Вице-губернатор Новосибирской области Ирина Мануйлова приняла участие в церемонии открытия первого мероприятия-спутника форума «Технопром» «Большой математической мастерской» в НГУ. Мероприятие проводится в пятый раз математическим центром мирового уровня «Математический центр в Академгородке», созданного на базе консорциума Института математики им. С.Л. Соболева и Новосибирского госуниверситета в рамках нацпроекта «Наука и университеты», и соответствует задачам Десятилетия науки и технологий в РФ, инициированного Президентом РФ.

Ирина Мануйлова на открытии проекта пожелала командам успешной работы совместно с промышленными партнерами, отметив, что развитие интеграционных процессов в сфере науки, высшего образования и индустрии – одна из главных задач нацпроекта «Наука и университеты» и в Новосибирской области для этого есть все необходимое. «Новосибирская область имеет сильнейшую математическую школу. Этим мы обязаны легендарному основателю новосибирского Академгородка, выдающемуся математику, академику Михаилу Алексеевичу Лаврентьеву, основавшему легендарную Физико-математическую школу, ныне Специализированный учебно-научный центр НГУ.  С помощью педагогов из НГУ и институтов СО РАН, сотрудников математического центра мирового уровня «Математический центр в Академгородке», стратегической целью которого является построение системы наука-образование-индустрия, мы должны продолжать этот плодотворный процесс интеграции математики во все сферы нашей жизни. И «Большая математическая мастерская» - это та площадка, которая сможет объединить вокруг себя всех, кто к этому процессу неравнодушен, кто его хочет популяризировать. Лучшие проекты мы обязательно разберем в рамках «Технопрома» уже в конце августа», - отметила заместитель Губернатора.

С 2023 года «Большая математическая мастерская» является спутником международного форума технологического развития «Технопром». В этом году в рамках треков «Технопрома-2024» состоится круглый стол «Технологические решения, разработанные студенческими проектными командами, на примере «Большой математической мастерской». Запланировано участие руководителей проектов по направлению «Машинное обучение». Среди работ проектных команд - оценка клинических осложнений при аневризме аорты, разработка больших языковых моделей для «сильного» искусственного интеллекта, выявление уязвимостей программного кода с помощью машинного обучения, прогнозирование погоды с помощью нейросетей, моделирование массовых полётов птиц и прогноз цен на авиабилеты.

Ректор НГУ Михаил Федорук, обращаясь к участникам мастерской, отметил достижения Математического центра в Академгородке. «Это динамически развивающийся и эффективно работающий центр исследований, причем как фундаментальных, так и прикладных. Здесь ведется большая работа, реализуются проекты по актуальным тематикам в сотрудничестве с индустриальными партнерами. В 2023 году было проведено 38 мероприятий, и главным из них, безусловно, является Большая математическая мастерская. Одним их треков мероприятия текущего года является машинное обучение. Искусственный интеллект — перспективная сфера, в которой НГУ становится ведущим российским научно-исследовательским и образовательным центром. И для этого создается вся необходимая инфраструктура: так, на площадях объектов второй очереди кампуса мирового уровня НГУ, который в настоящее время строится, предполагается разместить один из мощнейших в России суперкомпьютерных центров. Он будет востребован самыми разными специалистами, которым необходимо решать исследовательские и прикладные задачи с использованием больших данных».

Так, одной из команд предстоит поработать над созданием универсальной коммуникативной системы, приближающейся по уровню когнитивных способностей к человеку.  В результате таких доработок исследователи дополняют возможности «больших языковых моделей» (Large Language Models, или LLM) не только умениями читать и писать, но и видеть, слышать, тем самым превращая модели в мультимодальные. Участникам проекта предстоит усовершенствовать систему "сильного" ИИ «Менон», разрабатываемую в НГУ, путём исследования и доработки мультмодального RAG (retrieval augmented generation) - одного из подходов, позволяющего научить большую языковую модель видеть и слышать с использованием внешней базы знаний о мире. Такая система "сильного" ИИ может самообучаться, определять для себя цели и пути их достижения, может быть использована для решения сложных экономических задач, автономного вождения и управления БПЛА, автоматизации и оптимизации промышленных процессов, предотвращения аварийных ситуаций,  медицинской диагностики и научных исследований от создания новых материалов и редактирования генов при помощи вычислений до прогнозирования распространения инфекционных заболеваний и изменений климата.

Мероприятия мастерской будут проходить до 23 июля на пяти площадках в разных городах.  В Новосибирске команды студентов, школьников и педагогов будут работать над 40 математическими проектами, решать задачи, поставленные заказчиками от индустрии.

«Большая математическая мастерская расширяется как по количеству проектов и участников, так и по географии, которую она охватывает. Только на площадку в Новосибирске в этом году приедут школьники и студенты со всей страны от Санкт-Петербурга до Камчатки. Вместе с ними будут работать и иностранные участники. Для этого одно из тематических направлений Мастерской будет проходить полностью на английском языке. При этом площадка в Новосибирске не единственная. Мастерская работает одновременно в 5 городах - ещё и в Томске, Тюмени, Майкопе и Омске», -рассказал руководитель БММ-2024, заместитель директора Математического центра в Академгородке, д.ф-м.н.Тимур Насыбуллов.

В дальнейшем проекты мастерской оформляются в виде научных работ, заявок на гранты, становятся основой инновационных продуктов. Среди успешных проектов мастерской разных лет - нейроигра для профилактики гиперактивности у детей, цифровая лаборатория дорожного движения по оптимизации режимов светофоров и образовательные программы с использованием игровых инструментов в преподавании математики.

Полтора года назад в газете The New-York Times вышла статья с весьма примечательным заголовком: «Как Путин и его друзья остановили прогресс в области климата». В числе «друзей» российского Главы государства оказались Дональда Трамп, Си Цзиньпин, Нарендра Моди и Жаир Болсонару (бывший президент Бразилии). Если верить указанной статье, то «кучка» перечисленных руководителей сплотилась вокруг России с целью подорвать международное сотрудничество в борьбе с глобальным потеплением.

То, что Владимир Путин является «врагом климата», на Западе пишут давно. Мало того, как выясняется, он втягивает в это деструктивное направление довольно влиятельных лидеров, имеющих «диктаторские» амбиции. Поэтому, по логике западных «экспертов», российский лидер в ответе за все нехорошие последствия климатических изменений, куда включаются не только засухи, ураганы и наводнения, но также резкое возрастание стоимости жизни. О «путинском повышении цен» в США говорят уже на официальном уровне. И это (если опять исходить из логики западных «экспертов») только начало. Затормозив так называемый климатический прогресс, Владимир Путин сильно «навредил» мировой экономике.

Для начала отметим общую ситуацию с этим самым «климатическим прогрессом». Ситуация весьма противоречивая. Дело в том, что с момента подписания Парижского соглашения по климату, где были взяты обязательства по сокращению выбросов парниковых газов, эти выбросы не только не сократились, но еще и увеличились. Так, если в 2015 году (в год подписания документа) они составляли около 50 миллиардов тонн, то к 2019 году выросли примерно до 55 миллиардов тонн. «Прогресс» обозначился только в 2020 году, когда по причине пандемии очень сильно просела мировая экономика. Из-за массовой остановки производств объемы выбросов резко снизились на 17 процентов.

Была ли пандемия ответом на «деструктивную» деятельность Владимир Путина и его соратников в отношении климата, не известно. Проблема в том, что после выхода из пандемии мировая экономика вновь ожила, а следом началось увеличение выбросов. И поскольку оживление экономики началось тогда с Китая (толкнувшее вверх цены на ископаемое топливо), западная версия насчет тайных саботажников климатического прогресса вновь нашла «подтверждение».

Как мы уже неоднократно писали, отказ от ископаемого топлива во имя климата не дает никакого положительного экономического эффекта. Скорее, наоборот, - чреват серьезными издержками. Опыт европейских стран и некоторых «зеленых» штатов в США наглядно это подтверждает. Германия, например, не получила никаких очевидных экономических преимуществ от бурного увлечения ВИЭ. Зато столкнулась с проблемами. То же самое можно сказать и о штате Калифорния (в сравнении с более консервативными, в плане энергетики, штатами). В этой связи былые заявления эко-активистов относительно «дешевизны» ветряков и солнечных панелей уже не кажутся убедительными. Становится совершенно очевидным, что «зеленый» энергопереход, затеянный борцами с глобальным потеплением, влетает в копеечку и никакого роста благосостояния не сулит совершенно. Вроде бы, наступает момент, когда кто-то влиятельный и авторитетный должен выйти на трибуну и четко провозгласить: «Пора завязывать с климатической политикой ввиду ее экономической несостоятельности». Ведь как ни крути, но даже самые упрямые эко-активисты не в состоянии противиться тому, что очевидно для многих.

Однако мы явно недооцениваем способности этих людей создавать видимость серьезной аргументации в пользу своей позиции даже в таких, казалось бы, безнадежных для них случаях. Вы говорите, что «зеленый энергопереход слишком обременителен? - спрашивают они.   И тут же срезают вас «убойным» заявлением: отсутствие «зеленого» энергоперехода окажется еще дороже для экономики! Дальше начинаются въедливые математические расчеты, призванные продемонстрировать «научную обоснованность» такого заявления.

Подобные размышления о губительном влиянии глобального потепления на мировую экономику уже не редкость, и есть все основания полагать, что эта тема становится популярной в западном академическом сообществе. Причем, с каждым разом ученые всё больше и больше «поддают жару» своим умозаключениям. Так, весьма показательное в этом плане исследование было опубликовано в апреле этого года в журнале Nature. Его авторы – ученые из Потсдамского Института, занимающегося изучение воздействий на климат. Авторы исследования приходят к выводу, что в течение следующих 26 лет средние доходы упадут примерно на 20% в сравнении с ситуацией, если бы климатических изменений не было. Сама же стоимость ущерба окажется в шесть раз выше тех затрат, что необходимы для ограничения роста средней глобальной температуры до 2 градусов Цельсия (в сравнении с доиндустриальным периодом). Как мы знаем, эти самые «два градуса» рассматриваются как критическое значение, выше которого может наступить гибель человечества. Соответственно, все силы направляются к тому, чтобы не перешагнуть данный порог. Дело это, как мы уже знаем, весьма затратное. Но, «успокаивают» нас исследователи, ущерб от последствий глобального потепления в любом случае намного превышает то, во что нам обойдется реализация климатических программ. Так что, как говорится, торг здесь неуместен.

Согласно представленным прогнозам, к середине нынешнего столетия экстремальные погодные условия (связанные, как считается, с глобальным потеплением) будут ежегодно вызывать разрушения по всей планете на сумму 38 триллионов долларов США. Как мы понимаем, авторы прямо увязывают данный «экстрим» с выбросами парниковых газов в результате сжигания ископаемого топлива. И что самое примечательное – новая оценка потерь существенно превышает прежние оценки. То есть с каждым новым исследованием западные ученые все глубже и глубже постигают ужасы происходящих процессов. Теперь они заявляют, что экономические потери от климатических изменений окажутся как минимум в два раза выше, чем считалось ранее. Причем, «отсидеться» не удастся никому, поскольку ущерб от глобального потепления затронет все страны. То есть жителей Сибири также лишают всяких надежд на то, что потепление сулит нам какие-то блага (так, по крайней мере, считают сибирские ученые). Средняя потеря доходов во всем мире до 2049 года якобы составит не менее 19 процентов. В США и в Европе сокращение произойдет на 11%, а вот в Африке и в Южной Азии оно составит 22 процента, а в некоторых третьих странах - и того выше.

Но это еще не всё. Если бизнес в корне не поменяет свои подходы к организации деятельности, то к 2100 году средние потери доходов составят 60 процентов. И только в том случае, если к середине столетия выбросы парниковых газов упадут до нуля, потери окажутся на уровне 20 процентов (о чем было сказано ранее). То есть авторы предупреждают, что потери будут в любом случае, но если не потратиться на решение проблемы сейчас, то мы якобы потеряем гораздо больше.

В мае этого года вышло еще одно исследование на тему экономических последствий глобального потепления. Здесь уже отметились американские ученые: один – из Гарварда, другой – из Северо-Западного университета. Правда, данная работа еще не прошла рецензирования, однако она получила отклик во влиятельных западных СМИ. В ней речь уже идет о том, что ущерб для мировой экономики от климатических изменений превысит прежние оценки в шесть раз! По мнению исследователей, падение благосостояния людей будет происходить с такой же скоростью, с какой оно снижается во время непрерывной… войны! Только вместо разрывов бомб и снарядов мы будем испытывать разрушительное воздействие волн тепла, штормов, ураганов, торнадо, наводнений и прочих стихийных бедствий. И, конечно же, этот негатив затронет практически все страны мира. Окончательный вывод – тот же, что и в предыдущем исследовании: стоимость «зеленого» энергоперехода хоть и высока, но она ничтожна в сравнении с тем ущербом, который мы получим в случае затягивания перемен.

Как видим, нам теперь не рисуют прежних идиллических картин прекрасного будущего, а уже откровенно предупреждают о том, что жить станет хуже. И, по сути, выбирать приходится между не очень хорошим и очень плохим. И главное, на Западе определен главный виновник очень плохого. Его имя названо открыто. Так что в случае чего можно смело заявить: «Если в поле выпал град – это Путин виноват».

Константин Шабанов

Ученые из Института филологии СО РАН в экспедиции записали диалоги барабинских татар и кумандинцев: у исследователей есть надежда, что языки не умрут.
По словам  ст. науч. сотрудника, к.фил.н. Альбины Добрыниной, интонационные базы данных созданы для русского языка, для сибирских языков разрабатываются впервые.

Цель: выявление интонационных особенностей диалогической речи в языках трех малочисленных народов НСО – барабинских, чатских татар и немцев-меннонитов – в сопоставлении с интонацией родственных языков  телеутов Кемеровской области, кумандинцев Алтайского края.

Ученые говорят, что их исследование будет способствовать поддержанию языковой компетентности у младших поколений носителей и приведет к росту этнического сознания.

"Пока есть носители, ученым надо успеть задокументировать язык, а молодежи нужно стремиться выучить его – тогда есть надежда, что язык не умрет", – считает Альбина Добрынина.

Существует мнение, что научные конференции интересны исключительно специалистам, а обычный человек даже не поймет, о чем там шла речь. Спору нет, бывают и такие мероприятия. Но есть конференции, где обсуждают темы, способные заинтересовать многих. Например, конференция, посвященная истории и итогам индустриального развития нашей страны в прошлом веке, организованная Институтом истории СО РАН (ИИ СО РАН) совместно с Институтом экономики и организации промышленного производства СО РАН (ИЭОПП СО РАН) и еще рядом организаций. Подробнее о темах некоторых докладов и дискуссии, которая вокруг них развернулась – в интервью с директором ИИ СО РАН, д.и.н. Вадимом Рынковым.

– Вадим Маркович, конференции, организованные двумя научными институтами – не такая редкость, как может показаться. Но в данном случае, речь об институтах, работающих в разных областях науки. Как это сказалось на конференции?

– Во-первых, между нашими институтами не просто давние связи, у нас корень один. Когда-то внутри Института экономики и организации промышленного производства был создан сектор истории промышленности, который потом вырос до Отдела гуманитарных исследований, а в 1966 году на базе уже Отдела был создан Институт истории, филологии и философии (ИИФФ) СО АН СССР. И мы были его частью которого вплоть до реорганизации в отдельный институт в 2006 году. Так что наша история тоже начинается с ИЭОПП, что во многом определило, по крайней мере, на начальных этапах, наши приоритетные направления научной работы, историко-экономическую специализацию.

Поэтому, совершенно логичным было и то, что даже в этом веке мы успешно реализовали довольно много совместных проектов. Так что эта конференция не эксперимент, а один из элементов давнего хорошего сотрудничества. Нам очень интересно работать друг с другом, потому что на одни и те же проблемы мы смотрим немного по-разному и объединяя усилия – получаем более объемную картину происходившего. Одновременно эта разница подходов в чем-то добавляет дискуссионности, а научная дискуссия позволяет добиваться хороших результатов. Ведь давно известно, что в спорах рождается истина.

– Много ли дискуссионных вопросов сегодня в истории индустриального развития СССР?

– Безусловно, ведь в этом направлении еще масса неразрешенных проблем. Поэтому на конференции периодически возникали бурные обсуждения докладов, скажу больше, иногда на одну и ту же проблему в двух разных докладах высказывалась кардинально разная точка зрения.

Так, на пленарном заседании член-корр. РАН Игорь Васильевич Побережников сделал большой доклад, который был посвящен вопросам обеспечения технико-экономической независимости страны. Тема, кстати, актуальная и сегодня. Докладчик говорил о том, как эти задачи решали в рамках советской индустриальной системы. В частности, на примере атомного проекта и ряде других, он позитивно оценил то, как советская наука вкладывала свой интеллектуальный потенциал в крупные производственные проекты. И, в общем, была тем ресурсом, который развивал экономику СССР. В результате, к началу брежневской эпохи внедрение результатов работы ученых поставило Советский Союз на уровень второй технологической страны мира, при этом с абсолютным технологическим суверенитетом. А сегодня вновь перед страной стоят прежние задачи

А позже на одной из секций с докладом выступил д.и.н. Евгений Григорьевич Водичев, в котором он достаточно пессимистично оценил вклад советской науки в производство и говорил о больших проблемах внедрения. Он акцентировал внимание на том, что немногие изобретения советских ученых были внедрены в производство. Путь от изобретения до внедрения был невероятно долог. И мы знаем массу историй, когда изобретенное у нас, потом внедрялось на Западе, намного раньше, чем у нас.

Было много споров и вокруг другой проблемы. С точки зрения одних, управляемая плановая советская экономика позволяла четко и быстро администрировать межотраслевые и внутриотраслевые связи, концентрировать ресурсы на нужном участке. А другие считают, что в такой системе инновационной экономики, в принципе, быть не может, инновации возникают в условиях свободного рынка, где есть венчурные фонды, где крупные компании могут позволить себе рисковать, вложиться в непроверенную технологию, в проекты, из которых срабатывает, в лучшем случае, половина. А руководители советских предприятий и ведомств не могли себе позволить такую модель поведения, по крайней мере, в больших масштабах, максимум – на уровне рацпредложений.

– Подобные дискуссии возникали только по событиям советского периода истории?

– На самом деле, в дореволюционном периоде тоже есть масса нерешенных проблем, которые вызывают горячее обсуждение. Вот, к примеру, на конференции выступил к.и.н. Андрей Михайлович Мариупольский с докладом про роль винокурения в экономическом развитии Западной Сибири во второй половине ХIХ века. На примере статистических материалов, других источников, он показал, что развитие винокурения оказывало положительное влияние на состояние крестьянского хозяйства.

Главным сырьем для винокурения было зерно и по мере роста числа таких предприятий, рос спрос на зерно, а значит – и закупочные цены. В результате, крестьяне без проблем сбывали свой урожай, причем, за хорошие деньги. На основании этого, автор сделал доклад, что развитие винокуреной отрасли послужило механизмом включения крестьян в рынок и в этом плане имело положительный эффект.

В обсуждении доклада вспомнили известный роман «Хлеб» Д.Н. Мамина-Сибиряка. Писатель тоже очень тщательно изучал эту тему и пришел к совершенно противоположным выводам. Устами своих персонажей он показал, что ориентация крестьян на винокуренные заводы мотивировала их продавать все зерно без остатка и в неурожайный год создавала почву для голода.

Это, по-моему, достаточно яркий пример того, как одна и та же ситуация приводит исследователя (а писатель тоже выступил в роли исследователя) к совершенно противоположным выводам.

– И кто же был прав, по-Вашему?

– Трудно занять только одну сторону. Мне кажутся убедительными выводы Мариупольского о том, что благодаря винокуренному производству крестьяне включались в рынок, получали дополнительные деньги и, соответственно, возможности. Но, если взглянуть в более долгосрочной перспективе, то мы увидим, что не для всех и не всегда эти возможности шли во благо. Об этом как раз писал Мамин-Сибиряк. Да, зерно дорожало, но одновременно росла продажа водки, причем, из-за той же конкуренции производителей, цена на нее падала. И бывали случаи, когда, получив на руки круглую сумму за зерно, крестьянин спускал ее в кабаке. А как известно, если хозяин загуляет, для хозяйства ничем хорошим это не кончится, тут и разориться недолго. Так что, сам по себе этот механизм выхода на рынок еще не гарантировал повышение уровня жизни крестьянства, возможны были разные сценарии. В традиционном сибирском крестьянском хозяйстве, слабо связанным с рынком, массовый голод для Западной Сибири был редким явлением, здешние крестьяне держали достаточно много скотины и в случае неурожая спасались от голода за ее счет. В общем, как я и сказал – доклад получился не просто интересным, с массой новых данных, но и вызвал оживленные дискуссии к радости всех участников.

– Известно, что в спорах рождается истина и общество ждет от ученых, не только дискуссий, но и ответов на вопросы, в данном случае – касательно истории нашей страны. Прошедшую конференцию можно назвать шагом в этом направлении? И насколько большой путь еще предстоит пройти до окончательных ответов?

– Сама по себе конференция, это, все-таки, площадка для дискуссий. А ответы на вопросы находят в ходе текущей исследовательской работы, публикуются в научных статьях и монографиях. Здесь мы скорее обсуждали направления для дальнейшего движения, произошел смотр того, что мы должны сделать.

Поэтому я в своем выступлении на открытии конференции сказал, что дата не совсем круглая (конференция, напомню, приурочена к 95-летию индустриализации) и предложил рассматривать ее как репетицию перед столетием. И по многим вопросам истории индустриализации вроде-бы многое известно, понятно, как работали основные экономические механизмы, но нет знания точных статистических показателей. И еще многое предстоит элементарно просчитать.

К примеру, мы перечисляем источники, из которых финансировалась форсированная индустриализация, стартовавшая в конце 1920-х годов. Но до сих пор не посчитан по серьезному, каков был реальный вклад каждого из этих источников. А без этого все оценки не имеют фундаментальной базы. Это очень серьезная задача, которой пока еще никто не занимался, хотя, казалось бы, и в советское и в постсоветское время вышло много работ по истории индустриализации, а таких технико-экономических расчетов, основанных на статистическом материале – нет.

Еще больше эту задачу усложняет то, что советская статистика очень многое искажала и это надо как-то корректировать. Или другая проблема, связанная с оценкой результатов индустриализации. С одной стороны, это гигантский экономический рост. Но он обеспечивался, в основном, за счет нескольких отраслей, а не экономики в целом. И встает вопрос – насколько такие результаты соответствуют однозначной трактовке экономического роста в ситуации, когда периферийные отрасли, наоборот, проваливались.

Но ни у кого из участников конференции не было сомнений, что это был путь ускоренной модернизации экономики страны, со своими издержками и особенностями. В этом мы пришли к консенсусу, как и в том, что работы у историков и экономистов в этом направлении еще предстоит много.

Сергей Исаев

Новый политический цикл в нашей стране ознаменовался, на наш взгляд, знаковыми назначениями на некоторые министерские посты. Так, Министерство энергетики возглавил бывший губернатор Кузбасса Сергей Цивилёв. Как мы знаем, Кузбасс является «российской кузницей», ассоциируясь в сознании любого россиянина с добычей угля, без чего данный регион представить просто невозможно. Уголь же - по современным западным меркам - относится к «самому грязному» топливу, которое пытаются полностью исключить из списка «чистых» энергетических технологий будущего. Выходит, руководство РФ несколько иначе трактует наше энергетическое будущее, если вверяет энергетику в руки человека, связанного с угледобывающим регионом? Кроме того, сам Сергей Цивилёв совсем не зарекомендовал себя в роли ярого сторонника «безуглеродной» экономики, как ее пропагандируют на Западе. Скорее, наоборот. Выходит, его назначение на этот пост и в самом деле является знаковым.

Понятно, что в глазах любого прогрессиста, верящего в актуальность климатических целей, подобная кадровая политика вызовет негативную реакцию. Дескать, власть в России окончательно перешла в руки консерваторов и климатических скептиков, игнорирующих-де передовые идеи. Естественно, всё это будут обыгрывать на сравнениях и противопоставлениях, и в качестве позитивного примера пойдут ссылки на западных руководителей, продолжающих заявлять о необходимости полного отказа от ископаемого топлива. От нового министра энергетики РФ таких заявлений, похоже, мы не услышим. Однако есть ли у нас повод утверждать, будто наша страна действует наперекор неизбежной и необратимой тенденции, охватившей самые передовые страны мира?

Давайте оценим саму тенденцию. Ключевой вопрос здесь в том, насколько провозглашенный на Западе «зеленый курс» будет одобрен общественностью западных стран, насколько он популярен в обществе, насколько серьезно люди готовы признавать его актуальность и поддерживать климатическую политику, невзирая ни на что. Да, западные руководители постоянно заявляют о своей решимости бороться с климатической угрозой, даже не считаясь с затратами. Но готовы ли простые граждане бесконечно долго нести на своих плечах это бремя?

В течение многих лет злободневность климатической тематики «раскачивали» в контексте конфликта поколений, изображая дело так, будто «зеленая революция» - это исключительно дело молодых и прогрессивных. Кто не поддерживал такой курс, записывался в стан консерваторов, реакционеров, а то и просто отставших от жизни мракобесов. Подчеркнуть дух молодости всего экологического движения пытались, в том числе, с помощью организаций вроде «Пятницы во имя будущего», где успела «засветиться» небезызвестная эко-активистка Грета Тунберг. В целом у многих из нас и в самом деле возникало впечатление, будто западная молодежь открыла для себя новую революционную веру, а значит, у консерваторов нет ни малейшего шанса поломать данный тренд. Если верить статистике, то всё именно так и было – борьба с климатической угрозой набирала популярность главным образом среди молодежи. Однако в последнее время статистика начинает показывать слом этой тенденции: тема климатической угрозы уже не «цепляет» молодых людей так сильно, как это было в «доковидную» эпоху.

В конце апреля американский Университет Монмута опубликовал результаты опроса, согласно которым число американцев, считающих климатические изменения реальной проблемой, начинает сокращаться. Так, если в 2021 году среди граждан в возрасте от 18 до 34 лет эту угрозу признавало 67% опрошенных, то теперь данный показатель составляет 50 процентов (несмотря на то, что минувший год признан самым жарким за период наблюдений). В возрастной категории от 35 до 54 лет падение произошло с 48% до 44 процентов. В возрастной категории от 55 и старше – падение с 54% до 44 процентов.

Как видим, охлаждение к климатической теме сильнее всего проявилось среди людей молодого возраста. По утверждению экспертов, мы наблюдаем отскок к показателям 2016 года, когда еще не было тотального нагнетания климатической истерии среди молодежи, начавшегося лишь три года спустя – со времени «исторического» выступления Греты Тунберг в ООН. Отсюда мы можем сделать вывод о том, что тема климатической угрозы перестает как-то особо волновать молодых людей, если эти эмоции не провоцируются искусственно.

Впрочем, читая заголовки многотиражных западных СМИ, вряд ли можно сказать, будто климатические страхи сняты с повестки. Давление на психику продолжается, западного обывателя всё еще пугают апокалиптическими картинами. И как раз на фоне этой истерии «прогрессивные» западные политики вещают о своих планах по спасению планеты. Очевидно, тамошние политические элиты абсолютно уверены в том, что значительная часть общества живет в атмосфере климатических страхов, которые из года в год буду только усиливаться. Этим, например, объясняются периодические заявления американского президента Байдена (уже по полной программе включившегося в избирательную кампанию), что борьба с глобальным потеплением стоит для него на первом месте. Но каков результат столь целенаправленной обработки мозгов потенциальных избирателей?

Согласно опросам Монмута, только 15% избирателей считают, что климатическая политика повлияет на их выбор будущего президента. По своей важности данная проблема стоит для американских избирателей намного ниже, чем проблема инфляции или проблема незаконной иммиграции. И даже ниже, чем проблема абортов. Иными словами, политики не совсем адекватно оценивают настроения в обществе. То же самое подтверждает и пример Великобритании, где в 2019 году, по данным социологических опросов, примерно две трети опрошенных назвали климатические изменения реальной угрозой человечеству. Однако, несмотря на это, партия, обещавшая сосредоточиться на борьбе с глобальным потеплением, с треском проиграла выборы.

Весьма примечательный факт: западные политики из кожи вон лезут, чтобы доказать свою преданность «зеленой революции», тогда как избиратели настроены более прагматично, не придавая климатической теме первостепенного значения. Данное расхождение создает двусмысленную ситуацию, поскольку ведет к явному недопониманию между действующими политиками и обычными людьми, на чьи симпатии эти политики рассчитывают в своих программных и пропагандистских заявлениях. Скажем, лишь треть избирателей согласны с мнением экспертов ООН по климату, что глобальное потепление является делом рук человека. В то время как сама Организация объединенных наций транслирует данную «истину» со стопроцентной уверенностью в своей правоте.

Точно так же в руководящих структурах ЕС наблюдается почти полный консенсус по поводу антропогенного влияния на климат. В то же время у нас нет никакой уверенности в том, что такой консенсус имеет место среди обычных европейцев. Иными словами, западные политики ломают общественное мнение через колено, но всё это преподносится так, будто большинство людей дают им полное «добро» на осуществление подобных мер, включая и навязывание «углеродных» ограничений. Но если еще несколько лет назад была хоть какая-то видимость согласия по данному вопросу между верхами и низами, то теперь опросы показывают, что мы уже стоим на пороге разногласий. Согласно тому же опросу Монмута, переломным моментом стал период с конца 2021 года по осень 2022 года. Именно с этого времени в общественном сознании наметился спад опасений по поводу климатической угрозы. Согласно другим опросам, переломным стал 2022 год. Связано ли изменение вектора с событиями на Украине, обсуждать не беремся. Зато мы точно можем сказать, что европейских фермеров, выступающих против новых «зеленых» нормативов, вряд ли воодушевляет зацикленность тамошних политиков на теме Украины и на теме климата.

Таким образом, учитывая динамику изменений общественного мнения западных стран в отношении климатической повестки, вряд ли мы можем говорить о том, будто руководство РФ ведет себя в этом плане непоследовательно. Скорее, мы можем констатировать, что в нашей стране по климатической теме сформировался реальный консенсус между властью и обществом. И назначение нового главы Минэнерго – наглядное тому подтверждение.

Константин Шабанов

Новосибирский государственный университет стал обладателем патента на суперконденсатор на основе наноструктурированного углеродного материала. Как известно, суперконденсаторы отличаются от аккумуляторов химическим механизмом накопления энергии. Это отличие дает суперконденсаторам (еще их называют ионисторы) ряд преимуществ.

Прежде всего, суперконденсатор (в отличие от аккумулятора) может без проблем пережить десятки и даже сотни тысяч циклов заряжения-разряжения. Еще они быстро накапливают и отдают заряд (для их подзарядки понадобится всего несколько минут) и обладают большей мощностью. Благодаря этим свойствам они стали очень востребованы при производстве электрической энергии из возобновляемых источников (ветроэнергетических конструкциях и солнечных батареях), где их применяют в связке с аккумуляторами (ионисторы заметно проигрывают им в удельной емкости). Как известно, источники ВИЭ отличаются непостоянным накоплением энергии, из-за чего их батареи могут плохо работать, добавление в конструкцию суперконденсатора позволяет сгладить эти скачки и увеличить срок службы накопителей энергии.

В целом суперконденсаторы являются источником импульсной, а не постоянной мощности и идеально подходят для кратковременного питания маломощных электронных приборов. Поэтому их охотно рассматривают в качестве систем резервного питания памяти, пусковых устройств для электротранспорта и не только. В последние годы в Сибири набирают популярность устройства для запуска дизельных двигателей в условиях минусовых температур на основе суперконденсаторов. Такое оборудование устанавливают на железнодорожные тепловозы, полицейские автомобили и т.д.

По прогнозам экспертов, в будущем, суперконденсаторы смогут полностью заменить аккумуляторные батареи по целому ряду направлений.

Свой вариант ионистора разработали и запатентовали сотрудники лаборатории композитных материалов для электроники Научно-образовательного центра «Институт химических технологий НГУ – ИК СО РАН».

«Это была комплексная работа, начавшаяся с создания нашими коллегами из Института катализа СО РАН методики синтеза углеродных материалов из растительного сырья. Далее, используя эту методику, мы опробовали несколько видов сырья, доступного в нашей стране. Выбрали оптимальный вариант, им оказалась скорлупа кедрового ореха, подобрали условия производства электродов из него, протестировали их. В итоге получился суперконденсатор, на который и получен патент», — рассказала руководитель лаборатории, к.х.н. Марина Лебедева.

Помимо электродов, суперконденсатор, созданный новосибирскими учеными, обладает еще одной «фишкой» — электролит, в который они помещены, представляет собой ионную жидкость. В отличие от большинства органических растворителей, используемых в производстве суперконденсаторов, она более стабильна и нелетучая, в силу чего позволяет получить на выходе из устройства большее напряжение.

«Сейчас мы передали нашу разработку потенциальному индустриальному партнеру, чтобы он опробовал ее и принял окончательное решение о внедрении. В целом, производство наших суперконденсаторов не станет проблемой для предприятий, которые имеют опыт производства элементов питания или аккумуляторов», — объяснила Марина Лебедева.

Пресс-служба Новосибирского государственного университета

Летняя школа цифровых компетенций СибГУТИ «ИнфоТех» стартует 6 июля в Новосибирске в спортивно-оздоровительном лагере «Шарап». На протяжении пяти дней на берегу Обского водохранилища слушатели будут обучаться робототехнике, пилотированию дронами, разработке видеоигр и сайтов, программированию микросхем и наставничеству. В школе примут участие около 60 студентов вуза.

Выпускники летней школы станут кураторами проекта «Академия ИнфоТех» для вовлечения школьников и студентов младших курсов в научную и проектную-инженерную деятельность.

Обучение в летней школе будет проходить по трекам: «Разработка видеоигр и веб-дизайн», «Робототехника», «Беспилотные летательные аппараты», «Программирование логических интегральных систем» и «Наставничество».

«Академия ИнфоТех» - это научно-образовательный и просветительский проект для школьников и студентов в области телекоммуникационных и информационных технологий. Он призван сформировать экосистему вовлечения молодежи научную и инженерную деятельность и реализуется при поддержке «Движения Первых» - крупнейшей российской организации детей и молодежи. К ней могут присоединиться дети с 6 до 18 лет.

Деятельность движения осуществляется по направлениям: «Образование и знания», «Наука и технологии», «Труд, профессия и своё дело», «Культура и искусство», «Волонтёрство и добровольчество», «Патриотизм и историческая память», «Спорт и здоровый образ жизни», «Медиа и коммуникации», «Дипломатия и международные отношения», «Экология и охрана природы», «Туризм и путешествия».

Весной 2024 года проект «Академия ИнфоТех» стал победителем второго сезона «Гранта Первых» - конкурса «Движения Первых» призванного вовлечь детей и подростков, ранее не участвовавших в активной общественно значимой деятельности и в проектные активности. Выдвигаемые на него инициативы должны касаться реализации ценностей Движения: взаимопомощи и взаимоуважении, единство народов России, исторической памяти, добру и справедливости, мечтам, созидательному труду, жизни и достоинство, патриотизму, дружбе, служению отечеству, крепкой семье.

Елена Сычева

26 июня состоялся Российский лонч (запуск нового продукта на рынок) препарата Трибувиа® (МНН: сенипрутуг), одобренного для терапии аксиального спондилоартрита. В рамках мероприятия руководитель НИИКЭЛ – филиал ИЦиГ СО РАН, д.м.н. Максим Александрович Королев рассказал о результатах регистрационного клинического исследования нового препарата. Сенипрутуг уже зарегистрирован Минздравом РФ и будет доступен в рамках программы ОМС.

Механизм действия сенипрутуга не имеет аналогов в мире. Инновационная разработка российских ученых представляет собой моноклональное антитело, потенциально способствующее торможению и остановке иммуновоспалительного процесса с перспективами предотвращения прогрессирования аксиального спондилоартрита. В отличие от существующих опций терапии, действие лекарственного средства направлено на инициальный элемент механизма развития заболевания, а не на устранение проявлений иммунного воспаления. Препарат Трибувиа^® — пример успешного сотрудничества Российского национального исследовательского медицинского института им. Н.И. Пирогова и биотехнологической компании BIOCAD.

Ведущим ревматологам России были представлены ключевые данные по препарату и перспективы его применения в реальной ревматологической практике. О принципах секвенирования нового поколения и разработке препарата рассказал автор уникального механизма действия, ректор ФГБУ ВО РНИМУ им. Н. И. Пирогова академик Сергей Анатольевич Лукьянов. Представители компании BIOCAD поделились информацией об особенностях разработки высокогуманизированной молекулы сенипрутуга и озвучили детали доклинических и клинических исследований препарата Трибувиа^®.

Максим Александрович Королев и руководитель лаборатории спондилоартритов НИИ ревматологии им. В. А. Насоновой, к.м.н. Татьяна Васильевна Дубинина представили ключевые результаты клинического исследования препарата Трибувиа^®.

НИИКЭЛ с 2022 года принимает участие во 2-й (BCD-180-3/ELEFTA), а с 2024 года – в 3-й (BCD-180-3/LEVENTA) фазе клинических исследований препарата. Целью данных протоколов является изучение эффективности, безопасности, иммуногенности, фармакокинетики, фармакодинамики препарата у пациентов с установленным диагнозом аксиального спондилоартрита. Участниками исследования стали пациенты из Новосибирской области и Алтайского края. Для НИИКЭЛ участие в подобной работе – это возможность вести исследовательскую деятельность в рамках крупного научного проекта и таким образом вносить свой вклад в развитие новых методов терапии социально значимых заболеваний.

Перспективы, которые открывает применение препарата Трибувиа^® в реальной клинической практике, отметили также президент МОБОИ «Общество взаимопомощи при болезни Бехтерева» Алексей Вадимович Ситало и директор Института социальной экономики Руслан Орестович Древаль.

Сенипрутуг зарегистрирован Минздравом России 24 апреля 2024 года. По данным BIOCAD, препарат станет доступен для системы здравоохранения после проведения соответствующих процедур государственных закупок на поставку лекарственного средства. До включения препарата в ЖНВЛП он будет доступен в рамках системы обязательного медицинского страхования (при оказании высокотехнологичной и специализированной медицинской помощи).

Фото: Алина Посторонка

Пресс-служба Института цитологии и генетики СО РАН

В одном из произведений фантаста Сергея Лукьяненко главный герой нанес на запястье татуировку, которая меняется в зависимости от настроения ее обладателя. Это, конечно, пока остается областью научной фантастики, но определенные подвижки в данном направлении есть: в компании «Сэйв Технологии» разработали браслет, который способен отслеживать признаки стресса у человека. Подробности в нашем интервью с генеральным директором компании Анной Котловой.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о гаджете, который разработала Ваша компания?

– Это носимое устройство, браслет, в который интегрированы датчики различных типов. Они собирают данные помогают оценивать стресс и разные психоэмоциональные состояния человека с точки зрения физиологии.

– А градацию уровня стресса такой браслет может провести?

– Да, с помощью браслета можно рассчитать стресс-индекс по Баевскому. Это советский ученый, один из основоположников космической кардиологии, в свое время он разработал систему оценки уровня стресса на основе вариабельности сердечного ритма. Кроме пульса, устройство оценивает электродермальную активность (электропроводимость кожи меняется в зависимости от интенсивности выделения пота).

Здесь важно замерить, как эти показатели растут на протяжении одной секунды. Совокупность этих двух показателей позволяет более точно определять уровень стресса, который испытывает человек.

– Напоминает принципы работы детектора лжи.

– С точки зрения техники, база одна и та же.

– А в чем тогда новизна Вашего продукта?

– Детектор лжи неудобен в повседневном использовании. Наше устройство портативное, его можно носить с собой. И еще у нас используется нестандартный датчик электродермальной активности. Обычно для таких измерений берутся два электрода и считается разница между потенциалами, но они могут раздражать кожу, а еще, в случае возникновения со временем поляризации электродов, снижается точность данных. Мы разработали датчик, работа которого основана на емкостном принципе и это позволяет избежать этих минусов. Плюс наши датчики измеряют не только пульс, но и еще дополнительные параметры вариабельности сердечного ритма, что тоже значительно повышает точность оценки.

– А причины, вызвавшие состояние стресса, с помощью устройства можно как-то идентифицировать?

– С точки зрения физиологии стрессы не так сильно отличаются, так что тут наше устройство не сильно может помочь. Единственное, что с помощью параллельного использования акселерометра можно исключить из оценки стресса периоды физической активности (это полезно, поскольку занятия спортом тоже своего рода стресс для организма). Но если человек испугается или будет просто взволнован, то устройство будет оценивать его показатели одинаково, покажет разницу только в уровне стресса, а не в источнике его происхождения.

– Где Вы видите нишу для применения своей разработки?

– Сейчас мы разрабатываем решение для психологов – мониторинг стресса Swaid. Работает это следующим образом: во время приема специалист надевает монитор на запястье клиента и подключает его в приложении по bluetooth, затем ведет дневник с помощью чат-бота. После завершения сбора данных, они обрабатываются на нашем сервере и формируется отчет, который будет отправлен клиенту и специалисту на электронную почту. Поскольку в отчете есть тайминг, из отчета психолог может понять, как человек реагировал на ту или иную часть беседы, какие были отложенные реакции и т.д. И это позволит не упустить какие-то важные для психотерапии моменты, которые могли ускользнуть от психолога в процессе самого собеседования.

– Вы уже проверяли на практике, как это работает?

– Да у нас есть в команде психолог, которая проводит сеансы психотерапии с использованием нашего устройства.

– А кроме психологов, кого Вы видите своими клиентами?

– Второй наш продукт – это браслет для детей с расстройствами аутического спектра (РАС), который мы планируем запускать в производство в конце этого года. Он работает уже в режиме реального времени – показывает уровень стресса в мобильном приложении, установленном у родителя. Причем в работе устройства мы используем как алгоритмы, которые оценивают уровень стресса в моменте, так и алгоритмы, позволяющие прогнозировать, что стресс будет накапливаться. Почему мы считаем это нужным? Такие дети часто испытывают перегрузки, прежде всего, психоэмоциональные, но не всегда они сразу очевидны, родители порой просто не успевают вовремя отреагировать и у ребенка происходит истерика, которую уже достаточно сложно остановить. Гораздо лучше, получив сигнал о надвигающемся срыве, предотвратить его, отвести ребенка в более комфортную для него обстановку, предпринять еще какие-то действия. На самом деле, у таких родителей, как правило, уже есть опыт действий в подобных ситуациях, а наш браслет просто поможет прогнозировать риск их возникновения и решать проблему станет проще.

Вообще, в будущем мы планируем создать еще несколько вариантов устройства для решения разных задач. Например, попробовать прогнозировать с его помощью развитие эпилептических состояний, есть исследования, которые открывают перспективы для подобной разработки.

– Вы сказали, что датчики – это разработка Вашей компании, а программное обеспечение, все эти алгоритмы оценки и прогнозирования?

– «Софт» тоже разработали мы сами, включая протоколы сбора данных и их передачи на сервер и мобильное приложение.

– На какой стадии внедрения находится эта разработка?

– Мы изготовили около ста устройств, которые сейчас тестируются на разных площадках. Например, в Реабилитационном центре для детей и подростков с ограниченными возможностями им А. И. Бороздина здесь в Академгородке. И в ряде аналогичных центров в других городах. Есть десять устройств, которые выглядят уже как конечный вариант, который мы предполагаем представить на рынке. Сейчас мы запускаем его регистрацию как медицинского изделия, но это долгий процесс, который затянется на полтора-два года. И в дальнейшем мы планируем выходить с ним на рынок именно как с медицинским изделием, а пока будем продавать как обычный гаджет для использования в повседневной жизни. Производство предполагаем разворачивать не у себя, а на различных контрактных площадках своих партнеров. Первые экземпляры варианта для психологов мы планируем отправить в работу уже этим летом.

– В России или за ее пределами есть аналоги Вашей разработки, с которыми придется конкурировать за место на рынке?

– Вообще, разных фитнес-трекеров, которые собирают какие-то данные, конечно же, много. Вопрос в их точности и диапазоне собираемой информации. Взять, к примеру, какой-нибудь Apple Watch и приложение, кажется оно называется Stress Monitor, то как-то уровень стресса измерить можно. Но они, в основном, опираются на частоту сердечных сокращений. Но для более точной оценки и тем более прогнозирования развития стресса этого часто недостаточно. Есть зарубежные компании, которые создают носимые устройства, которые достоверно снимают самые разные показатели, но их используют в научных целях, а не для массовых гаджетов, которые отслеживали бы стресс.

Сергей Исаев

Сотрудники Центра трансфера технологий и коммерциализации Новосибирского государственного университета (ЦТТК НГУ) совместно с ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор» Роспотребнадзора разработали микробиологический способ очистки добывающих скважин от асфальтосмолопарафиновых отложений (АСПО), которые образуются в ходе их эксплуатации.

Ранее в ЦТТК НГУ уже получали патент на способ, позволяющий разрушать подобные отложения, но он может применяться только в колонне скважины, теперь же речь идет о способе решать аналогичные задачи в других ее частях — насосе, насосо-компрессорных трубах.

Он основан на эффективных штаммах-деструкторах нефти, поиск которых давно ведется новосибирскими учеными Кольцово и Академгородка. Из загрязненных нефтью почв в местах ее добычи (Ханты-Мансийский автономный округ, Ямало-Ненецкий автономный округ) были выделены микроорганизмы-деструкторы нефти, из которых отобраны штаммы, обладающие высокой нефтеутилизирующей способностью, относительно высокой скоростью роста при температуре 10 °C, на их основе сформирована ассоциация. Полученная ассоциация может быть использована в биоремедиационных работах на нефтезагрязненных территориях Сибири. Штаммы бактерий-нефтедеструкторов, входящие в ассоциацию нефтедеструкторов, депонированы во ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор» Роспотребнадзора, они могут применяться для ремедиации нефтезагрязненных почв, грунтов, водных объектов, очистки технологического оборудования, о чем неоднократно упоминалось в научных статьях ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор» Роспотребнадзора.

Далее, сотрудники ЦТТК НГУ разработали технологию для очистки скважины и оборудования в ней с применением концентратов, содержащих эти штаммы.

— Как известно, скважина заполнена жидкостью. Остановив ее работу на короткий промежуток времени, мы заливаем в эту жидкость наш концентрат, затем переключаем перелив жидкости в затрубное пространство, чтобы она начала циркулировать в скважине за счет работы насоса, — объяснил схему работы нового метода заместитель директора ЦТТК НГУ, к.т.н. Андрей Савченко.

В итоге бактерии распространяются и приступают к разрушению имеющихся отложений, очищая тем самым все элементы добывающей скважины, включая самые труднодоступные. Такой подход снимает необходимость отключать скважину надолго и проводить достаточно трудоемкий и дорогой процесс извлечения оборудования на поверхность, с последующими разбором и очисткой в специальных мастерских.

Бактерии являются аэробными, поэтому, когда надобность в них отпадает, жидкость в скважине легко очистить от них, просто прекратив на время подачу в нее воздуха на некоторое время, после чего ее можно спокойно сливать, не переживая, что эти штаммы попадут в окружающую среду.

— Для большей эффективности технологии мы также разработали способ насыщения жидкости в скважине воздухом с определенными частотами, что, во-первых, обеспечивает жизнедеятельность бактерий и проникновение их во все элементы скважины, а во-вторых — создает колебания жидкости, которая способствует отслоению отложений, — добавил Андрей Савченко.

Сотрудниками ЦТТК НГУ и ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор» Роспотребнадзора получены патенты на эту технологию и открытие бактерий, в ней задействованных. В настоящее время идут переговоры о возможных полевых испытаниях на скважинах российских нефтедобывающих компаний. Разработчики достаточно оптимистично оценивают рыночные перспективы новой технологии еще и потому, что отечественных аналогов у нее нет, а зарубежные решения включают только использование микроорганизмов без дополнительного воздействия воздухом, повышающего эффективность их работы.

Пресс-служба Новосибирского государственного университета