Сибирские остроги стали темой одного из докладов на международном археологическом конгрессе «Цитадель 1.0». Автор доклада – хорошо известный нашим читателям ученый, главный научный сотрудник ИАЭТ СО РАН, д.и.н., проф. Андрей Павлович Бородовский – рассказал о том, какой научный и туристический потенциал имеют эти старинные русские крепости.
– Остроги раньше многими воспринимались как некие сибирские тюрьмы, куда ссылали неугодных. Насколько оправданно такое мнение?
– На самом деле, это позднее предназначение острога. Изначально же они выступали костяком государственной системы, которая формировалась на территории Сибири. Используя систему острогов, Россия смогла закрепиться на землях от Урала до Тихого океана менее чем за один век. В частности, возведение Томского острога (1604 г.), а затем, спустя восемьдесят лет, Уртамского острога (1684), на различных берегах р. Оби с явным направлением вектора освоения на юг («полуденную сторону»), практически определило на всю первую половину XVIII века антропологию движения русской культуры на Верхней Оби.
Именно в острогах концентрировались атрибуты власти, государственные институты. Здесь располагался гарнизон, который обеспечивал контроль России над прилегающей территорией, здесь хранилась государственная печать, осуществлялось судопроизводство и концентрировался ясак (налоги) с местных обитателей. В острогах строилась церковь, которая в то время была не просто религиозным учреждением: через церкви шла культурная ассимиляция населения, осуществлялся учет рождений, браков и смертей, по крайней мере, русского населения Приобья, церковная «школа» могла долгое время быть единственным образовательным учреждением в округе, а ее приход – прообразом гражданского общества.
– Много было острогов на территории Новосибирской области?
– Немного. Дело в том, что территория нашей области осваивалась позже относительно Западной Сибири в целом. И к тому времени такие пограничные пункты уже называли на европейский манер – форпостами. В конце XVII века было построено два острога в Барабе, но они просуществовали очень недолго и не совсем понятно, насколько они сыграли свою роль как оборонительные пункты. Поэтому первым можно считать Умревинский острог, построенный в 1703 году (в один год с основанием Петербурга в Прибалтике и Большерецким острогом на Камчатке). Он закрепил границу, сформировал стратегическое направление движения дальше на юг. Спустя десятилетие, центр управления территорией переместился в построенный Чаусский острог. А в 1716-1717 годах был построен острог на месте Бердска. Ну а потом, вокруг острогов стали вырастать поселения, а сами остроги фактически «растворялись» на этой территории. В итоге, сейчас нам приходится на основе археологических и документальных данных фактически заново выявлять место их расположения и восстанавливать их облик.
– Ваш доклад на конгрессе как раз был посвящен возможности макетирования и моделирования острогов Новосибирского Приобья. Расскажите, как продвигается эта работа, какие особенности есть у каждого из объектов, в хронологическом порядке, начиная с Умревинского острога.
– Расположение Умревинского острога в конце прошлого века локализовал старейший краевед г. Новосибирска - Кузьма Петрович Зайцев, затем его статус как археологического памятника подтвердил Сергей Владимирович Колонцов из инспекции по охране памятников Новосибирской области. С начала нового столетия на территории Умревинского острога (в Мошковском районе НСО) работает постоянная археологическая экспедиция. Надо сказать, Умревинскому острогу повезло больше двух других, он был «во время» заброшен, когда его обитатели перебрались в соседнее село Умрева (Мошковский район), но именно эта заброшенность помогла сохранить до наших дней огромное количество артефактов а сам острог сохранился уже как археологический памятник.
На его территории найдено много монет, также нам удалось найти и восстановить конструкцию южных ворот острога с особым верейным столбом, в котором был специальный механизм (полностью из дерева) для открытия этих ворот.
Однако это не означает, что создание его макета является простой и полностью решенной задачей. К настоящему времени у Умревинского острога по результатам археологических исследований достоверно прослежено существование фундамента только одной башни (юго-западной) и еще фрагментарно северо-западной угловой башни. Еще одна (юго-восточная) башня если она была сооружена на остроге еще нуждается в своем археологическом выявлении. Над остальным надо еще работать и работать.
Письменные источники часто бывают не безупречны, неоднозначны и скупы на информацию, археологи это очень хорошо знают. В отношении Умревинского острога, это справедливо вдвойне. Достоверных письменных источников по этому памятнику фактически не сохранилось, а известные описания не только скудны, но и противоречивы. Кроме того, надо учитывать, что острог, как деревянное оборонительное сооружение с момента своего возведения до запустения, многократно перестраивался, переносился или разрушался. Все эти факторы отчетливо обозначают другой вопрос – как выглядели сооружения острога в конкретный исторический и строительный период его существования.
– И что делать в такой ситуации?
– Логичным было бы создание трех макетов или последовательных 3D-моделей. Первый макет (модель) будет отражать начальный период строительства острога (начало XVIII в.), когда он представлял подквадратное оборонительное сооружение со стенами из тынин с одной проездной башней. Второй макет – отражать время функционирования Умревинского острога как оборонительного, административного и культового центра севера Верхнего Приобья (первая половина XVIII столетия), когда появляются еще две угловые башни, приказная изба и церковь Трех святителей. Третий заключительный макет уже будет соответствовать периоду потери значения Умревинского острога, обветшанию его деревянных оборонительных сооружений, превращению его основной площади в Умревинский погост (с конца XVIII века – начала XIX в.).
– С двумя другими острогами в плане проблем восстановления их исторического облика ситуация похожая?
– Конечно, есть типичные проблемы, но есть и свои особенности. С Чаусским острогом, который был построен вторым, ситуация несколько лучше. Сохранилось место, где он находился, это прослеживается даже в современной планировке села Чаус. Сохранилось его детальное описание, сделанное Иоганном Гмелиным в 1747 году.
Опираясь на это описание и другие письменные источники можно восстановить или визуализировать этот объект, чем мы с художником Андреем Чулюскиным из мультимедийного парка «Россия — моя история» сейчас, кстати, и занимаемся.
Но и там есть свои сложности. Дело в том, что он строился не совсем по острожной технологии, скорее – как город. Если в типичном остроге стены – это ряд заточенных кольев, тынин, то в Чаусском они состояли из «тарасов» - пристроенных друг к другу срубов, которые образуют такие капитальные стены «городского» типа. Но эти стены, как правило, находятся на земле без фнданмента и после себя, практически, ничего не оставляют.
На сегодня наши археологические исследования не позволили выявить археологические следы подобных стен. Получается следующая картина: по Умривинскому острогу почти отсутствуют письменные данные, но есть великолепная археология, по которой мы его можем восстановить натурно. По Чаускому острогу имеются неплохие письменные данные, но археологические исследования пока не позволяют их совместить, скажем так, с ситуацией «на земле».
– А как обстоят дела с третьим острогом – Бердским?
– Там ситуация вообще патовая. Во-первых, у него была необычная планировка. Острог, как правило, строился по определённым правилам и имел вполне определённые геометрические очертания –замкнутый прямоугольник, с одной или несколькими башнями. А Бердский острог возник как «народная стройка», и не имел строгой геометрии. В описаниях Миллера указано, что он имел вид дуги, которая ограждала мыс, то есть, это конструкция, которая вообще не соответствующая стандарту острога, а напоминает какое-то такое самостийное укрепление.
Но этим проблемы с воссозданием его макета не ограничиваются. Как известно, во время строительства ГЭС часть Бердска была затоплена, и площадка, на которой располагался острог как раз попала в зону затопления. А значит, нет никакой возможности провести раскопки на местности и с помощью археологии закрыть «белые пятна» его планировки. Так что все, что сегодня могут увидеть люди – это некая конструкция на берегу Бердского залива, которая является развлекательным аттракционом, имеющим мало общего с реальным обликом острога, давшего начало этому городу.
– Видите ли вы в перспективе возможность создания некоего научно-туристического маршрута, который включал бы все три острога Новосибирской области?
– Я могу сказать, что в настоящее время явочным порядком подобный маршрут уже существует. Точнее, в виду протяженности расстояний все три острога в один маршрут включать, наверное, нецелесообразно. А вот по отдельности такие поездки есть, причем, в разных плоскостях. Турагентства, например, предлагают экскурсии в Умревинский острог. Но, на мой взгляд, это несколько проблемная экскурсия: ехать далеко и незавершённость восстановления Уревинского острога как-то несколько смазывает впечатление, если мы говорим о стандартной туристической экскурсии.
А с другой стороны, я в уже на протяжении многих лет провожу образовательную экскурсию для студентов НГПУ, но в пределах самого Новосибирска. Как один из вариантов такого маршрута - мы выезжаем в сторону Академгородка, и в районе музея под открытым небом я могу продемонстрировать им Казымский острог как некий общий вариант сибирского острога. Затем мы можем посетить вот этот «квазиострог» в Бердске. И завершении заезжаем на территорию Заельцовского парка, где восстановлена часть сооружений, что я раскопал на Умревинском остроге – угловая башня и изба приказчика.
Эту натурную экскурсию потом можно ещё дополнить виртуальной экспозицией парка «Россия — моя история», где вы посмотрите все эти остроги как бы в виртуальном плане. Там показаны все три строительные периода в истории Умревинского острога, его возникновение, дальнейшее развитие, снабжение двумя башнями, и заключительный этап, когда этот острог превращается уже в площадку для кладбища. Чаусский острог сейчас по этой же модели готовится, мы разрабатываем достаточно точную модель по плану И.Г. Гмелина и она также будет представлена в экспозиции парка.
Работа подготовлена по теме Госзадания НИР ИАЭТ СО РАН «Формирование оригинальных черт российской цивилизации и становление империи на материалах исследований памятников Сибири XVI - XX веков (FWZG-2025-0013)»
Сергей Исаев
Иллюстрации
Компьютерная реконструкция - Умревинский острог (А. Бородовский, А. Чюлюскин)
Фото - редут Соляной Поворот на Иртыше (фото А. Бородовского)
- Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии