Я не знаю ни одного архитектора, которые бы не распекал Никиту Хрущева за внедрение технологии сборного железобетона. С определенных пор панельные многоэтажки стали восприниматься как самый убогий вид жилья, навязанный-де нашему народу «самодурством» отдельного вождя. Дескать, Хрущев завез в нашу страну морально устаревшую строительную технологию, на долгие годы определившую серый, невыразительный облик советских городов (точнее, новых жилых районов).
Останавливаться на этой критике не будем, ибо она давно уже стала стандартной. Отметим лишь, справедливости ради, что для самого Хрущева основным мотивом была не эстетика, а решение жилищной проблемы. И с этой точки зрения действия тогдашнего руководства страны выглядели вполне логично. К слову, архитекторов не устраивала не сама технология как таковая, а принцип типового строительства, исключавший всякое творческое «самовыражение». По сути, это было вторжение духа индустриальной эпохи, логически требовавшей, в том числе, и пересмотра наших эстетических запросов.
Что касается технологии, то сборным железобетоном, разумеется, ограничиваться не собирались. Считалось, что данное решение является временным – до той поры, пока наши специалисты не создадут чего-то нового. Полагаю, мало кто в то время думал, что сборный железобетон в нашей стране перешагнет в XXI столетие. Во времена Хрущева никто не считал эту технологию совершенной. Было понятно, что она – устаревшая, и о ее недостатках в конце 1950-х годов писали открыто.
Главная претензия к сборному железобетону – большой вес конструкций и, соответственно, большой вес самих зданий. А вес, как известно, является чуть ли не основным технико-экономическим показателем стоимости строительства. Для индустриального домостроения, рассчитанного на массовый ввод недорогого жилья, экономические показатели находились во главе угла. И в этом смысле тяжелые железобетонные панели воспринимались как явный пережиток прошлого.
Отсюда вытекала главная задача: как снизить вес здания? Решений могло быть много. И в этом смысле удивительно то, что советские проектировщики уже тогда видели пути снижения веса путем сочетания легких ограждающих панелей с прочным каркасом (по нашим дням – вполне современное решение для индустриального домостроения). В частности, в конце 1950-х годов данное решение разрабатывалось в «Моспроекте», в архитектурно-проектной мастерской № 6.
Прежде всего был запроектирован несущий каркас из предварительно напряженного железобетона, а также перекрытия из прокатных панелей, в том время обладавших наименьшим весом. Далее встал вопрос о материале для наружных стен и для перегородок, не испытывающих особых нагрузок и потому способных стать очень легкими. В поисках материала для таких конструкций проектировщики обратились за советом в Научно-исследовательский институт пластических масс.
Сделаем здесь небольшое отступление. Дело в том, что интерес к пластмассам оказался далеко не случаен, поскольку лучше всего (намного лучше, чем тяжелые железобетонные панели) соответствовал подлинному духу «хрущевской» эпохи.
Напомним, что Никита Сергеевич провозгласил «окончательную победу» социализма в нашей стране и наметил пути построения коммунизма. Важной вехой на этом пути должна была стать масштабная химизация промышленности и сельского хозяйства (о чем мы в свое время писали). Кстати, тогдашние активные поиски месторождений нефти и газа диктовались не только проблемами энергетики, но и запросами растущей химической промышленности, нуждавшейся в надежной сырьевой базе. Углеводороды были крайне необходимы для массового выпуска синтетических пластмасс, синтетических тканей и даже азотных удобрений (причем, самое интересное, что пластмассы и азотные удобрения иногда производятся на одних и тех же химических комбинатах).
Тот, кто застал ту эпоху, наверное, помнит в том, насколько модной тогда была тема синтетики. Например, для молодежи той поры символом современности и прогресса стали нейлоновые рубашки, за которыми стояли в длинных очередях. С синтетикой ассоциировалось наше космическое будущее. Причем, речь шла не только о материалах, но даже о синтетической еде! Поэтому совсем не удивительно, что проектировщики новых «прогрессивных» домов обратились к пластмассам.
В ходе совместного обсуждения с сотрудниками НИИ пластических масс было установлено, что из различных пластиков могут быть выполнены не только панели и перегородки, но также полы, столярные изделия и даже сантехнические устройства. Все эти части здания из пластмасс – в сочетании с каркасом из предварительно напряженного железобетона и перекрытиями из прокатных плит – давали возможность снизить общий вес здания в четыре-пять раз!
В таком варианте фундаменты устраивались только под колоннами несущего каркаса – в виде отдельных железобетонных подушек. Наружные панели собирались делать трехслойными: внутренний слой – из бумаги в виде сот, пропитанных синтетическими смолами; далее шел слой из стеклопластика; третий слой – из декоративного пластика. Планировалось, что толщина панели не превысит 16 сантиметров, то есть они должны были быть в четыре раза тоньше кирпичных стен (по тогдашним теплотехническим нормативам). Перегородки по своей конструкции мало чем отличались от наружных панелей. Параллельно велись опытные работы по конструированию оконных коробок и переплетов из пластмасс.
Интересно, что уже в то время Институт санитарной техники Академии строительства и архитектуры пытался найти новые возможности для производства пластмассового сантехнического оборудования. По замыслу, санузлы вместе с оборудованием должны были монтироваться прямо на заводе в виде отдельных готовых кабин и в таком виде поступать на строительную площадку и устанавливаться на место. И что не менее интересно: уже тогда металлические трубы собирались заменить на пластмассовые.
Как утверждали проектировщики, переход на конструкции из пластмасс при строительстве домов дает большую экономию металла, цемента и дерева. К тому же пластики обладали не только легкостью и прочностью, но и не были подвержены коррозии. Да и технология изготовления пластмассовых изделий казалось довольно простой. Всё это позволяло думать, что применение пластиков в строительстве принесет большие экономические выгоды (тем более что за ними видели будущее). И где-то в 1958 году уже было намечено строительство таких пластмассовых домов в Москве, в районе Измайлова.
Что же произошло на практике? В Измайлове, действительно, был возведен фрагмент пластмассовой многоэтажки. Но дальше этого процесс не двинулся. В 1961 году в Ленинграде был построен экспериментальный двухэтажный коттедж, второй этаж которого был полностью выполнен из армированного пластика. Простоял он недолго и был демонтирован из-за дороговизны в эксплуатации.
В общем, смелые и логичные (в теории) решения не были подтверждены практикой. На практике строительный пластик оказался дороже производства панелей из бетона. Кроме того, качество пластика оставляло желать лучшего – он быстро разрушался под влиянием внешних условий (особенно – ультрафиолета). Были вопросы и по пожаробезопасности, и по токсичности. В общем, дело в этом направлении столкнулось с очень серьезными препятствиями.
И что не менее показательно: после отстранения Хрущева эпоха смелых «футуристических» экспериментов в стране фактически завершилась. При Брежневе уже более полагались на проверенный опыт, поэтому железобетону не стали искать более современную замену. Именно поэтому он благополучно дожил до наших дней.
Как ни странно, сегодня мы живет в очень похожей интеллектуальной атмосфере, когда представители строительного бизнеса с пафосом заявляют о том, будто «лучше кирпича ничего еще не изобрели». Согласны ли с ними представители науки? Это уже другая тема, к которой мы еще вернемся.
Николай Нестеров
Изображение сгенерировано нейросетью
- Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии