Ученые Института цитологии и генетики СО РАН (ИЦиГ СО РАН, Новосибирск) вывели сорт тритикале (гибрид ржи и пшеницы), пригодный для функционального питания, сообщил замдиректора ИЦиГ СО РАН Петр Куценогий журналистам в среду.

«Сейчас у нас есть фиолетовый тритикале, зернышки которого содержат антоциан — полезное вещество для сердечно-сосудистой системы», — сказал он.

Методики геномной селекции, которыми располагают в ИЦиГ СО РАН, позволяют существенно сократить сроки селекции и целенаправленно создавать сорта с заданными свойствами, отметил замдиректора института.

«У нас есть пшеница белозерная (…) Если целенаправленно ее выращивать, то потом муку не надо отбеливать, это важно для высококачественных кондитерских изделий, белого хлеба и так далее», — сообщил он.

Также в ИЦиГ СО РАН активно работают над созданием новых сортов сои, пивоваренного ячменя и других культур, добавил ученый.

Ранее сообщалось, что в институте была создана обогащенная антоцианом пшеница, которая показала противоопухолевый эффект в экспериментах на мышах.

Антоцианы — пигменты, принадлежащие к классу биофлавоноидов. Они имеют характерный синий или фиолетовый цвет, а их основными источниками являются темноокрашенные фрукты, овощи и ягоды, однако последнее время более привлекательными источниками антоцианов становятся зерновые культуры за счет того, что дольше хранятся и более доступны.

Хотя активное освоение Арктики продолжается уже не один десяток лет, мир вечной мерзлоты и дрейфующих льдов все еще не так комфортен для жизни и работы человека, как хотелось бы. Суровая и вместе с тем такая уязвимая природа Арктики ставит перед людьми множество сложных, но интересных задач.

Давайте посмотрим, как современная наука и технологии справляются с полярными трудностями, и какие проекты развиваются сегодня в Российской Арктике.

Атомные технологии против морского льда

Еще на заре освоения Арктики было понятно, что с обычным морским флотом в этих краях далеко не уплывешь. Толщина льда у северных берегов Евразии достигает 2,5-3 метров, а в морях, далеких от Гольфстрима, этот лед существует большую часть года. И хотя ученые удивляют нас прогнозами, обещая первое полное таяние плавучих льдов Арктики уже летом 2027 года, пока круглогодичная навигация по Северному морскому пути без ледокольного флота невозможна. Бесперебойная доставка грузов, добыча полезных ископаемых и работа научных судов в Российской Арктике осуществимы только при наличии современного ледокольного флота – флота на основе атомной энергии.

Ядерные силовые установки на морских судах впервые появились еще в середине прошлого века. Сегодня во всем мире морские суда с ядерной энергией на борту – атомные подводные лодки и авианосцы – выполняют задачи исключительно военного характера. И только в России существует уникальный в своем роде гражданский атомный флот. Ядерный реактор на борту ледокола – это наукоемкая и весьма дорогостоящая технология, но она оправдана в этом регионе и имеет большие перспективы. Главное преимущество любого атомного ледокола состоит в том, что он может без дозаправки совершать длительные переходы. Дизельным ледоколам, которые эксплуатируются в других странах мира, эта задача не под силу.

Гордость российской атомной отрасли – ледокол проекта 22220 типа «Арктика» – способен проложить путь даже в тех районах, где толщина льда достигает 3-х метров! По сравнению с предыдущими типами ледоколов новые суда обладают повышенной проходимостью и превосходят их по скорости. Еще одно важное преимущество – универсальность новых ледоколов. Они могут одновременно как работать на большой глубине в морской акватории, так и заходить в русла северных рек: для этого на ледоколе проекта 22220 «Арктика» применили новую двухосадочную конструкцию судна.

В настоящий момент 3 передовых атомных ледокола уже работают по маршруту Северного морского пути: «Арктика», «Сибирь» и «Урал». Кроме этого, ведутся работы по строительству и вводу в эксплуатацию еще 3-х ледоколов нового поколения. Работами в этом направлении руководит государственная корпорация «Росатом» при участии ЦКБ «Айсберг».

Ядерная энергетика и ветровые электрогенераторы

Как и в любой другой части планеты, для работы и жизни в полярных районах нужны электрическая и тепловая энергия. Но в Арктике ее получение осложняется не только экстремальными погодными условиями, но и огромными расстояниями между населенными пунктами и промышленными объектами.

С 2020 года в Певеке, у берегов Чукотского автономного округа работает уникальная плавучая атомная станция «Академик Ломоносов». Это отдаленный район, лишенный доступных источников энергии, а доставка сюда горючего топлива для работы тепловой электростанции связана со значительными трудностями. Атомная плавучая станция стала оригинальным решением проблемы, хотя и весьма затратным.

Еще один источник ядерной энергии в условиях Арктики – водород. На базе Института арктических технологий МФТИ сейчас разрабатывается интересный проект: международная арктическая станция «Снежинка». Она разместится на территории Ямало-Ненецкого автономного округа. Предполагается, что это будет полностью автономный научный комплекс из зданий купольного типа вместимостью до 80 человек, а энергетическую автономность объекта обеспечит водородная энергетика.

На станции планируют разместить астрономическую обсерваторию и несколько научных лабораторий, которые наряду с другими исследованиями будут заниматься проблемами деградации многолетней мерзлоты в Арктике. Помимо ядерной энергетики на станции будет использоваться и ветровая энергетика. Научный комплекс планируют разместить в Нефритовой долине, недалеко от города Салехард, так как это место известно своими частыми и сильными ветрами.

Получение энергии за счет силы ветра – еще одно перспективное направление развития арктической энергетики. Регионов, где особенно зимой часто дуют сильные ветры здесь немало. В отдаленных от материка районах скорость ветра нередко достигает 25 м/с и даже выше. Ученые из Института арктических технологий МФТИ считают, что нужно активно использовать эти ресурсы природы и занимаются разработкой ветровой энергетической установки. Конечно, это не стандартная установка, а спроектированная специально для Арктики: она способна работать при температуре до минус 50 ºС, выдерживать порывы ветра до 60 м/с и не подвержена оледенению.

Сейсмическая активность и безопасность

По сравнению с невероятным холодом, ветрами, плавучими льдами и полярной ночью угроза землетрясений в Арктике не кажется проблемой, требующей незамедлительного решения. Но это лишь на первый взгляд. Не стоит забывать, что некоторые полярные районы являются зоной повышенной сейсмической опасности, особенно это касается северной части Кольского полуострова, Моря Лаптевых и прилегающих к нему прибрежных участков севера Евразии.

Планируемая добыча полезных ископаемых в таких условиях требует принятия дополнительных мер безопасности. В настоящий момент ведется мониторинг сейсмической активности арктического региона, а ученые Геофизического центра РАН работают над проектом, который позволит оценить сейсмические риски при работе в Арктике.

Комплексный мониторинг среды в Арктике

Комплексные научные исследования в Арктике – основа устойчивого развития региона. Изучение выбросов метана в морях, климатические показатели, ледовая обстановка, мониторинг флоры и фауны, геофизические исследования – этими и многими другими вопросами в Арктике постоянно занимаются российские специалисты.

В том числе и для решения этих задач два года назад была создана и запущена в эксплуатацию уникальная платформа – дрейфующая научная станция «Северный полюс» с возможностью автономного плавания до 2-х лет. Это настоящая мобильная лаборатория, на борту которой одновременно могут находиться более 30 ученых самого разного профиля. В августе 2024-го года судно во второй раз отправилось по просторам Северного Ледовитого океана. Помимо платформы «Северный полюс» в Арктике работает еще ряд научных судов со специальным оборудованием, которые ведут мониторинг параметров окружающей среды, в том числе и в рамках международных проектов. Наша страна принимает участие в проекте по сохранению популяции белых медведей и проводит работы в рамках изучения изменений климата.

Научные наблюдения в Арктике ведутся не только в самом регионе, но и из космоса. Специально для этих целей были запущены два спутника дистанционного зондирования земли под названием «Арктика-М». Помимо круглосуточного мониторинга эти аппараты обеспечивают связь в акватории морей Северного Ледовитого океана: на данный момент эта, почти необитаемая территория, не имеет альтернативных способов связи.

Технологии для добычи и разведки полезных ископаемых

Первая разработка сырьевых ресурсов в Российской Арктике началась еще в советский период и активно продолжается в современной истории. Медно-никелевые руды Норильского района, углеводороды на полуострове Ямал, алмазы севера Якутии, каменный уголь, хромовые руды и многое, многое другое – все это невероятное разнообразие полезных ископаемых успешно добывается сегодня в материковой части Российской Арктики. Но в обозримом будущем Россия планирует наращивать добычу сырьевых ресурсов в морской акватории, а это означает, что потребуются новые технологические решения для суровых и неординарных условий Арктики.

В первую очередь ведутся работы по созданию и применению новых материалов, которые используются для объектов инфраструктуры и добычи ископаемых. Кроме этого, активно внедряются цифровые сервисы и IT-технологии, ведется автоматизация всех процессов, какие только возможны: от мониторинга ледовой обстановки до бурения геологоразведочных скважин и самого процесса добычи нефти на шельфе. Продолжаются многочисленные разработки технологий для геофизических исследований: разведка и разработка сырьевых месторождений стимулирует развитие и в этой сфере.

На базе ЦКБ Морской техники «Рубин» ведется разработка сразу нескольких проектов для работы в арктических условиях, в том числе и для добычи полезных ископаемых на шельфе. Представлен весьма перспективный проект «Айсберг» – это высокотехнологичный комплекс, который сможет заниматься сейсморазведкой и добычей нефти на морском дне, даже в тех районах, где существует многолетний морской лед. На различных тематических выставках уже были представлены модели подводных роботов-доставщиков, грузовые подводные аппараты и другая интересная техника этого бюро.

Чем геофизики помогут юристам?

Среди важнейших вопросов сегодняшней Арктики немало тех, которые требуют решения не только от инженеров, физиков, химиков, энергетиков, но и от юристов. И если материковая часть полярного региона не вызывает вопросов, да и островные территории по большей части нашли своих владельцев, то вот вопрос о принадлежности морских акваторий Северного Ледовитого океана и хранящихся там природных богатствах остается открытым. Канада, Норвегия, Дания, США, и, конечно же, Россия – это лишь неполный список стран, которые пытаются разобраться в тонкостях морского права с его двусмысленными формулировками и заявить о своих правах на новые акватории. Арктика, как, впрочем, и Антарктида, являются территориями, правовой статус которых до конца не определен.

Среди наиболее крупных проблем подобного рода – вопрос о спорной принадлежности хребта Ломоносова в центральной части Северного Ледовитого океана. Свои права на него, помимо России, заявили также Дания и Канада. Ученые полагают, что здесь сосредоточены колоссальные запасы углеводородов, поэтому странам мира рано или поздно придется решить, чьи же это ресурсы. И для того, чтобы определить юридический статус территории, понадобится помощь геофизиков и специалистов по глубоководному бурению, которые должны убедительно доказать, что земная кора в районе подводного хребта Ломоносова принадлежит именно к континентальному типу.

Ольга Фролова

Для обывателя лодка – это средство передвижения по водоему. А для ученого-археолога – ценный источник информации, причем, не только о культурно-хозяйственной жизни ее владельцев, но и о процессах коммуникации между разными народами. О том, что могут рассказать лодки-долбленки про историю Западной Сибири – в очередном интервью с известным новосибирским археологом, д.и.н., главным научным сотрудником Института археологии и этнографии СО РАН Андреем Павловичем Бородовским.

– Скажите, а часто ли находят древние лодки? Все-таки они делались из дерева, а это не самый долговечный материал.

– К сожалению, для Верхней Оби мы пока фиксируем только одну археологическую находку, которая была сделана более сорока лет назад в Сузунском районе. Если рассматривать более обширные территории, то недавно на Горном Алтае у с. Курай при изучении памятника гунно-сарматской эпохи (III – V века н.э.) были найдены захоронения в гробах, напоминающих лодки. Это, скажем так, из области последних находок. К наиболее известным находкам такого рода можно отнести схожие захоронения, найденные в Китае (Тарим-Базин). Хотя они находятся достаточно далеко от ближайшего моря. Что касается нашей территории, то источниковая база довольно ограничена – это изображения лодок на петроглифах Томской писаницы, несколько погребений в Томской области по реке Чулым и погребение в Сузуне, о котором я говорил.

– Тогда каким образом удается изучать более поздние эпохи истории Сибири, с помощью лодок?

– С помощью тех лодок, которые до сих пор использует население сел и деревень в Верхнем Приобье. Первым такое исследование провел в 1970-х годах омский этнограф Н.А. Томилов в селе Юрт-Акбалык Колыванского района Новосибирской области. Он смог описать и фото документировать основные этапы изготовления лодок-долбленок из ивовой древесины одной из групп тюркоязычного населения (чаты, эуштинские татары). Последующие исследования, вплоть до 2015 г. дали возможность не только отследить механизмы преемственности в передаче другим поколениям производственных навыков, но и существенно расширить географию распространения лодок-долбленок на севере Верхнего Приобья. 

А также - механизмы межкультурного и межнационального транзита технологии производства лодок-долбленок.  По наиболее ранним этнографическим данным чаты, появившиеся на севере Верхнего Приобья не ранее рубежа XVI-XVII вв. заимствовали технологию изготовления лодок-долбленок у местного угорского населения (остяков). Однако, при этом заимствовании они внесли определенные инновации, с учетом местных условий (виды древесины, проживание в непосредственной близости к воде). Прежде всего, я говорю про использование больших по обхвату ивовых деревьев («ветла») и как следствие изготовление более широких лодок-долбленок.

И что еще важно – в Западной Сибири сформировался особый тип остроносой лодки-долбленки, который отличается от всех других лодок подобного класса в мире вообще.

– А как их изготавливали?

– В целом, технологию изготовления этих традиционных плав средств можно охарактеризовать следующим образом.  На создание одной лодки-долбленки уходит около недели, этот срок включает выбор дерева, его транспортировку и сам процесс изготовления. В широкой Обской пойме в теплое время выбирается ветла, ствол которой составляет обхват руки взрослого человека, высота её должна быть не менее 4,5 м. Дерево необходимо выбирать плотное, однородное, без сучков и внутренних трещин. Как правило, все такие деревья росли далеко от деревни, что требовало доставки древесины. Такая проблема могла быть решена двумя способами. Во-первых, изготовлением лодки до полуфабриката на месте заготовки, а затем перевоз ее в деревню. Во-вторых, непосредственная транспортировка необходимых размеров бревна ветлы в деревню.

При выборе дерева учитывалось еще несколько качеств - кора у него должна быть "прямой", т.е. узор рельефа должен быть равномерным - вертикальным. Если же кора у дерева была "вертанутая" - наклонный рельеф и рисунок коры, то такое дерево не использовалось. Поскольку при долблении лодка могла лопнуть. Кроме того, кора должна быть совершенно здоровой, и на ней не было трещин.

Изготовление лодок начиналось в конце марта-апреле. Одной из самых ответственных операций была разметка. После разметки носовые края лодки подрубались топором и начиналась разметка шпонками- чопики, необходимыми для контроля равномерной толщины стенок лодки при ее выдалбливании. Шпонки чопики изготовлялись из пробкового корьевого слоя "тирек" (тополя), найти которое в настоящее время достаточно сложно.

После заготовки шпонок-пробок, количество которых должно было составлять несколько десятков для одной лодки производилось их закрепление в корпусе. Установка пробок велась при помощи изготовления отверстий желобчатым сверлом. Именно этот тип инструмента позволял прорезать древесину, а не рвать ее, как происходило при обычном типе сверла. Среднее количество чопиков в одном ряду составляет 10 штук, расстояние между рядами чопиков от 15 до 25 см., общее количество чопиков до 126 штук. На дне лодки, на расстоянии выбирались крепления для шпангоутов. Глубина лодки в готовом состоянии составляла 30 - 40 см., ширина в центральной части до 93 см. Значительная ширина лодок-долбленок в с. Юрт-Акбалык в сравнении с хантыйскими "осиновками" и "кедровками" как раз и свидетельствует, что этот вид плавсредства ориентирован на озерно-проточный тип водных артерий. Действительно, в условиях открытой обской поймы нет необходимости изготавливать узкие лодки, с которыми удобно передвигаться с реки на реку в плотных лесных районах.

– Вы говорили, что лодки несут информацию не только о хозяйственной жизни местного населения, но и о культурных контактах между разными народами, проживавшими на этой территории. Расскажите об этом подробнее.

– В одном из документов томского воеводы Григория Петрово-Соколова от декабря 1708 г. говорится, что, «томчане русские люди, чатские татаровя и белые выезжие калмыки в летнее и осеннее время в урочищах Таволганских лесов и по рекам Ине и Берди для звериного, хмелевого и лодочного промысла…». То есть мы видим, что здесь лодочный промысел осваивался различными по происхождению этническими группами (тюркскими, восточнославянскими), совместно проживающими в этом регионе.

В этом районе с конца XVII в. активно контактировали различные группы тюркского и восточнославянского населения, что в конечном итоге примело не только широкому использованию лодок-долбленок вне первоначальной этнической среды, но и заимствованию технологии изготовления этих традиционных плав средств.

Другой территорией с аналогичным характером культурного взаимодействия и заимствования лодок-долбленок являются окрестности Убинского озера на севере Барабинской лесостепи. Не менее важно, что на указанных территориях с XVIII столетия существовали первые пункты государственности (Умревинский, Чаусский остроги, Убинский форпост) в рамках которых процессы межкультурного взаимодействия проходили с особой интенсивностью.

Местное татарское население активно привлекалось в сферу хозяйственной, и служебной деятельности. центрами которой были остроги и форпосты как основные пункты Российской государственности в западносибирском регионе. Поэтому не случайно, что именно на этой территории вплоть до настоящего времени сохранился традиционный промысел лодок-долбленок, как одно из отражения национальной идентичности, а также активности межкультурных контактов населения с различной этнической принадлежностью. 

– А есть еще какие-то объекты материальной культуры, которые также несут информацию не только о технологиях их изготовителей, но и об этнокультурных контактах той или иной эпохи?

– Если говорить про Западную Сибирь, на самом деле категорий таких предметов не так уж и много, что только повышает их ценность. Прежде всего. Это детские колыбели-люльки, о которых мы некоторое время назад уже говорили. В свое время отечественный этнограф, доктор исторических наук, профессор Галина Ивановна Пелих выдвинула очень интересную концепцию о том, что у хантов и манси, а особенно – у селькупов, сохраняются колыбели, схожие с теми, что мы видим на древних шумерских изображениях. И строила на этом основании гипотезу о более южном происхождении предков этих народов. Здесь мы видим чистой воды анализ этнокультурных связей, путей миграции на основе предмета материальной культуры.

Лодки, колыбели – это те предметы материальной культуры, которые, с одной стороны, сохраняют традицию, а с другой стороны – адаптируют и приспосабливают ее под свои условия. Выступают неким «коммуникатором» в широком смысле слова.

Сергей Исаев

Общее собрание РАН посвящено теме «Российская академия наук в решении проблем научно-технологического развития Российской Федерации», к обсуждению планируются как вопросы организации научной политики, так и научные проблемы в области биологии, искусственного интеллекта, энергетики, космоса и других направлений. 

Заместитель председателя Правительства РФ Дмитрий Николаевич Чернышенко во вступительном слове отметил, что задачу формирования научно-технологического лидерства невозможно решить без опоры на научную среду, и при тесном взаимодействии с Академией наук и ее президентом академиком Геннадием Яковлевичем Красниковым идет формирование перечня приоритетных направлений и важнейших наукоемких технологий. «Правительство будет поддерживать инициативы РАН, в том числе в части вопросов развития фундаментальных исследований в России», — сказал Дмитрий Чернышенко. Также он озвучил, что в бюджете 2025 года в рамках госпрограммы НТР денег на науку заложено на 14 % (на 83,5 млрд рублей) больше, чем в 2024 году, основное увеличение планируется по разделу «фундаментальные научные исследования» — на 50 млрд. На 10 % вырастут ассигнования на прикладные тематики. В целом бюджет на исследования и разработки составит 665 млрд рублей. 

Кроме того, Дмитрий Чернышенко анонсировал появление еще 800 молодежных лабораторий. По его словам, в настоящий момент обсуждаются новые правила формирования государственного задания, расширения полномочий Академии по научно-методическому руководству организациями. Д. Чернышенко отметил активную экспертную работу в рамках единой цифровой среды домена «Наука и инновации». «Академия — первая организация в цифровом контуре сервиса экспертизы, уже включено в работу около 5 700 экспертов, сделано более 200 тысяч экспертных заключений. РАН — системообразующий институт в едином научно-технологическом пространстве. Интеллектуальный потенциал Академии необходим для формирования адекватного ответа на современные вызовы», — резюмировал Д. Чернышенко.

Министр науки и высшего образования РФ Валерий Николаевич Фальков обратил внимание на ряд важных решений в научно-технологической сфере, утвержденных указами Президента России Владимира Владимировича Путина: обновленная Стратегия научно-технологического развития, национальные цели развития на перспективу до 2036 года, приоритетные направления научно-технологического развития и перечь важнейших наукоемких технологий. «Три этих указа определяют целеполагание научно-технологического развития на ближайшие годы, — сказал В. Фальков. — Общим ориентиром достижения технологического лидерства является показатель, характеризующий долю внутренних затрат на исследования и разработки в структуре ВВП, к 2030 году он должен составлять не менее 2 %. Причем за счет не только средств бюджета, но и с активным привлечением финансирования со стороны бизнеса. На ближайшие пять лет расходы бизнеса на исследования и разработки должны увеличиться не менее, чем вдвое». 

В целях повышения востребованности полученных учеными результатов, в рамках государственного задания реализуется пилотный проект формирования государственного задания на проведение фундаментальных и поисковых исследований в соответствии с запросами ведущих компаний. Такая работа ведется в следующих областях: мало- и микротоннажная химия, технологии развития Арктики. «Важен ориентир на технологическое лидерство, тут колоссальная роль принадлежит фундаментальным исследованиям и РАН в определении конкретных приоритетов и векторов. В бюджете на 2025 год и плановый период 2026—2027 гг. на фундаментальные исследования предусмотрено больше 311 миллиардов рублей, — отметил В. Фальков. — Поручено сформировать новые подходы к научно-методическому руководству научной и научно-технической деятельностью наших институтов и университетов, в том числе расширить полномочия Академии на организации, не находящиеся в ведомстве Минобрнауки. Совместно с РАН мы работаем над этими подходами, многие из которых уже воплощены в жизнь». 

С приветственными словами также выступил председатель комитета Государственной думы по науке и высшему образованию Сергей Владимирович Кабышев. «Важно превращать науку в основной источник технологического прогресса», — напомнил он. Руководитель Федерального медико-биологического агентства член-корреспондент РАН Вероника Игоревна Скворцова отметила важность медицинских исследований, в частности когнитивных. «В работе Академии наук, как и в работе ФМБА, взгляд вперед сочетается с преемственностью», — подчеркнула она. 

Президент РАН академик Геннадий Яковлевич Красников в начале работы Общего собрания рассказал о новых подходах к организации научно-технологических исследований в России. По его словам, Академия наук выступила с инициативой увеличить расходы на науку до 2 % ВВП. Этот объем был закреплен в поручениях Президента РФ по итогам Послания Федеральному собранию Российской Федерации. Кроме того, обновлена Стратегия научно-технологического развития РФ с учетом предложений РАН. «Зафиксировано понятие квалифицированного заказчика, — прокомментировал Г. Красников, — и это важное нововведение для установления востребованности научной разработки». 

Для усиления роли РАН в научном и экспертном обеспечении страны создан Научно-технический совет Комиссии научно-технологического развития Российской Федерации, подробнее о его работе говорил вице-президент РАН академик Степан Николаевич Калмыков. В составе совета выделено восемь секций, которые курируют вице-президенты РАН по наиболее актуальным тематикам. Геннадий Красников дополнил, что в ходе работы сформировано семь приоритетных направлений научно-технологического развития СНТР, а также перечень из 21 критической технологии и семь сквозных технологий; проведена экспертиза 20 региональных программ и 16 национальных проектов технологического лидерства; внесено свыше 270 замечаний, многие из которых учтены. По мнению президента РАН, очень важно провести приоритезацию направлений, в которых Россия претендует на мировое лидерство, и сформировать их перечень. «Считаю, что наши тематические отделения должны провести аналитическую работу, сформулировать свои предложения, а затем РАН совместно с Научно-техническим советом на площадке КНТР определила бы перечень таких проектов технологического лидерства», — определил Г. Я. Красников механизм работы. 

Он сообщил, что в ближайшие дни планируется обсуждение изменений в закон о РАН. В числе внесенных предложений есть передача полномочий Комиссии по кадровым вопросам Совета при Президенте РФ по науке и образованию кадровой комиссии РАН; согласование РАН кандидатур руководителей всех научных организаций, ранее входивших в Федеральное агентство научных организаций, вне зависимости от их текущей ведомственной принадлежности; а также согласование с РАН снятия и назначения исполняющих обязанности руководителей научных организаций.

Обращаясь к теме необходимости формирования государственного задания с учетом востребованности работ, Г. Я. Красников рассказал, что в настоящий момент готовятся предложения по тематикам от профильных ведомств. В дальнейшем тематические отделения должны определить, какие научные институты могут провести подобные исследования. «При таком подходе к научно-методическому руководству тематическим отделениям РАН отводится особая роль, — обозначил Геннадий Яковлевич. — Это создаст условия для формирования научно-технологической цепочки от фундаментальных и поисковых исследований до внедрения результатов, а также ускорит научно-технологическое развитие нашей страны». 

Юлия Позднякова 

Фото автора

Сотрудники Новосибирского государственного университета получили свидетельство о регистрации на базу данных пациентов, у которых был диагностирован немелкоклеточный рак легкого. В ней собраны результаты ретроспективного анализа восьмисот случаев этого заболевания, выявленного у тех, кто обращался за лечением в Городскую клиническую больницу № 1 г. Новосибирска за последние два года.

«Онкология, наряду с сердечно-сосудистыми заболеваниями, является сегодня, пожалуй, одной из основных причин смертности в мире. Среди всех видов раков у мужчин лидирует как раз рак легкого, у женщин он тоже часто встречается, но реже, чем рак молочной железы. И более 80 % случаев – это как раз немелкоклеточный рак легкого. И поскольку через отделение полихимиотерапии и торакальное отделение ГКБ № 1 ежегодно проходит очень много пациентов, неудивительно, что среди них встречаются сотни людей с таким диагнозом», — рассказала один из авторов исследования, д.м.н., профессор Наталья Ложкина.

Совместно с заведующим отделением полихимиотерапии ГКБ № 1 Александром Филипповым и студентом НГУ (ныне проходящим ординатуру НИИПК им. Мешалкина на нейрохирургии) Темирланом Зархановым, они собрали в единую базу данные клинического, демографического характера, результаты компьютерной и магнитно-резонансной томографии, ангиографий и т.д., а также — типов лечения и двухгодичных сердечно-сосудистых исходов у больных с впервые выявленным немелкоклеточным раком легкого. У части пациентов был проведен метаболомный скрининг до и после проведения противоопухолевой терапии.

Как подчеркивают авторы исследования — подобные базы являются очень важной платформой для выполнения различных исследований, связанных с выявлением особенностей протекания заболевания и поиском более эффективных способов его диагностики и терапии.

«В частности, на основе этой базы мы уже построили прогностическую модель риска возникновения сердечно-сосудистых осложнений у таких пациентов в течение двух лет. Применяя эту формулу, врач-онколог может подбирать более персонализированную стратегию противоопухолевой терапии для новых пациентов. По мере пополнения базы полезность ее для выполнения различных исследовательских проектов будет только возрастать», — отметила Наталья Ложкина.

База данных может быть использована не только в исследовательских целях, но и для анализа работы врачей, изменений в распространении заболевания и эффективности борьбы с ним в масштабах нашего региона.

«Популярность подобных баз данных в современной медицине год от года растет, в том числе и в нашей стране. Но хотелось бы, чтобы их стало больше. Но поскольку это достаточно кропотливая и энергозатратная работа, которая к тому же, очень часто, как и в нашем случае, делается без грантовой поддержки, по инициативе самих составителей, прогресс в этой области не такой быстрый», — подчеркнула Наталья Ложкина.

Пресс-служба Новосибирского государственного университета

Лауреаты Национальной премии в области будущих технологий «ВЫЗОВ» были названы 9 декабря 2024 г. в Государственной Третьяковской галерее в Москве. В номинации «Инженерное решение» победителем стал доктор физико-математических наук главный научный сотрудник Института ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН (ИЯФ СО РАН), заведующий лабораторией бор-нейтронозахватной терапии ИЯФ СО РАН, доцент кафедры физики элементарных частиц Физического факультета Новосибирского государственного университета (ФФ НГУ), заведующий лабораторией бор-нейтронозахватной терапии ФФ НГУ Сергей Таскаев. Премия вручена «за разработку компактного ускорительного источника нейтронов, пригодного для широкого круга исследований, в том числе для нейтронозахватной терапии».

Бор-нейтронозахватная терапия (БНЗТ) – перспективная методика терапевтического лечения злокачественных опухолей путём накопления в них стабильного изотопа бор-10 и последующего облучения нейтронами. В результате поглощения нейтрона бором происходит ядерная реакция с большим выделением энергии именно в той клетке, которая содержала ядро бора, что приводит к ее гибели.

На сегодняшний день БНЗТ подтвердила свою эффективность и начинает активно внедряться в клиническую практику не только в Китае, Японии и Южной Корее, но и в России. Важную роль в продвижении метода сыграл ИЯФ СО РАН. Именно здесь был разработан и построен лучший по характеристикам ускорительный источник нейтронов VITA. Хорошо работающая в разных режимах ускоряющая система, возможность управления пучком и его диагностики, долго работающая без изменения параметров литиевая мишень – все это сделало машину оптимальной для клинической практики. Специалисты ИЯФ СО РАН изготовили и запустили источник нейтронов, который в настоящее время отправляется в «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России (г. Москва).

Комментирует лауреат премии Сергей Таскаев:

– 9 декабря в зале «Врубель» Третьяковской галереи на итоговой пресс-конференции Национальной премии в области будущих технологий «ВЫЗОВ» были названы имена лауреатов 2024 года в пяти номинациях и меня признали лауреатом в номинации «Инженерное решение». Я считаю это грандиозным общественным признанием наших успехов, которого не хватало нашей команде. Мы предложили и сделали мощный ускорительный источник нейтронов, что само по себе достижение, и стали его использовать для разных приложений: лечения кошек и собак, радиационного тестирования материалов для ИТЭР и ЦЕРН, измерения сечения ядерных реакций, зачастую впервые, и пр. В конце концов, сделали установку для Китая, на которой уже лечат больных, и уже сделали установку для Москвы для лечения больных. Были достижения, но не было признания. Заявки на премии молодым ученым не проходили. Первый звоночек был в прошлом году, когда Российский научный фонд признал наши достижения одними из пяти лучших научных достижений России за десятилетие. Узнав про Национальную премию «Вызов», я, не думая, подал заявку и стал лауреатом, вполне заслуженно.

Я надеюсь, что эта премия, это общественное признание, облегчит нам путь внедрения методики БНЗТ в клиническую практику в Российской Федерации, позволит привлечь внимание инвесторов и из прорывной научной разработки сделать востребованный российский продукт, а также поспособствует в привлечении средств для реализации новых идей: это и VITAminka и iVITA и самой смелой, безбашенной – создания нейтрон-нейтронного коллайдера или сначала нейтрон-электронного коллайдера, на котором можно будет впервые напрямую изучить нейтрон.

Над развитием БНЗТ в течение многих лет работает большой коллектив специалистов ИЯФ СО РАН, а также НГУ.

НГУ и ИЯФ СО РАН в рамках стратегического проекта «Радиационные технологии будущего» программы «Приоритет 2030» на установке, созданной в ИЯФ СО РАН С.Ю. Таскаевым, ведут работы по двум тематикам. По бор-нейтронозахватной терапии и по радиационным испытаниям различных материалов и приборов с применением быстрых нейтронов. По этим направлениям в НГУ работают сразу несколько лабораторий. Лаборатория инновационной и ядерной медицины Физического факультета НГУ проводит доклинические испытания медицинской технологии лечения рака методом бор-нейтронозахватной терапии. В частности, ученые НГУ на источнике нейтронов, собранном в ИЯФ СО РАН, провели первые в мире успешные эксперименты по лечению домашних животных со злокачественными опухолями по методике БНЗТ. Кошкам и собакам вводили борсодержащий препарат и облучали на ускорительном источнике нейтронов, после чего был отмечен регресс опухолей и улучшение общего состояния животных. Был сделан вывод, что метод БНЗТ клинически эффективно работает против многих злокачественных видов рака, таких как меланома, глиоматоз головного мозга, глиобластома и других видов, до сих пор не поддающихся лечению существующими методами. Лаборатория физики адронных взаимодействий Физического факультета НГУ создала на базе источника нейтронов стенд для исследования радиационной стойкости с быстрыми нейтронами различных материалов и приборов и провела на нем ряд успешных исследований.

Пресс-служба Института ядерной физики СО РАН

Известно, что Исаак Ньютон отрицал возможность глобальных катастроф и даже боролся с теми, кто утверждал обратное. По мысли великого ученого, в мире установлен почти идеальный разумный порядок, и если периодически и происходит божественное вмешательство, то оно, скорее всего, сродни конструктивному вмешательству часовщика в работу созданных им часов. Сейчас нам трудно установить, поменял ли ученый свои взгляды на исходе лет. Дело в том, что незадолго до смерти у Ньютона начались серьезные проблемы с головой, и потому в таком состоянии его слова утрачивали ценность в глазах современников.

В наше время дела с этим обстоят намного проще, поскольку знаменитые личности чуть ли не до самой кончины раздают многочисленные интервью, участвуют в пресс-конференциях и тому подобных мероприятиях. Учитывая, с каким пиететом у нас относятся к таким персонам, всё, произнесенное ими публично, неизменно сохраняется в скрижалях человеческой мудрости. Самый яркий пример – предсмертные «откровения» Стивена Хокинга. Напомним, что прославленный физик посоветовал человечеству готовиться к переселению на другую планету, поскольку, считал он, жизнь на Земле находится на пороге гибели. Причем, лететь он предлагал не на Марс, а на систему Альфа Центавра, где якобы можно было отыскать новую обитель, пригодную для жизни. По крайней мере, Хокинг надеялся, что Альфа Центавра – самое «близкое» для нас место, где возможны обитаемые планеты.

Почему-то мало кого из нас настораживает тот факт, что подобные пророчества исходят от людей, с чьими именами ассоциируется научно-технический прогресс. Здесь есть повод призадуматься, потому что научно-технический прогресс, по сути своей, автоматически предполагает веру в возможности человека самостоятельно решить на Земле все проблемы, создав соответствующие технологии. Сто лет назад, в эпоху тотального рационалистического оптимизма, всё именно так и понималось. И надо сказать, что до конца прошлого столетия почти все мы были на этот счет большими оптимистами. Но вдруг что-то надломилось, и мрачные апокалиптические картины начали рисовать те, от кого это меньше всего ожидалось.

Такая метаморфоза произошла на склоне лет со знаменитым британским ученым-изобретателем Джеймсом Лавлоком. У нас в стране Джеймс Лавлок не получил широкой известности. Тем не менее, это фигура мировой величины. Он прожил более ста лет и оставил солидное интеллектуальное наследие, включая десятки важных изобретений, а также книги, переведенные на разные языки (в том числе и на русский). Его иногда сравнивают с гениями эпохи Возрождения за многосторонность увлечений. Сферы его интересов – химия, биология, экология, медицина, космология, геология и климатология. Помимо этого, он был прекрасным инженером, и даже предпочитал называть себя именно инженером, а не ученым.

Для нашей темы его личность примечательна тем, что Лавлок находится в ряду вдохновителей современного экологического движения. До последнего времени он даже был живой иконой нынешних «зеленых», пока не разочаровал их своими позитивными высказываниями в адрес атомной энергетики. В научных кругах Лавлок известен как создатель теории «живой» Земли, обладающей – на уровне целого – собственной системой самоорганизации и самовосстановления. Начало этой теории, получившей позже название «теория Геи», было положено Лавлоком еще в середине 1960-х годов, когда он работал в Лаборатории реактивного движения в Калифорнии. Дальнейшая работа в указанном направлении была продолжена в 1970-е годы совместно с американским ученым-микробиологом Линн Маргулис. Основная идея «теории Геи» гласит, что живые организмы эволюционируют совместно со средой обитания, и, таким образом, оказывают на нее влияние. Фактически, все живые организмы являются составной частью всепланетарного живого существа. Отсюда вытекало, что биосфера может влиять на стабильность глобальной температуры, поддерживая определенный химический состав атмосферы.

В научном мире отношение к этой теории было неоднозначным. Ее вполне справедливо критиковали за явственные ассоциации с натурфилософским оккультизмом в духе движения «Нью Эйдж». И не только за это. Были некоторые расхождения и по частным моментам. Тем не менее, учитывая солидный послужной список Лавлока в области прикладных исследований и технических изобретений, его никак нельзя назвать кабинетным фантазером. То есть, человек заслужил свой авторитет конкретными делами, за что и получал награды от правительств западных стран. По этой причине его высказывания имели серьезный вес в кругах людей, вдохновленных его энтузиазмом и имевших схожие взгляды на глобальные проблемы.

Как раз по этой причине мы не можем обойти стороной важные публичные заявления Лавлока, поскольку они вызвали ощутимый резонанс не только в среде экологических активистов, но и, судя по всему, в среде политиков. На склоне лет знаменитый изобретатель начал делать необычайно мрачные прогнозы относительно будущего нашей планеты и человечества. Создатель теории «живой» Земли неожиданно пришел к выводу, что человеческая популяция также находится на склоне лет и стремительно движется к своему закату. Выявленный Лавлоком механизм самоорганизации и самовосстановления биосферы как будто надломился под влиянием хозяйственной деятельности людей. Если когда-то, на протяжении миллионов лет, состав атмосферы отличался стабильностью, то теперь стабильность идет крахом. Главные источники угрозы – химические аэрозоли, разрушающие озоновый слой и, конечно же, антропогенные парниковые газы, способствующие росту глобальной температуры. Отлаженная, тонко настроенная «система Геи» уже не справляется с нагрузками. И теперь «Гея» начинает мстить человеку за его легкомысленное отношение к природе. Таковы, в общих чертах, основные посылы Лавлока в плане объяснения развивающейся экологической катастрофы.

В свое время, еще в начале 1990-х, у нас много писали об угрозе озоновых дыр. В научно-популярной периодике ее нередко преподносили в алармистском стиле, как очень серьезную угрозу. Чтобы было понятно: Лавлок находился в числе тех, кто активно «раскачивал» данную тему. Теперь она отошла на задний план, уступив место теме глобального потепления. И вот здесь знаменитый изобретатель, что называется, «оторвался» на всю катушку, представив настолько жуткий сценарий развития событий, что в своем алармизме даже переплюнул самых отъявленных проповедников нынешнего «зеленого курса». По его прогнозам, (если это можно так назвать), уже к 2040 году большая часть планеты станет непригодной для жизни, а к 2100 году погибнет 80% людей. Несколько пар, способных к размножению, придется отправить в Арктику, где еще сохранятся более-менее сносные условия для жизни.

Глобальное потепление, в понимании Лавлока, становится не меньшей опасностью, чем мировая война. А на войне, как говорится, приходится жить по законам военного времени, даже жертвуя демократическими свободами. Именно такой настрой оказался у знаменитого изобретателя, готового в столь опасных условиях (как он считал) принять даже диктатуру.

Впрочем, Лавлок был скептически настроен в отношении возможностей человека исправить ситуацию с климатом какими-либо техническими средствами. И по данному пункту он в корне расходится с нынешними западными политиками, вознамерившимися бороться с глобальным потеплением путем массового строительства ветряков и солнечных электростанций. Как мы уже говорили, Лавлок был позитивно настроен в отношении «мирного атома», поскольку признавал атомную энергию единственной реальной альтернативой ископаемому топливу. Но в любом случае, считал он, ситуацию уже не исправить, поскольку потепление нарастает слишком стремительно, чтобы можно было что-то радикально изменить. К тому же Лавлок невысоко оценивал интеллект современных руководителей, решивших спасать планету от перегрева. В своих интервью он позволял себе весьма нелестные высказывания на этот счет (что в нынешних реалиях вообще звучит как ироническая издевка над потугами проводников «зеленого курса»). Самая впечатляющая черта современных политиков, говорил Лавлок, - это их невежество. Именно поэтому они искренне думают, будто стоит поставить ветряк на крыше каждого дома, как климатическая проблема будет решена. По мнению изобретателя, политики просто находятся под влиянием экологических активистов и производителей «зеленого» оборудования.

Однако суть проблемы даже не в политиках. Возможно, люди сами по себе не настолько умны, чтобы решать задачи такого уровня, как управление климатическим процессом. Чтобы осуществить подобное, нужна поддержка сверхразума, считал Лавлок. Что он имел в виду? В данном случае речь идет о популяции сверхразумных… киборгов! Именно так – киборгов. Когда люди уступят место умным машинам, машины сами всё расставят по своим местам. Таков якобы ход эволюции. Глобальная историческая миссия человека в этом поступательном процессе – создавать знания ради создания упомянутых умных машин. Существование человеческого рода, считает Лавлок, - лишь определенный этап эволюционного процесса. И нам, людям, нужно-де признать, что мы не являемся в нем конечным пунктом. Дескать, Гея-Земля защищает жизнь как таковую, но это совсем не значит, что речь обязательно идет о человеческой жизни. Здесь уже всё почти по Дарвину: менее развитые уступают место более развитым. И с этим ничего не поделать. Грядущее господство сверхразума – это совсем не про нынешних глупых людишек.

Конечно, при желании вы можете назвать такой сюжет вполне оптимистическим. Всё зависит от угла зрения. Вопрос лишь в том, есть ли у вас желание принести себя в жертву сверхразуму. Но поражает здесь другое, а именно то, что подобные изображения будущего становятся на Западе мейнстримом (воздействуя, конечно же, и на общественное сознание). Данный социокультурный феномен, как ни странно, требует научного объяснения.

Отметим, что в нашей стране тема глобального потепления не является способом наведения массовых панических настроений (и уж тем более – тема «восстания» умных машин). Иногда высказываются мнения, что подобный настрой в западном социуме отражает смутные предчувствия заката западной цивилизации. Полагаем, что этот момент надо всегда принимать во внимание, когда мы сталкиваемся с тем или иным проектом, призванным «спасти» человечество от глобальной угрозы. Вполне возможно, что оценки таких проектов логичнее доверять не только экономистам и техническим специалистам, но также и психологам.

Николай Нестеров

Станция 1-3 «Быстропротекающие процессы» — одна из шести станций первой очереди ЦКП СКИФ. Интегратором создания оборудования станции выступает Институт гидродинамики имени М. А. Лаврентьева СО РАН (ИГиЛ СО РАН). Стальная взрывная камера разработана учеными Конструкторско-технологического филиала ИГиЛ СО РАН (КТФ ИГиЛ СО РАН), изготовлена при участии ООО Научно-производственного предприятия «Сибэлектротерм» (якорный резидент промплощадки ОАО «Сибэлектротерм», находящейся под управлением АО «РИД Групп – Новосибирск», актив РАТМ Холдинга).

Камера рассчитана на взрыв мощностью два килограмма в тротиловом эквиваленте (способен уничтожить, к примеру, грузовой автомобиль). Синхротронные исследования взрыва такой мощности в мире никогда не проводились. На сегодняшний день существуют две исследовательские установки, где проводятся взрывные эксперименты: на источниках ВЭПП-3 и ВЭПП-4 в Институте ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН, где максимальная мощность подрыва не превышает 200 г в тротиловом эквиваленте, и в Лос-Аламосской национальной лаборатории США (20 г в тротиловом эквиваленте).

Для взрывной камеры ученые КТФ ИГиЛ СО РАН разработали ряд элементов и систем, не имеющих мировых аналогов. В частности, для автоматизации управления экспериментом созданы системы открывания/запирания и контроля положения движущих механизмов, управления атмосферой внутри экспериментального объема — от форвакуума до высоких давлений — и высокоточный механизм по выравниванию конструкций для позиционирования экспериментальных сборок внутри камеры. Также в КТФ ИГиЛ СО РАН впервые для взрывных камер реализована «плавающая» опора с поворотной осью для легкой настройки 25-тонной конструкции на пучке СИ. Кроме того, изготовлены уникальные глушители, которые, несмотря на свою массивность (вес каждого — 250 кг), позволяют не только безопасно вводить и выводить излучение и гасить ударную волну, но и легко заменяются и разбираются в процессе эксплуатации, что имеет большое значение для исследователей. Для проведения взрывных экспериментов предназначено отдельное здание станции «Быстропротекающие процессы», пучок СИ будет доставляться туда по отдельному каналу, обеспечивающему стабильность и необходимые параметры пучка. Общая длина станции от точки излучения СИ до отдельного здания — более 120 м.

В физике взрыва нас, в первую очередь, интересует вопрос безопасности. Это мирные задачи — чтобы взрыв всегда происходил в контролируемых условиях. Одно из применений связано с задачами авиации. Когда самолет взлетает, в турбокомпрессор попадает пыль, камни, может залететь птица, по своим параметрам этот процесс очень близок к взрыву. Кроме того, сейчас появляются новые материалы для авиации, и важно изучать, как они поведут себя во время возможной катастрофы — каков их ресурс прочности», — рассказал доктор физико-математических нак Эдуард Прууэл, заместитель директора по научной работе ИГиЛ СО РАН и руководитель проекта по созданию оборудования станции «Быстропротекающие процессы» ЦКП СКИФ. Научные центры и крупные промышленные корпорации проявляют большой интерес к созданию нового исследовательского инструмента.

«Основными пользователями станции станут ядерные центры — Российский федеральный ядерный центр ВНИИТФ в Снежинске и Российский федеральный ядерный центр ВНИИЭФ в Сарове. Благодаря их активной научной и технической поддержке будут проводиться самые современные и актуальные исследования в области физики экстремальных состояний веществ. Вместе с тем запуск станции позволит решать и задачи реального сектора экономики, в частности, таких компаний, как Объединенная двигателестроительная корпорация (ОДК)», — добавил Алексей Студенников, младший научный сотрудник ИГиЛ СО РАН.

По материалам пресс-службы ЦКП СКИФ

Как мы уже неоднократно сообщали, по теме глобального потепления американцы назойливо «тянут одеяло» на себя, изображая дело так, будто именно американские ученые впервые сообщили миру об этой климатической тенденции. Вначале на щит поднимали имя одного бывшего научного сотрудника NASA, который в 1988 году с трибуны Конгресса «предупредил» руководство своей страны об угрожающем росте глобальной температуры. Совсем недавно стали всплывать имена других американских ученых, еще в 1960-х годах осознавших связь между глобальным потеплением и выбросами парниковых газов вследствие сжигания ископаемого топлива.

В итоге у неподготовленной аудитории может возникнуть впечатление, будто сам ФАКТ глобального потепления до последнего времени был никому не известен, но только благодаря прозорливости и настойчивости американских ученых эта правда дошла, наконец, до широкой общественности (и, конечно же, до политиков). Интересно, что такую интонацию задали, в том числе, и представители российских СМИ. К примеру, в начале «нулевых» публикации о таянии вечной мерзлоты и сокращении площади арктического льда преподносились так, будто это была величайшая сенсация наших дней. А задолго до этого якобы ничего подобного не наблюдалось.

На самом же деле факты глобального потепления фиксируются в научной литературе уже более ста лет! И только в последние два-три десятилетия они неожиданно стали сенсацией для широкой публики (отчего некоторые думают, будто потепление началось совсем недавно, ближе к нашим дням).

Чтобы не быть голословными, обратимся к научной периодике довоенного периода. В 1938 году в журнале «Природа» вышла статья под красноречивым заголовком: «Современное изменение климата в сторону потепления». Автором статьи был знаменитый советский географ и ихтиолог Лев Семенович Берг (тогда еще – член-корреспондент АН СССР). Он начал с того, что указал на смену глобальной тенденции - от влажного и прохладного климата, возникшего в историческую эпоху, к более теплому климату. По его словам, начавшееся потепление стало РЕЗКО ВЫРАЖЕННЫМ явлением с начала первого десятилетия прошлого века, хотя сам процесс потепления начался где-то во второй половине XIX столетия.

Примерно с 1919 года, писал ученый, в Арктике началось интенсивное потепление, позволившее нашим судам в течение одного сезона совершать рейсы по северным морям от Мурманска до Тихого океана и обратно. На потепление вод Баренцева моря обратили внимание еще в 1921 году. С 1919 года температура здесь заметно повысилась в сравнении с предыдущими временами. С 1912 по 1928 годы средняя температура поверхности воды увеличилась примерно на 1,8 градусов Цельсия. Причем, отвечает Берг, потепление затронуло не только поверхностные, но и более глубокие слои. Замеры температуры 1932 года показали, что температура всей массы воды в Баренцевом море от поверхности до 200 метров глубины была выше, чем в 1901 году. Данные 1933 года показывали, что потепление затронуло и слои воды на глубине более 200 метров.

Соответственно, границы ледяного покрова за указанный период отодвигались к северу.  Замеры температуры воздуха в тех краях также показывали, что они стали выше привычной нормы. Так, на острове Шпицберген в ноябре 1935 года они оказались выше примерно на 10 градусов Цельсия! В северной Норвегии - на уровне 70 градусов северной широты – за период 1926 – 1931 годов средние температуры стали на полградуса выше средних значений предыдущего столетнего периода. В отдельные годы температура поднималась выше этих значений на два с лишним градуса. А средняя температура марта 1921 года оказалась на 4,8 градуса выше нормы.

Данная тенденция подкреплялась фактами ихтиологии. Так, некоторые промысловые рыбы стали проявляться в Гренландии в заметно больших количествах, чем было раньше. А другие, более теплолюбивые виды, были там обнаружены впервые за эти годы. К примеру, треска начала появляться на широте 69 градусов. Сельдь, до этого не известная в этих краях, была в больших количествах обнаружена в фиордах южной Гренландии.

Заметное потепление наблюдалось и на Новой Земле. В марте 1920 года средняя температура превысила здесь многолетние средние показатели на 10 градусов. Также явственно было выражено потепление и на побережье Белого моря. При этом, если средняя температура ноября стала выше где-то на 2,2 градуса, то температура июля, наоборот, понизилась. Тем не менее, это не отменяло общей тенденции к потеплению. В водах Белого моря также стали появляться более теплолюбивые рыбы, такие как пикша, сайда и морской окунь.

Данные дендрологии подтверждали ту же тенденцию. Так, на Хатанге и на Анадыре стали наблюдать распространение на север даурской лиственницы, которая перешагнула границу с тундрой.

Еще более важным фактом в пользу процессов потепления стало отступление к северу границы вечной мерзлоты. Мерзлота, хорошо известная в г. Мезень по научным описаниям 1837 года, оказалась отсутствующей согласно отчетам научной экспедиции 1933 года. Мерзлота встречалась лишь небольшими островками в 40 километров к северу от Мезеней. В 1930-е годы уже стали появляться научные публикации о «деградации» вечной мерзлоты, то есть о понижении ее уровня и местами – о полном ее исчезновении к описываемым временам. Я специально обращаю внимание на этот момент, поскольку аналогичные сообщения стали появляться в нынешних СМИ где-то в «нулевые» годы, причем, сообщалось об этом как о каком-то сенсационном явлении наших дней, ранее якобы не наблюдаемом. Но, как видим, о таянии вечной мерзлоты писали еще до войны.

Процессы потепления, писал Берг, затронули не только Арктику, но и более умеренные широты. Так, зимы в Ленинграде за период 1894 – 1920 годов обнаружили склонность к укорачиванию. По сравнению с 1894 годом продолжительность зимы сократилась со 109 дней до 104 дней. В декабре 1936 года средняя температура воздуха в Ленинграде оказалась на уровне нуля – вместо обычных – 5,5 градусов Цельсия. Такого теплого декабря, подчеркнул Берг, не наблюдалось здесь целое столетие.

Аналогичные процессы, по словам автора, наблюдались и в Северной Америке, причем, не только в крупных городах (что можно было бы объяснить влиянием промышленных центров), но также и в сельской местности. Данная тенденция, как о том свидетельствовали данные наблюдений американских метеорологов, охватывала как побережье, так и центральные части континента. То же самое происходило и в странах Западной Европы, где температуру выше нормальных средних значений стали фиксировать примерно с 1910 года. Немаловажно и то, что потепление фиксировалось не только на равнинах, но и в горной местности.

Автор статьи был уверен, что мы являемся свидетелями «мощного климатического процесса» в виде потепления, захватившего всю или почти всю планету. То есть уже тогда, до войны, со стороны выдающихся ученых было заявлено о начале глобального потепления. Правда, оставался открытым вопрос: каковы реальные причины данного явления? На этот счет четкого объяснения еще не было. Берг, со своей стороны, допускал возможность усиления солнечной активности, поскольку солнце считалось тогда единственным источником тепла, поступающего на Землю. Однако здесь было много неясностей.

В 1939 году в том же журнале «Природа» вышла статья Н.Н. Калитина «К вопросу об изменении климата Земли», где автор как раз ставит вопрос о том, можно ли увязать факты глобального потепления с увеличением солнечной активности. К тому времени ученые уже располагали соответствующими данными за тридцатилетний период. Но, к сожалению, опираясь на эти цифры, у ученых не было никаких оснований говорить о систематическом увеличении величины солнечного излучения. Такая корреляция не выстраивалась совершенно. Тем не менее, в статье была сделана попытка увязать факты потепления с изменением состава земной атмосферы. Логика была такая: количество поступающего тепла от Солнца не менялось. Однако вполне может измениться величина потерь этого тепла, уходящего в мировое пространство с поверхности Земли. Про антропогенные парниковые газы, задерживающие тепло, пока еще ничего не говорилось. Зато было обращено внимание на озон, удерживающий до 25% процентов уходящего с земли излучения. Возможно, указывает автор, мы имеем дело с небольшим изменением количества озона в атмосфере, что вполне может сказаться и на изменении средней температуры.

Судя по всему, в то время у наших ученых еще не было уверенности в том, насколько долгосрочной является тенденция к потеплению. Поэтому самым разумным решением было продолжение наблюдений. Как мы понимаем, к концу 1970-х уже стало очевидно, что тенденция имеет долгосрочный характер, вследствие чего тема глобального потепления начала «запускаться в массы», то есть популяризироваться. И теперь многим из нас кажется, будто глобальное потепление «открыли» совсем недавно. А если учесть, что громче всего об этом кричат сегодня на Западе, то приоритет в указанном «открытии» отдается западным ученым, в первую очередь – американским.

В этой связи необходимо осознать, что изучение данного явления в нашей стране началось чуть ли не с дореволюционных времен. И, по сути, здесь сформировалась своя собственная школа изучения глобального потепления, представленная именами заслуженных ученых. По этой причине у нас нет никаких оснований заявлять о том, что эта тема является не более чем модным поветрием с Запада.

Олег Носков

Министр промышленности и торговли Российской Федерации Антон Алиханов в рамках рабочей поездки в Новосибирскую область провел отраслевое совещание по развитию малой авиации, которое прошло на площадке «СибНИА им. С.А. Чаплыгина». В нем приняли участие Министр Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков, губернатор Новосибирской области Андрей Травников, руководитель Росавиации Дмитрий Ядров, а также представители компаний-производителей, разработчиков и эксплуатантов авиационной техники. Помимо этого, глава Минпромторга России посетил авиационные и машиностроительное предприятия столицы области: Новосибирский авиационный завод им. В.П. Чкалова (ПАО ОАК), ФАУ «СибНИА им. С.А. Чаплыгина» и «СКБ Сибэлектротерм».

Основной темой совещания стало создание и производство малоразмерных двигателей для самолетов региональной авиации. Это одно из направлений, которые курирует Минпромторг России в части создания легких самолетов.

«Воздушному транспорту в России всегда принадлежала особая роль в обеспечении доступности удаленных территорий. Развитие местной и региональной авиации является существенным фактором, определяющим не только транспортную доступность для граждан Российской Федерации, но и ее экономическое развитие», - отметил глава Минпромторга России.

По словам Антона Алиханова, малая авиация востребована не только на Сахалине и Камчатке, но и на Дальнем Востоке, в Сибири и Арктической зоне, на Урале. Сегодня около 28 тыс. населенных пунктов не имеют доступа к наземным транспортным сетям, что требует создания широкого парка авиационной техники для обеспечения связанности с «большой землей». При этом задачи малой авиации не ограничиваются лишь перевозкой пассажиров. Такие самолеты используются также для сельскохозяйственных работ, лесоохраны, авиационного патрулирования, санавиации.

Кроме того, Президентом России Владимиром Путиным поставлена задача по наращиванию воздушных перевозок внутри Дальневосточного федерального округа, для чего Минтранс России готовит соответствующий Комплексный план мероприятий.

«Вариантами решения являются следующие направления работ – в краткосрочной перспективе – модернизация существующего парка легких самолётов и вертолётов с целью продления сроков их эксплуатации; в долгосрочной перспективе – создание и запуск в производство линейки современных воздушных судов для малой авиации, оснащаемых, и здесь подчеркну, высокоэкономичными силовыми установками, в том числе гибридными, а также мощными комплексами бортового оборудования, отвечающего самым современным требованиям», – добавил Антон Алиханов.

«Обеспечение связанности регионов – это задача номер один в такой огромной стране, как Россия. С целью обеспечения региональных и местных перевозок будет расширена линейка воздушных судов малой авиации для работы на Дальнем Востоке. В Новосибирске мы встретились со специалистами авиационной промышленности, конструкторами, и обсудили основные направления этой работы. Помимо линейки воздушных судов «Байкал», которые уже проходят испытания и сертификацию, рассматривается возможность использования на дальневосточных местных и региональных маршрутах новых бипланов с современными компонентами. В частности, воздушных судов «Ольхон» и «Легенда», – рассказал Министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков.

Руководитель Росавиации Дмитрий Ядров: «Развитие региональных и местных авиалиний – одна из первоочередных задач для Росавиации. Ежегодно внутри регионов нашей страны самолетами и вертолетами  передвигаются несколько миллионов человек. Крайне важно, чтобы эти перелеты были комфортными. Вместе с промышленностью продолжим работу над тем, чтобы эксплуатанты получили надёжные и безопасные сертифицированные  воздушные суда, способные повысить связность самых отдаленных населенных пунктов России».

Также глава Минпромторга России посетил Новосибирский авиационный завод имени В.П. Чкалова, который осуществляет своевременные поставки техники в рамках исполнения ГОЗ. При этом предприятие участвует и в реализации программ развития гражданского авиастроения, создавая ряд комплектующих для самолета Суперджет-100 и Ту-214.

«Новосибирский авиазавод успешно поставляет в рамках гособоронзаказа Су-34, известные наши бомбардировщики, но также работает и в гражданском секторе, обеспечивая различными комплектующими наши самолеты, которые в ближайшее время уже должны начать все финальные стадии сертификационных испытаний», – подчеркнул Антон Алиханов.

Следующей точкой программы стал Сибирский научно-исследовательский институт авиации имени С.А. Чаплыгина. Это крупнейший научно-исследовательский центр авиационной науки на востоке России. Экспериментальная база СибНИА позволяет проводить статические, усталостные и динамические испытания как летательных аппаратов, так и отдельных агрегатов; аэродинамические исследования, летные испытания серийных и опытных образцов. Задача специалистов СибНИА — воспроизвести в лабораторных условиях все возможные факторы, которые будут действовать на воздушные судна в течение всего срока их реальной эксплуатации ради безопасности пассажиров и экипажей.

«Новосибирская область была выбрана для поездки, в том числе потому что здесь помимо авиационного завода есть еще и наше учреждение СибНИИА им. С.А. Чаплыгина. Он тоже в интересах российского авиапрома работает над целым рядом моделей малой, региональной авиации. Перед нами Президент поставил задачу создать новые самолеты для Арктики, Дальнего Востока и Сибири. И здесь Новосибирская область обладает тем самым научным потенциалом, который играет очень большую роль в этом вопросе», – сказал Антон Алиханов.

В завершение рабочей поездки в Новосибирскую область глава Минпромторга России ознакомился с производственными мощностями Сибирского специального конструкторского бюро электротермического оборудования («Сибэлектротерм»). Компания занимается производством дуговых сталеплавильных, руднотермических и вакуумных печей, агрегатов внепечной обработки стали. Только с 2020 года спроектировано, изготовлено и введено в эксплуатацию: 7 дуговых сталеплавильных печей и агрегатов внепечной обработки стали суммарной мощностью 97 МВА; 4 вакуумных печи суммарной мощностью 28 МВА; 9 руднотермических печей суммарной мощностью 300 МВА.