Некоторое время назад мы рассказывали про популяризаторов науки прошлого. Сейчас пора поговорить о том, как развивается «научпоп» сегодня. Этой теме будет посвящен новый цикл интервью с учеными Академгородка, которые находят время не только для исследовательской работы, но и для рассказов о достижениях науки. Наш первый собеседник - младший научный сотрудник лаборатории палеонтологии и стратиграфии мезозоя и кайнозоя Института нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука СО РАН Всеволод Ефременко.
Наша справка. Всеволод Ефременко занимается популяризацией науки и публичными лекциями с конца 2010‑х годов. Уже во время учебы в бакалавриате он прошёл школу научно‑популярных выступлений НГУ, где получил первые профессиональные замечания по структуре и подаче материала и целенаправленно дорабатывал свой стиль. Первый серьёзный опыт общения с неподготовленной аудиторией он получил в магистратуре, участвуя в выездных программах по школам области: рассказывал старшеклассникам о университете, геологическом факультете и возможностях поступления.
С тех пор он регулярно выступает в формате научпоп‑лекций и публичных выступлений: в «обычный» год у него набирается порядка десяти мероприятий в учебные месяцы, а в сезон фестивалей число выступлений на одной площадке может доходить до нескольких за раз. По его оценке, суммарно речь идёт уже примерно о полутора сотнях лекций и выступлений. Отдельное направление его работы – экскурсии по Музею эволюции Земли НГУ, где только за полгода количество проведённых экскурсий достигает нескольких десятков.
– Скажите, а кроме лекций, какие ещё форматы популяризации науки вы используете? Блог ведете? Или еще что-то?
– Проблема в том, что писать у меня получается хуже. Конечно, я писал научные статьи, диссертацию, но они получаются объёмными, и это как-то популяризировать тяжело. Был опыт, когда совместно с «Наукой в Сибири» мы написали заметку по моей статье, она вышла хорошей, но это потребовало серьезных усилий. Поэтому в плане «научпопа» я в основном работаю речью и слайдами.
Хотя, конечно, пробовал себя и в других форматах: в научном стендапе Science Slam, проводил разные мастер-классы, разборы фильмов, записывал подкасты для радио. Как-то с Министерством науки мы делали научно-популярную программу, которую показывали потом по телевизору. В общем, наверно, попробовал почти всё.
– Но самым любимым форматом остаются лекции?
– А он наиболее популярен. Если люди хотят что-то узнать, они заказывают лекцию.
– Технологии, в том числе, информационные, постоянно развиваются. Лекции не устаревают как формат?
– К нам недавно приезжал Владимир Сурдин, прочитал лекцию в рамках «Недели Дарвина» в НГУ. И было забито две поточные аудитории целиком, просто под потолок людей. Так что запрос на лекции есть, особенно в пределах регионов вроде Новосибирска, где есть научные центры, там люди очень хотят что-то узнать. И вот именно лекции на разные темы они не устаревают вообще.
– Чем лекции удобнее подкаста, блога или интервью?
– Плюсы в том, что обычно лектор рассматривает какую-то проблему или вопрос с начала и до конца, со всей его историей, с теорией, и это позволяет получить наиболее полное представление о каком-то вопросе, если не считать книг. Книга даёт представление гораздо более глубокое, но это не час, и не два, это неделю сидеть надо.
– У кого получаются лучше всего не просто обучающие, а именно научно-популярные лекции? У учёного, у преподавателя, или у какого-то дилетанта, которому, к примеру, смело берёт любую тему и красиво о ней рассказывает.
– Тут вопрос – кто оценивает? Обычным людям, на самом деле, особо без разницы, потому что, сейчас кто только видеолекции не записывает. А если брать именно популяризацию науки, то там уже смотрят на то, что это за человек, какие у него есть регалии, как он успел себя зарекомендовать. И тогда получается, что лучшие лекторы – это те, кто занимается наукой, те, кто читают лекции в университете, и те, кто активно занимается популяризацией одновременно. Они знают, как общаться с аудиторией, у них уже есть какой-то опыт именно донесения информации и при этом они по-настоящему владеют вопросом, о котором говорят. У них в голове есть чёткая структура того, вот что можно вложить в человека за условные 45 минут, и они по этому плану четко ведут выступление. Это нарабатывается именно с опытом преподавания в вузе.
– Вы правильно заметили, сейчас масса лекций, особенно в Интернете. И не всегда у человека есть возможность понять, а насколько компетентен вот этот лектор. Как определить, можно ли доверять конкретному лектору или нет?
–Во-первых, люди часто просто ошибаются, и ошибок много у всех. Кроме экспертов, которые не заходят за границы своей узкой специализации в науке. А любые попытки выйти за рамки своей области приводят к тому, что люди ошибаются. Все самые известные популяризаторы России, когда выступают, например условный Дробышевский, ошибаются, но всем без разницы, потому что люди понимают – он доносит что-то хорошее и ошибается в мелочах.
Но бывают лекторы, который начинают рассказывать что-то совсем невообразимое. Обычно их смотрит аудитория, которая не интересуется наукой, а наоборот, смотрит что-то иное. И поэтому часто не видит подвоха. А люди, у которых сохраняются хотя бы школьные знания, начинают чувствовать, что здесь что-то не то.
Но вообще, сейчас это довольно большая проблема – понять, где проходит грань между просто кучей ошибок в лекции и откровенным бредом.
– А если слушатель, скажем так, не опытный пользователь «научпопа», а школьник или просто человек, который давно отучился в школе, многое забыл, но с годами у него проснулся интерес. Какие признаки, или как сейчас говорят – «ред флаги» должны его насторожить?
– Первый, самый главный флаг – это наличие специальности в той области, по которой человек читает лекцию. И если видно, что человек и получил диплом по специальности, и работает по специальности, и представляется по специальности – доверия к нему больше. А если, например, лекцию о вирусологии читает математик и эта лекция именно о вирусах там, а не о том, как они распределяются в популяции, то нужно быть осторожнее. Или, когда человек просто блогер и он что-то говорит на очень широкие темы. Нужно смотреть очень осторожно. А лучше вместо этого поискать лекцию вирусолога.
Второе – это наличие или отсутствие учёной степени. Есть прекрасные эксперты и без степеней, но тем не менее степень говорит о том, что человек зарекомендовал себя как учёный, и признается таковым другими учеными.
И третье – это вот просто смотреть на само содержание лекций, видео на предмет их соответствия общепринятым вещам, которые мы знаем со школы. Например, если брать историю, есть историческая хронология, которая в школьных учебниках изложена. Если человек начинает с ней спорить, не выдвигая каких-то чётких аргументов, просто говорит, что это неправда, надо как-то отнестись внимательнее. Поскольку, чем мощнее устои, которые автор пытается расшатать, тем тверже должны быть доказательства того, что это правда.
– С точки зрения лектора, с какой аудиторией проще, а с какой сложнее всего работать?
– Если мы работаем со взрослыми, то главная задача – донести материал, сделать это грамотно и без слов-паразитов. То есть там нужно просто базовое умение читать лекции в университете. И ну материал, который будет им интересен и подан просто, без сложных терминов.
А вот если мы работаем с аудиторией школьников, то с ними сильно сложнее, поскольку обычно их загоняют на мероприятие из-под палки. Изначально большинство слушателей в такой группе вообще слабо мотивировано тебя слушать. Поэтому чтобы их заинтересовать, нужно быть более артистичным, шутить, взаимодействовать с аудиторией и делать свою лекцию ещё более понятной и простой, чем для взрослых, которые уже что-то знают.
– А какая мотивация должна быть у самого лектора? Какую цель вы ставите перед собой?
–Она схожа с преподавательской. Когда веду занятие у студентов, я понимаю, что после прочтения этой лекции они смогут для себя извлечь какую-то новую информацию и стать немножко лучше как будущие специалисты или как просто люди. И то же самое с научно-популярными лекциями. Особенно на актуальные темы. Ты понимаешь, что можешь донести информацию по этой теме до широкого круга слушателей, они это послушают и поймут, как все устроено на самом деле, какие сейчас в современной науке есть проблемы и пути их решения.
То есть это желание просвещать людей и понимание того, что, возможно, ты справишься с этим хорошо. Есть другая мотивация, она более такая личная –прокачать свое умение говорить. Первое время, когда читал лекции, я аргументировал это тем, что я потом смогу на конференциях выступать легче. Это и правда помогает.
– В советское время была целая система, общество «Знание», чьи лекторы ездили массово по стране, занимались просвещением. Стоит бы возрождать сейчас эту систему? Или уже время другое, общество другое, и нужны другие форматы организации такой работы?
– Надо делать. Но нужно делать это локально, не по всей стране. Если есть где-то, например, научный кластер, типа Академгородка, то эти люди могут периодически выезжать в область, до отдалённых посёлков, городов, чтобы рассказывать что-то о науке. И чтобы и школьники оттуда узнавали, как выглядят ученые у них под боком.
– Обязательно привозить живого лектора или можно как-то видеолекции заменить?
– Во время карантина из-за COVID я читал лекции в рамках фестивалей «на камеру». Но проблема в том, что заинтересованность в лекции будет ещё меньше именно у школьников. Взрослые будут слушать спокойно лектора и вживую и в записи. А вот для школьников важен личный контакт, пообщаться, пошутить. Многие дети, они прямо очень хотят пообщаться с кем-нибудь. Я это замечал, когда выезжал по Новосибирской области, и нас всегда принимали довольно тепло.
– Как вы находите очередную тему для лекции? Это вы решаете, я хочу провести такую лекцию для определённой аудитории, или все начинается с запроса?
– С одной стороны, есть именно запрос: ко мне приходят и говорят: «Привет, у нас вот такое-то мероприятие, куда тебя можно позвать и такой-то круг тем». Допустим, меня недавно звали на Урал, на мероприятия, и важно было, чтобы тема была геологическая. Они сразу обрисовывали, что нужно сделать. А иногда бывает так, что просто задают вопрос на лекции. И ы думаешь: «Да об этом можно целую лекцию сочинить». Записываешь это и потом, когда появляется свободное время, начинаешь набрасывать слайды.
– Хорошо, вы набросали слайды. Как вы потом на аудиторию выходите?
– Обычно это не моя инициатива, просто мне кто-то пишет, предлагает. Обычно это делают заранее, и я понимаю, что у меня вот есть месяц до мероприятий, и можно эту лекцию закончить и опробовать. Я в последнее время вообще сам никуда не прошусь, потому что диссертацию пишу. Но если меня очень-очень просят, то я выезжаю.
В целом, ситуация с лекциями сейчас примерно такая: есть запрос на эти лекции со стороны общества, есть лекторы, но нет какой-то общей организации, которая взяла бы на себя координацию процесса. Плюс часто бывает, что те, кто пытаются как-то организовать этот процесс со стороны государства, к сожалению, понимают его совсем иначе, чем сами популяризаторы. И получается, что низовой запрос наверх уходит как-то не совсем правильно. И вместо масштабного и качественного «научпопа» по всей стране, появляются Конгресс молодых учёных, лекции общества “Знания” в Москве, шоу “Вызов” на ТНТ. В общем не хватает горизонтальных связей, коммуникаций, ведь у нас большая страна и строить популяризацию науку строго «по вертикали» не совсем правильно.
Сергей Исаев
Фотографии предоставлены Всеволодом Ефременко
- Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии