже получено три патента на препараты, а в ближайшие годы планируется разработать технологию экстракции красителей из растительного сырья для пищевой и косметической промышленности, и повнимательнее присмотреться к корню хрена – там содержится важная для иммуноферментных анализов пероксидаза. Грант Правительства Новосибирской области позволил закупить необходимое для всех этих исследований оборудование.

Губернатор Новосибирской области Андрей Травников отметил важность подобных встреч с молодыми новосибирскими исследователями.

— Наши молодые учёные умеют формулировать проработанные предложения. Такие решения, как «Лаврентьевская карта» (по аналогии с Пушкинской – прим. ред.) или обеспечение транспортной доступности Академгородка обсуждались в своё время на таких встречах. А сегодня я напомнил молодым учёным, что каждое министерство Новосибирской области обязано сформировать актуальные исследовательские задачи в интересах той отрасли, которую они курируют, и за выполнение которых могли бы взяться соответствующие институты или университеты. Это обеспечивается финансированием от региона.

Ответив на вопросы молодых ученых, в основном касавшиеся жилищной проблемы, гости посетили молодежную лабораторию и инжиниринговый центр НИОХ СО РАН.

Ольга Колесова